В поисках солнца (СИ)

— Ну, славно! — наглядевшись, наконец, Дерек отложил подарок и уточнил, устремляя взгляд на друга: — Теперь-то ты расскажешь, что за гениальный план мы претворяем в жизнь?
Райтэн выгнул бровь и тоном «это само собой разумеется, и как ты умудрился ещё не догадаться?» ответил:
— Идём выкупать участок у Ирди, конечно.
Дерек приподнял брови и удивился:
— А с чего ей нам его продавать?
— Ну, вот сейчас и посмотрим! — хлопнул в ладоши Райтэн и устремился на выход. Дерек, естественно, не отставал.
…спустя пару часов отловленная у себя на рудниках Ирдания недовольно поджимала губы и выслушивала невероятно выгодное предложение, которое Райтэн высказывал весьма толково.
— И, конечно, совершенно бесплатный проезд! — клятвенно заверил он, тыкая пальцем в соответствующее место в заранее подготовленном документе.
Ирдания хмурилась, вчитывалась, шевелила губами и ничего не понимала.
— Тогнар, — наконец, вынесла вердикт она, — ты что за мутную воду мне льёшь? Нутром чую, что надуть хочешь.
Райтэн всем своим подвижным лицом выразил глубину оскорблённости подобным предположением.
Сощурившись, Ирдания произвела в своей голове нехитрые расчёты, суть которых сводилась к тому, как можно использовать многострадальный участок и зачем он затребовался собеседнику. Собственно, вариантов было исчезающе мало, поэтому ей потребовалось всего несколько секунд, чтобы сделать вывод:
— И как и, главное, кому ты собираешься сбывать этот дымящийся мусор?
Райтэн скривился и изобразил огорчение тем, что его мысли так легко угадываются.
Ирдания сложила свои полные руки на груди и тоном деланно недовольным возвестила:
— Вот уж! Так и продала! Не дура! — и постучала себя пальцем по лбу. — Сама продавать буду!
Хмыкнув, Райтэн тоже сложил руки на груди и невинно уточнил:
— И кому, а главное — как — ты собираешься сбывать этот дымящийся, как ты верно заметила, мусор?
— Не глупее иных! — беззубо огрызнулась та, поскольку, действительно, ровным счётом ничего не смыслила ни в добыче каменного угля вообще, ни в его дальнейшей обработке — в её полезных связях профессора Кармидерского университета, весьма просвещённые в химии, не значились.
Они с минуту помолчали, осмысляя патовое положение, в котором оказались.
— Торгуемся — или по делу? — наконец, уточнил Райтэн.
Весёлое лицо Ирдании было лучшим ответом: торговаться она, конечно, умела, но в характере её было приступать к любому делу прямо и безотлагательно.
Тяжело и показательно вздохнув, Райтэн спрятал за пазуху первую бумагу и вытащил другую.
— Ну вот, иное дело, — довольно проворчала Ирдания, когда вместо документа о купле-продаже получила договор о партнёрстве.
— Попробовать-то стоило, — через губу сообщил Райтэн.
Вчитываясь в документ, она отмахнулась:
— У меня, Тогнар, мозги на месте, — и недовольно ткнула пальцем: — И мои мозги говорят, что за такой мизерный процент я точно в этом участвовать откажусь.
Райтэн выгнул бровь и парировал:
— Помилосердствуй, женщина! У меня мозги тоже покудова на месте. Ты знать не знаешь, как извлечь из своего участка выгоду, и едва ли найдёшь человека, который тебе в этом поможет. Без меня ты не получишь вообще ничего, поэтому цифра окончательна.
— Попробовать-то стоило, — хмыкнула Ирдания и жестом пригласила их следовать за собой, в небольшой домишко, где у неё был письменный уголок.
Там она ещё раз внимательно перечитала документ, похмыкала отдельным пунктам и, наконец, подписала, после чего передала бумагу и перо Дереку.
— Эм? — не понял тот.
Надо сказать, что за всей предыдущей беседой он наблюдал с большим удовольствием, поскольку и мимика Райтэна, и манера Ирдании со стороны смотрелись весьма любопытно. В чём суть дела он тоже, в общем-то, разобрался, и теперь не мог понять, как к этому делу относится он — свидетель, что ли?
— Да всё толково составлено, — махнула рукой на его удивление Ирдания и отвлеклась на сунувшегося в дверь с каким-то сообщением рабочего.
 
Райтэн, закатив глаза в своём излюбленном «Великое Пламя, с каким идиотом свела меня жизнь!» стиле соизволил ткнуть пальцем в нужное место и буркнуть:
— Подписывай.
Нахмурившись, Дерек вчитался в бумагу и со всё возрастающим недоумением обнаружил, что числится там как соучредитель.
— Тэн!.. — возразил было он, но не успел и слова сказать, потому что друг несколько нервно огляделся на занятую разговором Ирданию и попросил:
— Просто подпиши, ладно?
Выразив недоумение всем своим видом, Дерек подписал.
Как и ещё две копии, заблаговременно подготовленные Райтэном ещё в Аньтье.
Распрощавшись с занятой хозяйкой, которая тут же умчалась по своим делам, они направились обратно в город.
Покачиваясь в седле, Дерек принялся изучать свой экземпляр договора и с удивлением обнаружил, что играет в нём не последнюю роль — в отличие от той же Ирдании, упоминание которой сводилось к выплате процентов с прибыли и в праве на бесплатный проезд и провоз. Некий же господин Деркэн Анодар выступал в этом договоре полноценным совладельцем предприятия, и процент с прибыли ему предлагался такой же, как и самому Райтэну.
С точки зрения Дерека, такое положение вещей выглядело даже не покровительством уже, а каким-то… иждивением, вот!
— Тэ-эн? — весьма холодно протянул он, сдерживая подступающий к горлу гнев.
— Великое Пламя! — закатил глаза тот, поняв, что скандала избежать не выйдет. — Мозги включи, Дер!
— Включаю, — зло процедил он. — С госпожой Нинар всё ясно, это её земля. С тобой всё ясно, ты вкладываешь свои деньги во всё это. А я у тебя что за бедный родственник получаюсь?!
— Бедный… родственник? — переспросил Райтэн, останавливая коня. Уголки его губ еле заметно дрожали.
Он сдерживал смех столь явно, что Дерек тоже остановился, возвёл глаза к небу и разрешил:
— Ну уж отсмейся сперва, потом отвечай.
Райтэн не то что засмеялся — заржал так заразительно, что гнев Дерека невольно поугас, и он поймал себя на том, что вынужден прилагать усилия, чтобы сдержать просящуюся наружу улыбку.
Наконец, покончив с весельем, Райтэн снова тронулся в путь и принялся размеренно объяснять:
— Посуди сам, Дер. Ты мои способности в плане общения сам знаешь, — тот усмехнулся, поскольку способности эти следовало назвать скорее уж антиталантами, — а дело, в которое мы ввязываемся, предполагает просто тонну именно общения!
— С лесопилкой тебе это не мешало, — разумно возразил Дерек.
— На лесопилке я приказывал, — выделил голосом Райтэн, — а они выполняли. И если выполняли плохо — я нанимал других. А тут, как ты понимаешь, нам нужно найти подход… к тем, кто будет у нас покупать.
— В смысле? — заинтересовался Дерек, наклонив голову набок и прищурившись.
— В смысле! — Райтэн махнул рукой. — Ты же помнишь, они все какие-то мифические идиоты без мозгов! — горько воскликнул он. — Еду им, видите ли, отравит! Детей, видите ли, сглазит! Женщины рожать перестанут, если дымом надышатся!
Дерек покивал, узнавая монолог, который уже слышал однажды — на судне Этрэна.
— А теперь представь, — распалялся всё больше Райтэн, — что я весь такой прекрасный приду к такому индюку слабоумному и начну ему объяснять, что каменный уголь ничем не уступает древесному, а где-то и получше будет! А он мне в ответ ляпнет какую-нибудь дурь про отравление еды!
Дерек присвистнул. Перед внутренним взором его встала картина, в которой Райтэн в лучшем случае в лицо называет оппонента дебилом, а в худшем — так и вовсе запускает в него кружкой какой-нибудь.
— Но ты, Дер, — резко повернулся к нему Райтэн, — ты — совсем другое дело. Я не знаю, как у тебя это получается, но ты за четверть часа, разговаривая не о погоде даже, а о каких-то несушках на заднем дворе или цацках, которые нынче в моде у дам, умудряешься влезть человеку в душу и всячески расположить его к тому, что ты говоришь.