Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ)

– Вы же не хотите, чтобы город узнал о том, как меня чуть в вашей больнице не убили? – продолжал Петрович. – Я так‑то человек добрый, тихий. Но если тут дело касается доктора, который спас мне жизнь, то могу и позвонить зятю.
– Я поняла, – казалось, Лаврову вот‑вот инфаркт схватит. – Всё, вопросов больше нет. Александр Александрович, вы ни в чём не виноваты.
Петрович подмигнул мне и вышел из кабинета. А я уже совсем запутался в этих связях, намёках и пациентах.
  
– Александр Александрович, позовите ко мне Якубова, а сами можете идти, – на лбу у Лавровой проступил пот. – Я отправлю его к участковому терапевту. К вам никаких претензий нет.
Я пожал плечами и тоже вышел из кабинета.
– Вас попросили зайти, – сказал я Якубову.
– Отлично, – он бросил на меня ещё один взгляд победителя и гордо зашёл к Лавровой.
Я же вернулся в свой кабинет и снова обнаружил в нём Петровича.
– Красавица твоя вышла ненадолго, а мне потолковать с тобой надо, – усмехнулся он. – Я тебя по‑другому отблагодарить хотел, но так даже лучше вышло.
– Я не очень понимаю, о чём вы говорите, – честно сказал я. – И кто такой Бадиков?
– Мой зять и главный редактор Аткарской газеты, – ответил Петрович. – Честно говоря, не очень люблю козырять своим зятем. Но тут к слову пришлось, очень уж хотел тебя отблагодарить за помощь.
– Так… Вы припугнули мою заведующую главным редактором главной газеты города? – начал понимать я.
– Ну да, – кивнул он. – Мишка мне рассказывал про этого Якубова. Раньше он писателем, кажись, мечтал стать. Даже несколько книг написал, да только успеха и денег они ему не принесли. Вот и пришлось ему идти в газету. Миша на него жалуется часто, мол, он и как корреспондент – полная бездарность.
Голова сейчас кругом пойдёт ото всех этих новых подробностей.
– Значит, вы и в самом деле могли написать статью про нашу больницу? – спросил я. – То есть ваш зять. Вас же чуть не убили у нас в стационаре!
– Но ты же меня спас, – усмехнулся Петрович. – Честно, я как узнал – очень удивлён был. Про тебя же город наслышан. Как ты Веру Кравцову чуть на тот свет не отправил. И как к тебе пациенты ходить не хотели. А тут вдруг мне жизнь спасаешь. Я подумал, может, ошибка какая. А потом узнал, что ты за голову взялся. Пациенты тебя резко благодарить начали и всё такое. Вот и решил лично тебя поблагодарить. И прям вовремя пришёл.
Части пазла сложились воедино, и теперь я полностью понял всю картину. Что ж, приятно, однако.
– Спасибо вам, – кивнул я. – Хоть я и помогал не ради благодарности.
– Понятное дело, – кивнул Петрович. – Ты и не мог знать, кто я и кто мой зять. Ну что, свою задачу я выполнил, почапал домой. Жена уже заждалась поди.
– Всего доброго, – улыбнулся я.
Вот как в жизни бывает! Помог пациенту – и благодарность вернулась спустя время, когда уже и думать забыл о том случае.
А Якубова этого даже в чём‑то жаль. Хоть это и не оправдывает его поведение, жизнь у него явно тоже не сложилась. Но это всё равно не означает, что надо быть озлобленным на весь мир.
Пусть теперь Шарфиков с Кристиной им занимаются.
Петрович ушёл, и в кабинет вернулась Лена.
– Вот это история! – со смехом протянула она. – Этот Якубов – тот ещё фрукт, оказывается. Ой не могу!
Прям герой дня сегодня.
– Что‑то ещё произошло? – поинтересовался я.
– Не то слово, – Лена явно была в настроении. – В общем, пока пациент попросил меня выйти, решила карточку Якубова как раз Кристине отдать. Ну, пациент‑то с их участка, и думаю, они и будут заниматься. Прихожу, а там Шарфиков куда‑то вышел, и одна Кристина сидит.
– И что дальше? – поинтересовался я.
– Она как его имя с фамилией увидела – прям в лице изменилась! – воскликнула Лена. – Оказалось, что они уже знакомы были, в Дайвинчике. И этот Якубов Кристине прислал… Ну, ты понимаешь. Части своего тела, короче. Таким образом хотел познакомиться.
Дурацкий способ знакомства какой‑то. Осознав всю абсурдность ситуации, я тоже не сдержал улыбки.
– Представляю, что она испытала, когда поняла, что это теперь их пациент, – покачал я головой. – Сегодня явно не их день.
– Это точно, – кивнула Лена. – А потом я вышла из кабинета, а понурый Якубов уже в очереди сидел. Сейчас встреча века произойдёт!
Ну и кашу заварил этот Александр Вячеславович! А всего‑то надо было не психовать, когда я сообщил ему предварительный диагноз. И ничего бы из этого не случилось.
В целом, всё разрешилось отлично. Пациента всё равно обследуют, хоть и другой врач. И без медицинской помощи он не останется. Кроме того, меня лично пришёл благодарить другой пациент, что оказалось очень приятно. Проблема была решена.
Остаток приёма прошёл спокойно, подобных громких ситуаций больше не было. В шесть вечера приём закончился. Мы с Леной единогласно решили задержаться, поработать с документами. На дежурство мне было только к восьми вечера, так что время ещё было.
Я дошёл до регистратуры, чтобы у дежурного регистратора взять ключи. Сегодня вечерним регистратором оказалась Светлана, та самая женщина лет сорока, с которой у нас уже однажды был конфликт. Она начала записывать ко мне явных хирургических пациентов, аргументируя это тем, что она не врач.
Увидев меня, она сразу же помрачнела.
– Доктор, что вы хотели? – буркнула Светлана. – Снова я кого‑то не того к вам записала?
– Нет, я просто хотел забрать ключи от поликлиники, – ответил я. – Мы с медсестрой останемся и поработаем, а потом я сам отнесу их в приёмное отделение.
– Ещё чего! – фыркнула Светлана. – Не положено так делать!
Ну вот не может быть всё просто. Я вздохнул.
– Я уже делал так, и не раз, – спокойно сказал я. – У меня дежурство начинается в восемь вечера, до этого времени я вполне могу поработать здесь. Вам нет никакой разницы, кто закроет поликлинику.
– Мне заведующая не говорила, что так можно делать, – заупрямилась Светлана. – Так что я отказываюсь брать на себя такую ответственность!
– Ну так позвоните ей и спросите, – предложил я. – Раз не хотите брать это на себя.
Она бросила на меня злобный взгляд и достала телефон. Набрала заведующую, спросила про эту ситуацию. Затем получила ответ, повесила трубку.
– Заведующая сказала, что это обычная практика, – буркнула она. – Ладно, тогда закройте за мной дверь. Остальные все из поликлиники уже ушли.
Светлана надела пальто, подхватила свои вещи и быстро вышла из поликлиники. Я закрыл за ней дверь и вернулся в кабинет.
– Что‑то ты долго, – заметила Лена. – Что‑то случилось?
– Нет, просто поликлинику закрывал, – отмахнулся я.
Мы погрузились в работу. Осмотры, карты, МИС, диспансерное наблюдение. Работали молча, только иногда перекидываясь парой слов о работе.
Минут через сорок я решил сделать небольшой перерыв. Вспомнил про своего пятничного пациента, Кораблёва.
– Лена, а в МИСе можно посмотреть осмотры или историю болезни других медицинских организаций? – спросил я. – Хочу узнать, как дела у нашего Ивана Степановича.
– Который с инфарктом? – сразу вспомнила она. – Да, я тоже о нём сегодня думала. Если нам дадут доступ, то сможем посмотреть. Сейчас покажу.
Она открыла в МИСе страничку Кораблёва, показала мне, как делать запрос на предоставление истории болезни с другого учреждения. Вскоре на запрос пришёл положительный ответ, и я открыл его историю болезни.
Так, балашовская больница, реанимация. Состояние пациента стабильное. Инфаркт миокарда передней стенки, обширный. Проведено аортокоронарное шунтирование. Отмечается положительная динамика.
Понятно. Пока боятся его переводить из реанимации, потому что диагноз очень серьёзный. Но его жизни уже ничего не угрожает. Не зря я использовал перерасход праны.
  
– Ну что? – спросила Лена.
– Он будет в порядке, – улыбнулся я. – Выкарабкается.
– Отлично, – выдохнула она. – Я переживала за него!
Она вернулась к журналам. Я же ещё немного посмотрел историю болезни.