Грёзы и предостережения (СИ)

Рука задерживается на засове:
— Обещай, что вы не обидите женщин и детей, и не нападете ни на кого без причины, — озвучиваю свои условия.
— Ссильная. Хорошшо, — удовлетворенно выдыхает зверь, и я слышу в его шипении одобрение. — Обещщаю. Мы не воюем с ишессами и рушшами.
В голове мелькнула масса причин, не делать глупости, не открывать двери, не верить этому обещанию, но рука уже нажимала на задвижку, отпирая камеру.
— Сступай, — повторил рупантари, на мгновение, задерживая свой взгляд на ребенке. Длинный язык лизнул маленькую щечку. — Сспасси моего рушши.
— Хорошо, — соглашаюсь в этот раз без какого-либо давления со стороны преобразившегося, так как обмен мне кажется равноценным.
Меня легонько разворачивают и подталкивают в спину. По инерции сделав шаг, оборачиваюсь:
— Уходите в горы, там есть пещеры, где вы сможете спрятаться.
Мне послышалось или он рассмеялся на это мое предложение?
— Не пережживай, ишесса. Рупантари умеют выжживать.
Сделала шаг в сторону двери, через которую вошла, и неведомое наваждение схлынуло. Все эмоции вернулись вновь, захлестнули, опутав комом страха, сомнений и тревог. Звуки открываемых камер, свистящий говор многих голосов только усиливали это гнетущее чувство приближающегося кошмара.
— Беги, ишесса, — предупреждающе донеслось из-за спины.
Ноги сами собой ускорились, и я испуганно, шумно дыша, понеслась стремглав.
Лишь забежав за очередной угол и отдышавшись, вспомнила сказанное рупантари «ни один рупантари не обидит тебя».
«Рина!» — вновь позвала Джури и я потянулась к драконице, мысленно показывая ей все произошедшее.
Я уже почти выбралась из пугающей бесконечности коридоров, когда на моем пути внезапно возник Айвир. Кинулся на меня словно хищник, выжидающий добычу в засаде.
— Рина, — прошептал мне в макушку, крепко сжимая в объятиях. — Мы тебя обыскались. Нужно уходить.
Облегчение в его потемневших до черноты глазах сменяется недоумением, когда рейттар замечает сверток в моих руках. Вижу, как в полумраке коридора взлетает вверх темная бровь, а в глазах мелькает вопрос и укор.
— Не спрашивай, — предупреждающе прошу, отодвигая прикрывающую маленькое личико тряпку. Заполнившие почти всю радужку зрачки округлившихся глаз мужчины, так явно выдают изумление, что где-то внутри меня с ликующим свистом лопается натянутая струна.
«Он не знал!», — осознание этого факта приносит странное удовлетворение, и я расслабленно выдыхаю, только сейчас понимая, что несколько долгих секунд не дышала в ожидании его реакции на ребенка.
— Расскажешь потом, — хватая за руку, утягивает меня за собой рейттар.
Почти сразу коридоры сменяются темными тоннелями. Под ногами шуршит мелкая галька или что-то очень на нее похожее и наш почти неслышный шаг превращается в пугающий топот сотни ног. Наверно, такой бы звук выдавала закованная в латах армия.
Мы идем так быстро, что почти бежим. С каждым шагом удаляемся от замка, и по мере того, как крепнет моя уверенность в этом, в голове мелькает робкое подозрение, просыпается приспанная доверием настороженность.
— Куда мы? — вырвавшийся вопрос гулким эхом отлетает от стен.
— Покидаем Окаву.
— А Джури?
— С ней все в порядке, — бросает, оборачиваясь, и я вижу насупленные брови, словно это мое уточнение ему неприятно.
Мысленно ругаю себя. Я ведь и сама знаю, что с драконицей все хорошо. Чувствую ее беспокойство за меня и спокойствие от присутствия рядом с ней обожаемых драконов. Удивительно, но эти чувства драконов, эта ее любовь и доверие, рождают и во мне такое же безоговорочное доверие.
Из всего слышанного ранее я знала, что рейттар влияет на дракона, полностью подчиняя его сущность. Но так ли это? Что если влияние взаимно? И это не я внушила Джури уверенность в драконах, а она мне?
«Если все чувства драконов переносятся на человека, то…», — предположение не успевает оформиться, как меня посещает мысль о первичности чувств. Чьи чувства и реакции сформировались ранее? На один короткий вдох воспоминание о брачном полете затмевает все. Джури тогда еще не знала драконов и все это время, я думала, что это мое отношение к рейттарам определило ее выбор. Но так ли это? А что если выбирала Джури? Ведь она как-то общается с ними мысленно. И насколько я понимаю не только с ними.
 
Важны ли были все эти мысли сейчас, когда я уносила ноги от очередной опасности? Не знаю, но они вспыхивали в мозгу подобно искоркам, рождая понимание, что, не отделив себя от Джури, я не смогу ограничить свой выбор одним мужчиной. За эти несколько дней они приучили меня к себе и своим прикосновением, окружили лаской и заботой, подарив ощущение нужности. Я больше не содрогалась от вкрадчивого шепота и неприкрытой ласки. Они вытеснили всё прошлое и заполнили собой став неотъемлемой частью моей новой жизни.
За рассуждениями не заметила, как очередной поворот вывел нас на поверхность. Яркое солнце слепит глаза, и я невольно прищуриваюсь. Оступаюсь, слышу, как с легким шумом катятся по склону осыпающиеся камни. Айвир подхватывает меня на руки.
— Не знаю, кто выпустил рупантари, но они отвлекли внимание на себя, — говорит кто-то рядом. Но кто это я не вижу.
Когда глаза привыкают к свету, я уже восседаю на взмывающем в небо сером Олваде. Вместе с нами взлетает в небо еще десяток драконов. А внизу под нами кипит сражение.
На минуту один из рупантари замирает, вздымая голову к небу, поворачивает ее в нашу сторону, будто способен разглядеть меня в той маленькой точке, в которую я стремительно превращаюсь.
«Я найду тебя, ишесса. Сбереги рушши», — шипение в моей голове, кажется чем-то неправильным, мне хочется отстраниться от него, но вместо этого в мыслях тревога и беспокойство за тех, кто остался внизу.
* Зибер — растение, вызывающее у драконов сонливость
* Шарх — мелкий грызун типа мыши, маленьких шестиногих грызунов с длинным хвостом, своей острой мордочкой смахивающих на земных крыс.
  
Глава 11
 
— Где она? — встревоженный Нарсар влетел прямо на тренировочную площадку, прерывая занятие.
— Два круга по площадке, — выдал распоряжение будущим рейттарам Оретт, шикая на младшенького. — Что случилось?
— Рина… Я пришел, а ее нет в твоей комнате. На кухне тоже нет. И у драконов. Даже Джури, по словам Круда, не может ее найти.
Оретт коснулся сознания Дрейма, но и его дракон был обеспокоен исчезновением всадницы королевы. А еще Дрейм настоятельно требовал сопроводить Джури на тайную площадку рождений. Мысленно Оретт согласился, что Джури лучше очутиться в защищенном месте. Дрейм тут же встрепенулся ему не терпелось показать то место, что они подготовили для родов своей самочке. И пусть это не та пещера, в которой они позволяли измываться над собой капризной драконице, но зато выбранное ими гораздо надежней, ведь попасть туда может только дракон. И главное, о нем никто не знает, а значит, их детки будут в полной безопасности.
— Айвир?
— Тоже не знает, где она, — ответил Нарсар и поспешно добавил: — как и ее подруги.
И в это время прозвенел сигнал тревоги, наполняя паникой души учеников.
— Что происходит?
— Не знаю. Но, кажется, время пришло. Днем раньше, днем позже — не имеет значения.
— А Рина?
— Подключи к поискам Айвира, — бросил короткий приказ Оретт.
— А ты?
— Справлюсь и без него, — отмахнулся рейттар, от вопроса Нарсара. — Ребята, без паники, — поднял он руку, призывая к порядку подростков. Все вы знаете, как нужно действовать в такой ситуации, вот и продемонстрируйте.
Дети встрепенулись и побежали к своим драконам.
— А родители? — подскочил к Оретту Фират.
— Все будет в порядке, Фир. — и тут же громко добавил, — Фир назначается старшим. Слушаться беспрекословно.
Спустя несколько мгновений, стайка молодых драконов взлетела в небо, чтобы скрыться и пересидеть опасность в убежище. Кем-кем, а будущими рейттарами, рисковать они не могли.