Призрачный отель (СИ)

Прыжком взлетел на парапет, огораживающий площадку на вершине кургана.
А Стаса окутало сияние. Оно разгоралось всё сильнее. Стас улыбался — как человек, который довёл до конца сложную, тяжелую работу. Решил головоломную задачу, сделал всё, что мог — и теперь безоглядно, бесконечно счастлив. Маэстро глядел полными ужаса глазами на то, как Стас, сияя улыбкой, исчезает в луче.
  
— Пошли, — шепнул я, первым придя в себя.
Пятеро пустышек налетели на Маэстро, вцепились в него. Он завертелся на месте, отбиваясь.
— Запомни хорошенько! — повысил я голос. — Нанесёшь удар — мы ударим вдесятеро сильнее. Не пытайся даже разевать рот на видящих и на души, с которыми мы работаем!
Маэстро потерял равновесие и, облепленный пустышками, полетел вниз. Я бросился к парапету, перегнулся и успел заметить, как Маэстро упал в огонь. В тот же миг пламя Вечного огня взметнулось, едва не опалив мне брови. Я с криком отшатнулся. А когда посмотрел вновь, внизу было пусто. В смысле — никакого Маэстро. Он исчез. Пустышки тоже.
— Может, сгорел? — предположил я. — Всё-таки, место тут такое… мощное.
Я вдруг понял, что чувствовал энергетику таких мест и раньше, когда не был видящим. То есть, видящим-то был, получается, всегда, просто не знал, что я видящий. И поэтому чувствовал энергетику. Или не поэтому? Или энергетика воздействовала так, что я в итоге стал видящим? Сложно, блин, всё…
— Не, — прокряхтел Кондратий, навалившись на парапет рядом со мной. — С этой тварью так запросто не сладить. Ушёл.
— Ничего, ещё свидимся.
Прозвучало почти добродушно. У меня не получалось злиться. Как и в случае с Лизой, я чувствовал какую-то правильность, завершённость. И удовлетворение от проделанной работы.
Поднял руку, посмотрел на запястье. На шнурке образовалась вторая бусина. Ещё один синий камень грубой огранки, с сияющей искрой внутри. И вот это было то, что на самом деле важно.
— Тимур, ты всё это спланировал? — спросил Кондратий. Выпрямился и посмотрел на меня с каким-то даже страхом.
— Нет. Процентов пятьдесят, — честно признался я. — Я рассчитывал на пустышек. На то, что как только Маэстро вас отпустит, вы оклемаетесь, а пустышки бросятся на него. Тогда мы и вас отобьём, и Стаса не отдадим. Ну, при удачном раскладе — если у пустышек хватит пороху справиться с Маэстро. Когда Стас вознёсся, офигел не меньше, чем Маэстро. Этого уж точно не предполагал.
— Давай-ка на «ты», — предложил Кондратий. Узнав, что со Стасом мне просто повезло, он расслабился. — Я из простых людей. Выканье не люблю.
— Давай, — согласился я.
— Пустышки, значит, бросятся, — задумчиво повторил Кондратий.
Он спустился с кургана вниз, пошёл по аллее к выходу из парка. Я шагал рядом. Кондратий оглянулся. За нами топали пустышки.
Мне показалось, что их прибавилось. Хотя, по логике, должно было стать меньше — пятеро ведь сгорели вместе с Маэстро? Фигня какая-то. Чудится, наверное, на почве недосыпа. Вон уже рассвет скоро, небо светлеть начинает… Я зевнул.
— А ну, покажь, как ты это делаешь, — потребовал вдруг Кондратий. Остановился.
— Что? — Я тоже остановился.
— Пустышками командуешь.
Я вздохнул. Повернулся к пустышкам.
— Бегом по аллее — марш!
От толпы отделились несколько серых теней и рванули вперёд. Прочие так и остались колыхаться позади нас.
— Вот, — ткнув рукой в сторону убежавших, сказал я. — Вот как-то так и… — Я осекся.
По аллее бежало семь пустышек. Хотя до сих пор мне подчинялись только пять.
— Стоять! — рявкнул я. — А ну, ко мне!
Пустышки остановились. Развернулись, побежали обратно. Остановились передо мной.
Я ещё раз их пересчитал. Не ошибся. Семь.
— А было пять, — сказал Кондратий.
— А ты наблюдательный, — буркнул я.
— Я — обходчик. Работа такая. Понимаешь, да, как так получилось?
— Догадываюсь. Вознесение?
— Именно. Вознесённая душа влила в тебя силы. И, выходит, ты с каждым разом будешь становиться всё сильнее. Вон, глянь — ещё один к твоему берегу гребёт.
Кондратий махнул рукой. От входа в парк нам навстречу спешила новая тень. Через минуту влилась в шеренгу, застывшую передо мной.
— Хотя ты и был-то — не слабак, — продолжил Кондратий. — Оружие есть?
— А как же. — Я начал злиться. — Файерболы, джедайский меч, Вальтер PPK. На крайний случай ещё пулемёт держу. В отеле, под кроватью.
— Я о призрачном оружии. Не говори, что не видел! У Дениса — сабля, у Вана — палка. Что видящему сподручнее, то у него в руках и появляется. У тебя — какое?
— Э-э-э…
Я сообразил, что оружие в руках коллег и впрямь видел только в призрачном мире. Объяснимо, в общем-то — по городу с саблей или двухметровой палкой не больно побегаешь. Если не ментов, то психиатричку вызовут. Хотя Денис, конечно, мужик способный, такую отмазку вымутить может, что ещё и до дома проводят со всем уважением. Но тем не менее.
— Никакое. Нет у меня оружия.
Кондратий хитро усмехнулся.
— Есть. Вот оно, — кивнул на стоящих передо мной пустышек. — И я тебе так скажу: из всего, что я видел, твоё, пожалуй, самое мощное. Рано или поздно, глядишь, и впрямь удастся Маэстро одолеть. Только ты, это.
— Что?
— Не убейся раньше времени, вот что! А то больно уж горячий.
Пустышек я в итоге разогнал. Надобность в них отпала, а маячащая за спиной толпа действовала на нервы. Кондратий сказал, что это ничего. К часам, мол, или к обручальному кольцу тоже не сразу привыкают.
Разогнать пустышек оказалось просто, хватило единственного грозного окрика. Сил у меня, видимо, и впрямь прибавилось. Правда, рявкнул я в реальном мире. Не сообразил, что надо бы переместиться в призрачный.
Дядька средних лет в спортивном костюме, который в этот момент появился у входа в парк, услышав «Проваливайте!», аж подпрыгнул. Смерил меня и Кондратия настороженным взглядом и свернул на другую дорожку.
— Спортсмены, блин, — проворчал я. — Не спится же вам…
К выходу подошёл, тоскливо глядя на информацию от приложения такси: «машина прибудет через 20 минут» и решая в уме мегасложную задачу — ждать такси (которое может появиться через три раза по двадцать минут), или плюнуть и топать до отеля пешком. Опять. Есть у меня знакомые, которые меряются друг с другом шагами. Я такой фигней не занимаюсь, но если бы занимался, сегодня все рекорды бы побил. Суммарно, наверное, уже половину города оббегал.
Но оказалось, что терзался зря: у выхода из парка стоял знакомый Haval. Мигнули фары — Ван, сидящий за рулём, не рассчитывал на мою наблюдательность.
Честно говоря, правильно делал, зевал я всё шире. Усевшись в машину, тут же вырубился. Что рассказывал Вану Кондратий, уже не слышал.
* * *
Проснулся оттого, что в лицо светило солнце. Задвинуть шторы в половине шестого утра как-то не сообразил. А солнце, фигачащее в окно, означало, что день перевалил за середину.
Я перекатился на другую сторону кровати — туда, куда солнечные лучи не доставали. Благо, площадь позволяла.
— Доброе утро.
Я поднял голову и увидел Изольду, которая, сложив руки на груди, стояла в дверном проёме.
— Ну, такое, — отозвался я. — А ты как тут?..
— У меня ключ есть универсальный. Я всё-таки работаю в этом отеле, забыл?
— Это я догадался. Что заставило тебя прийти в комнату к спящему одинокому мужчине? Возможно, голому?
— Почему голому?
— Ну а откуда тебе знать, что у меня нет привычки спать голым. Я читал в одной умной книге — кажется, это был пост в Just Stories, — что спать без нижнего белья полезно для здоровья. Оно постоянно передавливает нам кровоток в течение дня, а мы и ночью отдыха не даём. Так что если человек ещё и не живёт активной половой жизнью, заставляющей его периодически раздеваться, то он вообще находится в зоне страшного риска. Тромбы. Некрозы. Импотенция…
  
Спал я в трусах и футболке, традиционно. Трусы Изольду не смутили. Я потянулся за джинсами и зевнул.