Слово мастера (СИ)
Я тогда молча кивнул, приняв информацию к сведению. Но для себя решил, что в будущем обязательно вернусь к этому вопросу и попробую детально в нем разобраться.
Сейчас же моя задача заключалась всего лишь в том, чтобы настроиться на самого обычного грызуна и заставить его совершить хотя бы несколько простейших действий.
При этом собственно с настройкой проблем у меня не возникло, поскольку я уже не раз делал это в симуляторе. Собственно, сам процесс был несложен и заключался в том, что для начала мне следовало как-то обозначить, выделить то, на что я собирался воздействовать. Получить, так сказать, субстрат для использования магии. И поскольку зрительные образы давались мне намного легче, чем все остальное, то я предпочел этот самый субстрат… а именно чужое сознание… визуализировать. И уже потом попытался его почувствовать, дополнить зрительное восприятие другими доступными мне ощущениями.
Более того, я даже сумел почувствовать свою будущую жертву. Ощутил, что рядом со мной находится живое существо. Потом представил, каким именно образом буду воздействовать на мышь, используя самую простую известную мне аналогию с найниитом, роль которого выполняли обычные ментальные щупальца. Проще говоря, отростки ауры, которыми я, словно найниитовыми нитями, благодаря все тому же симулятору уже умел более или менее управлять.
И вот как только я сначала создал, а потом опутал этими щупальцами сознание мышки, то почти сразу почувствовал, что контакт налажен. А значит, чисто теоретически я уже был способен влиять на нее так, как это положено делать нормальному менталисту.
Казалось бы, в чем проблема?
Аналогию я нашел. На практике ее успешно реализовал. Визуализация процесса у меня тоже была достаточно полной…
Но вот дальше случилось непредвиденное, потому что как только я сделал самое важное и, наконец, дал мышке команду сесть, крошечная полевка вдруг протестующе пискнула и благополучно издохла.
Угу. Вот так сразу. Рухнула просто, как подрубленная. А ее аура мгновенно угасла, хотя ничего плохого я ей вроде не сделал.
— Кхм, — кашлянул при виде такого фиаско мастер Рао. — С настройкой, как я вижу, проблем у тебя нет. А вот дозировать силу ты совсем не умеешь.
— К сожалению, вы правы, учитель, — пробормотал я, испытывая легкое чувство вины перед несчастным грызуном, которому я по неосторожности вскипятил мозги. — Но в свое оправдание могу сказать, что в симуляторе это выглядело совсем иначе.
— Конечно. У тебя симулятор общего типа, а он, как ты понимаешь, не учитывает тех нюансов, которые есть у любого живого существа. Мышь и человек — субъекты совершенно разных весовых категорий. Поэтому если, пытаясь воздействовать на мышь, ты прикладываешь усилие, требующееся для человека, то от мышки…
Он выразительно покосился на издохшего грызуна.
— Ничего не останется.
Я с досадой прикусил губу.
— Не переживай, — поспешил успокоить меня учитель. — Симулятор я тебе поставлю. Для этого нужно только съездить в ближайший город. Ну а пока давай попробуем отрегулировать силу воздействия, благо принцип тут точно такой же, как и в любом виде сопряженной магии: сначала представляем, потом чувствуем и только затем делаем. Так же, как с границами. Так же, как в субреальности. Помнишь?
Я с готовностью кивнул. После чего учитель выбросил из клетки мертвую мышь. Потом ненадолго ушел в лес. А когда вернулся, в его руке сидела совсем другая мышка, которую он, недолго думая, запустил в клетку вместо первой и знаком велел мне продолжать.
Увы.
Как и в других направлениях магии, проблема ощущений стояла у меня на первом месте, потому что в каждом случае они были чуточку разными. К примеру, изменение или повреждение границ я ощущал как гуляющий по коже холодок и лишь спустя какое-то время начал их видеть. Да и то лишь с помощью Даруса Лимо, который первым предложил мне понятное и, главное, реализуемое на практике решение. С магией сна — то же самое. С магией времени, магией порталов…
Но для каждого направления магического искусства эти ощущения были свои. И для магии разума мне тоже следовало отыскать что-то особенное.
Дело осложнялось еще и тем, что, в отличие от того же Кэвина, который постепенно и последовательно шел от нулевой к первой ступени, у меня не было времени осваивать свои способности от простого к сложному и благодаря этому их медленно и аккуратно узнавать. Мне они достались уже, можно сказать, первого уровня. Я, собственно, и не видел их слабыми. Мне не пришлось их наращивать, поэтому ступеней этого мастерства я не проходил, разницу пока не чувствовал. И мне приходилось заново искать для себя ориентиры для разных уровней воздействия.
И это, к сожалению, требовало жертв.
— Ничего, — без особого удивления сказал мастер Рао, когда я таким же варварским методом угробил десятую мышку подряд. — Каждый из нас через это когда-то проходил и точно так же, как ты, учился. Главное, что задачу ты понял. Инструменты для ее решения у тебя тоже есть. Поэтому сейчас я тебе принесу новых подопытных, а ты сиди, работай. Никто тебя по времени не ограничивает. А когда мышки закончатся, просто свяжись со мной, и я насобираю для тебя новых.
Я тяжело вздохнул, совершенно не чувствуя восторга от почетного звания убийцы грызунов. Но делать нечего. Учиться все равно надо. И лучше уж я устрою мор среди мышей, чем по неосторожности убью человека.
После этого мастер Рао кинул мне небольшой прибор с большой красной кнопкой, забрал с собой клетку и снова ненадолго исчез в лесу. А когда вернулся, то у меня появилось еще два с половиной десятка потенциальных смертников, которых учитель, судя по всему, наловил с помощью магии разума и ушел, оставив их мне на растерзание.
К моему несказанному сожалению, и этот подопытный материал закончился у меня слишком быстро. Каких-то жалких пол-рэйна всего прошло, и все, опять надо было идти за новой порцией. При этом тревожить старого мастера и просить его вернуться, чтобы потом носиться по лесу в поисках лабораторных мышей мне почему-то показалось неприличным. Мало того, что пожилого человека гонять туда-сюда. Да еще и не за чем-то серьезным, а, блин, за какими-то мышками. Поэтому, когда живых грызунов в клетке не осталось, я досадливо сморщился. Огляделся. И, поняв, что контролировать меня некому, сначала отправил за новыми подопытными Ши. А когда заметил, что ловит он их гораздо медленнее, чем я убиваю, решил сходить сам.
Блокираторы в этом плане не были мне помехой. Они как работали, так и продолжали работать, когда я ушел. Мне же для поиска мышей пришлось воспользоваться найниитовыми нитями. И вот когда я объявил сезон охоты на грызунов открытым, кое-что во мне неожиданно изменилось.
Собственно, для этого всего-то и надо было, что выйти из ограниченного блокираторами пространства и оказаться в самом обычном лесу, в котором имелась масса всевозможной живности. Грызуны, ящерицы, птицы, белки… лес вокруг крепости ими буквально кишел, однако я до поры до времени об этом почему-то не думал.
Больше скажу. Когда я сидел и настраивался на каждую мышку по отдельности, то для меня она… вернее, ее сознание… выглядело как небольшое пушистое белое облачко, которое следовало захватить и направить в нужную сторону. Для захвата я, как и сказал, создал из собственной ауры тонкие длинные нити наподобие найниитовых… те самые ментальные щупальца… и с их же помощью пытался проникнуть в чужое сознание, чтобы подчинить его своей воле.
Самое интересное, что с захватом у меня дела обстояли очень даже неплохо. Опутывать чужое сознание нитями для меня было, можно сказать, привычным. Но вот заставить его действовать так, как было нужно мне… пожалуй, в этом-то и заключалась самая главная проблема. И я пока не знал, как ее решить.
Однако тогда мышь была всего одна.
Тогда я смотрел только на нее, концентрировался на новом чувстве и не обращал внимания на то, что происходит снаружи.
А вот когда я вышел за очерченную блокираторами границу и попытался сконцентрироваться, то неожиданно для себя обнаружил, что похожих облачков вокруг меня на самом деле великое множество. Побольше и поменьше, посветлее и потемнее… они были практически всюду. Причем видел я их достаточно далеко. И это дало мне возможность более точно определить расстояние, на котором действовала моя новая способность.