Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ)

– Я готова, – твёрдо сказала она.
Я кивнул. Решимости в ней было хоть отбавляй.
– Тогда принимайтесь за сбор информации, – сказал я. – Всё, что сможете – передавайте мне. Остальное я сделаю сам.
Разворованная больница, отсутствие лекарственных препаратов, старый ремонт, задержка зарплат. Власова давно пора было посадить. Но с той информацией, которую может предоставить Карина Вячеславовна, сделать это будет куда проще.
  
Я ведь даже не знаю, насколько всё плохо в городе. Может, повязаны в этих схемах уже все.
– И будьте осторожны, – добавил я. – Чтобы он не узнал, что вы начали выискивать эту информацию.
– Конечно, – кивнула женщина. – Я всё сделаю.
Мы допили кофе, снова немного помолчали.
– Знаете, а я ведь правда была готова даже на убийство, – усмехнулась Карина Вячеславовна. – Уже не знала, что делать. Консультировалась с юристами по поводу развода, искала способы развестись. Но он слишком влиятельный. Он может уничтожить всю мою карьеру. И ведь не докажешь, что я добивалась всего сама.
Она вздохнула.
– Многие думают, что такая должность у меня только благодаря мужу, – добавила она. – Но я люблю свою работу. Мне нравится психиатрия, это интересная область медицины. И если я уйду от Сергея – он сделает так, что во всей Саратовской области я даже штатным психиатром работать не могу. Поэтому‑то я и… Не видела порой другого выхода.
– Понимаю, – кивнул я. – Но это был бы точно не выход. Лучше всё‑таки давайте действовать по моей схеме. По закону. Тогда и у вас проблем после не будет.
Мы ещё немного поговорили, и я покинул психушку. Приобрёл нового неожиданного союзника. Ну что ж, скоро эпопея с Власовым должна быть закончена. И хорошо, он меня уже утомил своим существованием.
Вышел с территории психушки, и у меня вновь зазвонил телефон. На этот раз звонил снова неожиданный персонаж. Колян. Последний раз мы разговаривали в коридоре, я заставил его удалиться со всех сайтов со ставками, и пригрозил, что если снова начнёт ставить – будет плохо.
А перед этим он устроил погром в моём кабинете, и попался на камеру. Камеру, кстати, я до сих пор продолжал включать каждый раз перед уходом, хотя второй недоброжелатель куда‑то запропастился. Но рано или поздно он тоже должен появиться.
Колян вскоре после того разговора вернул мне долг, и больше мы с ним не пересекались. А теперь вот звонит мне в воскресенье. Ой и не к добру это.
– Слушаю, – снял я трубку.
– Сань, дружище, а можешь в поликлинику подойти? – раздался жалобный голос Коляна.
Да какого же чёрта сегодня все решили пойти на работу?
– Поликлиника же закрыта, – напомнил я.
– Я взял ключи, и открыл, – объяснил Колян. – Подойдёшь, позвонишь, и я тебя впущу. Это важно, правда!
Я вздохнул. Может, Колян тоже хочет предложить мне кого‑нибудь убить? Хотя нет, этот точно по другому поводу звонит.
Вообще были все варианты отказаться, но взыграло любопытство. Что же у него там случилось? По крайней мере, узнаю схожу.
– Ладно, скоро буду, – вздохнул я.
Мало ли во что он снова вляпался?
Я добрался до поликлиники минут за двадцать, позвонил Коляну, и тот впустил меня внутрь. Мы прошли в рентгенкабинет, и Колян сел за стол, где обычно его мать описывала снимки.
– Капзда мне, – простонал он. – Помоги, прошу!
– Что случилось? – потерев руками виски, спросил я.
– Я попал короче, – отозвался Колян. – Сильно. Очень сильно.
Содержательно. Очень содержательно.
– Говори конкретнее, я не хочу с тобой тут всё воскресенье торчать, – вздохнул я.
Колян пару мгновений помолчал, собираясь с мыслями.
– Я Чердаку денег должен, – признался он. – Много. Пятьдесят тысяч.
Врезать ему что ли? Мне на него‑то всё равно, а вот мать его жалко. В Коленьке души не чает, а Коленька творит такую хрень.
– Рассказывай, – проговорил я. – За что?
– Карты, – признался тот. – Мы вместе играли, и я проиграл. Он дал в долг, ещё в долг. Короче, я теперь должен пятьдесят тысяч.
Нет, всё‑таки профилактический подзатыльник я не сдержался и выдал Коляну. Хотя что тут уже профилактировать?
– Карты, серьёзно? – переспросил я.
– Ну да, – вздохнул Колян. – Оказались в одной компании. Играли в дурака. Сначала по мелочи, по сто рублей. Потом по тысяче. Потом по пять. И я сначала выигрывал, а потом начал проигрывать!
Он вздохнул.
– Чердак сказал, что не проблема, что он мне даст в долг, – продолжил Колян. – Я думал, что отыграюсь. Но не отыгрался. Долг рос. И вот, вырос до пятидесяти тысяч.
– Мы с тобой договаривались, – строго сказал я. – А ты опять за своё?
– Мы договаривались, что я ставки ставить не буду! – воскликнул Колян. – А карты – это другое.
Железная логика. Я выдал ему второй подзатыльник, за тупость. Бонусом.
– И что ты от меня хочешь? – спросил я. – Денег в долг я тебе вообще больше не дам.
– Да не деньги, – ответил Колян. – Ты можешь с Чердаком поговорить и дать мне отсрочку? Я должен их сегодня вечером вернуть, а их нет. Пожалуйста! Я видел, как вы пару раз с ним общались, как друзья.
Да уж, Чердак меня точно лучшим другом стал считать после всего, что мы с ним пережили. Сначала стрелка, потом Шарфиков.
– Колян, ты идиот, – отозвался я. – А нахрена ты с ним вообще играл? Вот мало тебе ставок было.
– Я думал выиграть, – вздохнул тот. – Но не выиграл.
Какая трогательная короткая история. Я задумался. Помогать Коляну причин особых не было так‑то. Однако он может мне пригодиться в качестве союзника.
– Значит так, – отчеканил я. – Я помогу получить тебе отсрочку, но деньги ты ему все отдашь. Это во‑первых. Ещё раз начнёшь играть в карты – будет ещё хуже, чем если начнёшь делать ставки. Это во‑вторых. И ты теперь станешь моим шпионом, это третье.
– Шпионом? – переспросил Колян. – Это как?
– Будешь ушами и глазами везде в поликлинике, – ответил я. – Будешь собирать мне информацию, которую я тебе скажу. Будешь делать, что я скажу. Без вопросов. А иначе – разбирайся сам.
В битве с Власовым мне понадобится такой человек. Колян не блещет умом, это правда. Он не думает о последствиях, не планирует наперёд, не контролирует свои порывы. Азартный, импульсивный, слабовольный.
Но у него есть одно преимущество – он незаметен.
Власов его не воспринимает всерьёз. Для главврача Колян – это просто сын рентгенолога. Делает снимки, слоняется по коридорам, никому не мешает.
Да для всех остальных Колян примерно такой же. Никто не заподозрит, что он собирает информацию. Идеальный шпион.
– Я согласен, – торопливо кивнул тот. – Я всё сделаю, правда!
– Это твой последний шанс, – пригрозил я.
– Спасибо! – воскликнул Колян. – Правда, спасибо!
Я тяжело вздохнул. Что ж за день сегодня странный такой.
Прямо при Коляне позвонил Чердаку, тот ответил почти сразу.
– Саня, брат! – радостно воскликнул он в трубку. – Что‑то по жалобе известно?
Точно, жалоба на Шарфикова ещё была. Столько всего происходит, уже не помещается в моей голове. Надо купить блокнот и записывать.
– Нет, пока тишина, – ответил я. – Я по другому вопросу. Можем встретиться? Сейчас?
– Конечно, брат, без проблем, – тут же отозвался Чердак. – Давай возле кинотеатра через час? Я тут кое‑какие дела решу и подскочу.
– Договорились, – сказал я. – Только без опозданий.
А то всё воскресенье на решение чужих проблем уйдёт.
– Обижаешь, брат, – протянул Чердак. – Я всегда вовремя, правило такое. Бывай!
Он положил трубку. Колян застыл, внимательно прислушиваясь к разговору.
– Я всё решу, – сказал я ему. – А ты иди‑ка домой пока что. Я тебе позвоню.
Он кивнул, оставил мне ключи от поликлиники и ушёл домой. Я решил зайти к себе в кабинет. Пациенты мне часто дарили в благодарность банки с кофе, коробки с конфетами, шоколадки. Сладости я отдавал Лене или раздавал другим дамам, но кое‑что всё‑таки в ящике ещё было. Решил забрать домой, кофе нам точно не помешает, да и сладости Гриша съест.