Грёзы и предостережения (СИ)
— Я не хочу, чтобы кто-то видел нас, — призналась я, решив, что дети те немногие, кому стоит доверять в этом мире. Уж у них точно нет никакого умысла в отношении меня.
— Ты не хочешь в полет, — констатировал старший, пристально вглядываясь в мое лицо серыми невозможно взрослыми глазами. В отличие от младшего рыжеволосого брата он был смугл и темноволос, но еще не стерлась некоторая мягкость черт, хотя серьезность взгляда и требовала уже равного к себе отношения.
— Не хочу, — призналась я, не став юлить и лукавить.
Теперь на меня уставились две пары глаз: серые — оценивающие, внимательные, и голубые — изумленные, восторженные, ожидающие чего-то. Одинаково курносые, задранные вверх, забавные носы с россыпью веснушек на щеках, придавали их лицам особый шарм.
— Не хочешь стать Предводительницей? — не удержал вопроса чумазый младший Мират.
— Не хочу.
Старший кивнул, соглашаясь то ли с моими словами, то ли с мыслями, что возникли у меня в голове. Запоздало вспомнила, как он повторял слова отца, про запрет полета золотой.
— Я — Рина, — решив, что пора бы уже и познакомиться, представилась я.
— Фир, всадник Креека, — гордо и совсем по-взрослому представился мальчик, — а это мой младший братец Мират.
— Мы пришли сюда к Крееку, — сообщил все еще не в силах устоять на месте младший.
— Если вы мне поможете, я познакомлю вас с Джури, — предложила я, понимая, что перед таким искушением как знакомство с новым драконом мальчишки вряд ли устоят. — Только это будет наш секрет, — мальчишки сразу сникли, и я подсластила горькую пилюлю. — Не навсегда. До брачного полета золотой.
Синхронно кивнули две головы.
— Хорошо, мы поможем тебе, — озвучил решение Фират и незамедлительно приступил к исполнению: — Подумай о золотой. Соединись с ней, спроси, где она.
Следуя его подсказкам, связалась с Джури и тут же ощутила настороженность, с которой золотая следила за охотой серо-синей драконицы. Та кидалась вниз на зверей, похожих на наших овец, рвала им яремные вены и откусывала самые вкусные куски мяса, бросая недоеденные тушки. От Джури летело недовольство таким расточительством и тем страхом, с которым зверьки метались по загону.
— Она смотрит, как обедает новая королева.
— Загоны кормлений, — кивнули мальчишки, сразу же догадавшись о каком месте, идет речь.
— Пусть спрячется где-то и не показывается им на глаза рейттарам и драконам.
— Она и так прячется за камнями на уступе где-то сверху, в тени огромного дерева.
— И как она туда поместилась? Там же мало места для взрослого дракона, — со знанием дела сообщил старший. Пожала плечами. — Но я знаю, как туда пройти. Я вчера прятался там с Крееком, хотел посмотреть на кормление золотой, но она так и не прилетела, — заявил с упреком.
Улыбнулась, немного виновато подернув плечами и не став озвучивать возмущенное сопение Джури, что своих зашуганных и откормленных до неповоротливости зверей они могут есть сами, а она великий дракон способный поймать себе добычу самостоятельно.
— Идем, — кивнул Фир, разворачиваясь обратно и взбираясь на уступ. — Дорога трудная, ты только не ной, как девчонка, — непонятно кому из нас бросил мальчишка.
Мы с Миратом переглянулись, почти синхронно пожали плечами и, предвкушая скорую встречу, последовали за ним.
— И, Мир, помни, подходить к чужому дракону, пока не разрешит его рейттар нельзя, — поучительно напомнил Фират.
***Пока пробирались пещерами, мальчишки безыскусно рассказывали мне о жизни в рейте, о драконах и обычаях. Больше всего в этом преуспел младший, незамысловато делясь всем тем, что успел заметить, увидеть и услышать. А о том насколько пронырливы дети в этом возрасте и насколько взрослые, считая их неразумными, способны при них откровенничать, я знала не понаслышке. Вот и вывалилась сейчас на меня несистематизированная и разносторонняя информация.
Начиная с рупантари, которыми детишек пугают, и на войну с которыми обязательно отправиться этот юный герой, когда вырастет. Причем его даже фырк брата: «Ты не пройдешь запечатления, так как будешь уже старый для обучения к следующему вылуплению» не смутил и ни капли не расстроил. Мират с такой уверенностью заявил, что раз нашлась золотая драконица, значит, есть и другие и один из них обязательно станет его. Что я тут же поверила — точно есть и уж кто-то, а этот мальчишка рейттаром станет. Слишком много в нем целеустремленности и незыблемой стойкости, а такие не ломаются в жерновах жизни, только крепче с возрастом стают и выдержанней как изысканный хороший коньяк.
И заканчивая тем, что у них два разных папы, а вот мужа у мамы нет. Здесь, как я поняла, браков вообще не существовало. Да, и жили мужчины в замке, а женщины в домиках внизу. Отношения были свободные, да и нравы довольно своеобразные.
— В следующий Согд я выберу самую красивую девушку и ударю ее по лицу букетом альвин*, - заявил Мират.
— Зачем? — удивилась я, предполагая, что Мир к тому времени из возраста «дерни за косичку» уже вырастет.
— Как зачем? Чтобы рассказать ей о своих чувствах. Или приглашу на колени, и она будет на них сидеть, как я иногда у папы, — все с той же детской непосредственность посвящал меня в таинства ухаживания за объектом вожделения мальчик. — Так что если тебя стукнут по лицу и парень тебе нравится, подари ему рубаху. Жаль, я еще маленький, а когда вырасту, тебя уже заберут. Я бы положил тебе голову на колени, позволил расчесать мои волосы и выпил из одного кубка.
В голове предупредительным знаком вспыхнуло, что мне срочно нужно изучить особенности их ухаживаний, а то сделаю что-то привычное — пощечину, например, отвешу, а это примут за прямое поощрение действий и все мое сопротивление окажется откровенным «да». Увидев, как я скривилась, Фират истолковал это по-своему:
— Да, не бойся ты так, ни один рейттар женщину не обидит. Всё всегда только по согласию, — улыбнулся мне ободряюще и со знанием дела пробормотал: — Если только не брачный полет…, - и заметив, как я еще больше поникла, поспешно добавил: — но и там девушка сама хочет. Ей страсть драконицы передается.
От этих слов стало еще страшнее. Да настолько, что моя паника невольно передалась Джури, а пугать своего драконистого ребенка мне не хотелось. И я быстренько передала картинку паука, вызвав у золотой приступ насмешливого смеха и фырканья. Чую аукнется мне позже.
Добрались мы до золотой, когда в небо взмыла серо-синяя Принцесса. За ней в погоню устремилось сразу несколько драконов.
— Ух-ты… Брачный полет, — восторженно прошептали мальчишки, внимательно следя за драконами.
— Смотри там Некодос и остальные рейттары отобранные для полета, — ткнул пальцем на одну из пещер почти на самой вершине скалы справа от нас Мират.
— Это священная пещера Таинства, — уведомил нас Фират. — В нее никого не пускают. Но мальчишки говорят, там есть горячая купальня и места достаточно для нескольких драконов.
И тут же вернул свой взгляд на полет уносящихся в небо драконов.
— Эх, быстро догнали, — разочарованно выдохнул он, когда один из драконов слился с драконицей. Рассмотреть, что там происходит, было практически невозможно, и я удивленно посмотрела на мальчика: — Рейттары уходят и не по одному, как бывает, когда их дракон выдыхается, а все сразу. А это значит, что один из них догнал Принцессу, — расстроенно махнул рукой.
— Так чем ты расстроен? — попробовала выяснить я, глядя в серые, как туманное небо, глаза.
— Кладка маленькой будет. Старейшина говорит, раньше полет длился несколько часов, и в кладке была почти сотня яиц. В последнем вылуплении было не больше трех десятков. В этот раз и того меньше будет.
— А мальчишек тогда зачем так много забрали?
— Так традиции, — махнул рукой Фират и совсем по-взрослому недовольно сплюнул: — Дань. Шестьдесят пять мальчишек и тринадцать девчонок. Только в те времена, когда эту дань обговаривали, у нас еще рождались девчонки и драконы, а теперь…