Я тебя поймаю (СИ)
— А деньги на билеты? — уточняет она. И, кстати, вовремя.
Лезу в карман за портмоне и тут же понимаю, что забыл его в номере. Хорошо хоть паспорта с собой, телефон и какая-то мелочь в кармане. Тысячи три, наверное.
— Билеты по дороге купим. Я помню номер карты, — рычу, медленно сканируя гуляющую по берегу публику.
И осекаюсь лишь на минуту. Всматриваюсь в любимое лицо. Убираю в сторону разметавшиеся от ветра рыжие волосы. И любуюсь той единственной женщиной в мире, которую хочу назвать своей женой. И назову. Если только нам удастся выжить, конечно!
Такси останавливается ровно в тот момент, когда, спрыгнув с катерка, пришвартовавшегося к причалу, несемся вверх по каменной лестнице. Тайкин Айфон издает дурацкие трели. И она, посмотрев на экран, командует.
— Такси стоит сразу за газоном. Лучше оббежать справа.
— Идем напрямую, — рычу я и упрямо тяну девчонку через клумбу.
— А чем расплачиваться будем? — вздыхает Тайка.
— Наскребу что-нибудь по карманам, — криво усмехаюсь я. Смотрю на водителя. Мальчишка еще!
— Хорошо водишь или на грани фола? — спрашиваю сурово.
— Аккуратно, — выдает он важно, надеясь на похвалу.
— Тогда садись назад. Отдохни. Мне нужно быстро. Очень быстро. Через час хочу быть в аэропорту, а не на том свете.
— Но… — пытается возразить он.
— За тачку не бойся, — нависаю над ним скалой. Если сейчас не согласится, останется на набережной.
— Ладно, — вздыхает паренек, отдавая ключи и садясь на заднее сиденье. — Только машину не разбейте, ладно? А то папа меня убьет…
— Где-то я уже это слышал? — улыбаюсь Тайке, кивая на место рядом с водительским.
— Лучше молчи, — зыркает она недобрым взглядом. — Я даже предположить не могу…
— Ты тоже, — садясь за руль, показываю взглядом на пацана. — Ну что, родимые, погнали!
Завожу двигатель маленькой серой хонды и, проводя пальцами по рулю, прошу.
— Покажи класс, пташечка!
Маленький седан трогается с места и быстро вливается в поток. А я, притопив газку, гоню к мосту, собираясь сразу выехать на объездную.
— Там могут ждать, — качает головой Тая. — Лучше через город. Сворачивай сейчас направо. Минут через двадцать выйдем на трассу.
Киваю молча. И в душе радуюсь, что выбрал в жены большую умницу. Ну, и красавицу, конечно!
Нам удается проехать по самому центру без пробок.
— Чудеса! — удивляется сзади паренек. — Ну, вы и водите лихо!
— Мастер-класс, — фыркаю, обгоняя какой-то Мерс. — Так еще и за мои бабки.
— Ну, вы реально крутой! — восторженно блеет юнец.
Говори, говори парень! А то дама сомневается. Лишь на самом выезде мы попадаем в пробку. Воспользовавшись моментом, покупаю билеты на ближайший рейс до Москвы и звоню отцу. Выволочки не избежать. Хорошо хоть Космонавт не все знает. А то вместо помощи я запросто могу обрести кучу неприятностей. Пахомовский Астон, мой променад голышом по территории отеля. Поездка удалась, нечего сказать…
«Блиин, — мысленно хватаюсь за голову. — Астон по-любому придется покупать. Тестю в подарок».
— Папа, я тут с Таей Пахомовой. Мы прилетаем сегодня. Сейчас скину номер рейса и время прибытия, — стараюсь говорить спокойно, но напористо. Главное, не дать отцу опомниться. Быстро сообщаю необходимое и хочу попрощаться. Раздачу люлей лучше отложить до личной встречи. На них Юрий Алексеевич Гаранин точно не поскупится.
— Что происходит, сынок? — перебивая, устало спрашивает он. — Мне звонила Рита Пастухова. Проклинала тебя.
— Ерунда, пап, — смеюсь тихонько. — У меня для тебя две новости. Одна — хорошая, вторая — плохая.
— Слушаю, — вздыхает Космонавт.
— Во-первых, я женюсь, — заявляю, чеканя каждое слово. А во-вторых, на мою невесту объявлена охота. Какая-то мразь хочет ее грохнуть.
— Подожди, — лениво просит папа. — Я еще от первой новости не отошел. На ком ты собрался жениться, Всеволод?
— На Тае Пахомовой. И мое решение ты можешь только принять. Обсуждать или отговаривать я бы не советовал. Нет смысла.
— Так она же совсем еще девчонка! — поперхнувшись, восклицает отец. — Как твои сестры!
— Это не аргумент, — фыркаю я, намекая на разницу в возрасте между отцом и мачехой. — Прикрой нам тылы, пожалуйста. За два дня — два покушения.
— Пришлю машину и охрану. И позвоню Вите, — поразмыслив, бросает отец. — Сева, — рыкает на прощанье. — Береги себя, слышишь?
— Ничего обещать не могу, — мотаю я головой. — Сейчас Таечка в приоритете.
— Она в положении? — резко спрашивает папаша, отбросив сантименты.
— Да кто его знает, — чешу я репу и вздыхаю демонстративно. — Может, и залетели. Мы же не предохранялись.
Только нажав на кнопку отбоя, понимаю, что сморозил глупость. Тайка обиженно отвернулась к окну, а пацан сзади довольно ухмыляется.
— Не лыбься, — бросаю ему раздраженно и, на светофоре притянув Тайку к себе, пытаюсь поцеловать. В висок, в щечку или в носик. Без разницы.
— Ненавижу тебя! — всхлипывает она.
— Зато больше к нам никто с дурацкими вопросами приставать не будет. А то я знаю отца. Велит развести нас по разным комнатам. А я без тебя уже спать не могу. И дышать тоже…
9
Нерезиновая встречает нас дождем и ветром. Папина охрана окружает нас со всех сторон и важно ведет к автомобилям, припаркованным неподалеку от входа. Я прижимаю к себе Тайку, до которой только сейчас начинает доходить ужас происходящего. Да и то только после звонка Пахомова, который застает нас по прибытии в Москву.
— Вы там живы, котятки? — сипло интересуется он.
— Папа, твой Астон…
— Да хрен бы с ним, — вздыхает Пахом, — главное, ты в безопасности, девочка.
— Я даже не знаю, кого подключать, — растерянно ухает он, когда Тайка передает мне трубку. — Фейсов, наверное. Бред какой-то, Сева. Но я у тебя в ногах готов валяться за спасение дочки.
— Да, все нормально, Виктор Николаевич, — скромно замечаю я. — Все живы и здоровы. Сейчас в Москве приземлились. Завтра к вам в Бордовый рванем.
— Не торопись, Сева, — кряхтит Пахом. — У вас в Подмосковье безопаснее. К Космонавту мало кто сунется. И охрана проверена. Там ваши люди, понимаешь? А в своих я уже не уверен. Пока проведу дознание, Тайку грохнут. Короче, вся надежда на тебя.
— Я справлюсь, — рапортую как высокому руководству. Еще бы и навытяжку встал, если б не табло «пристегнуть ремни».
Пахомов дает мне карт-бланш, и я уж клювом щелкать не собираюсь.
— Таечка, — шепчу на ушко милой, как только мы усаживаемся в папин Майбах. — Все будет хорошо. Пока поживем здесь. У Космонавта в имении надежная охрана.
И тут же с ужасом понимаю, что жить придется в одном доме с отцом и его семьей. Нет, я люблю отца и сестер. Неплохо отношусь к мачехе. Но вот в последний раз я жил вместе с родителями перед уходом в армию. Скоропостижная смерть матери и внезапная женитьба отца отдалили нас друг от друга. Мы работаем вместе. Сидим в соседних кабинетах. Обмениваемся шутками и сообща решаем возникшие проблемы. Но, блин! Жить под одной крышей… Как-то я отвык от этого.
Да еще привести в дом отца невесту. Без пяти минут жену. Только я могу учудить такое безумство. Глядишь, еще Анька — лисица хитрая — насплетничает. Надует Тайке про Полину или еще какую-нибудь белиберду.
Нужно сказать отцу, чтобы предупредил жену. Мне еще этих проблем не хватало.
— Прорвемся, малыш, — шепчу всякий вздор в ухо невесте и неожиданно понимаю, что следует предпринять.
Жениться! Как можно скорее!
И тогда Таисия Пахомова превратится в Таисию Гаранину. Станет жить за высоким забором и выезжать в город с охраной.
«Это ты сейчас про Тайку? — уточняю у самого себя. — Размечтался, придурок! Такие девочки не сидят в золотых клетках. Они творят глупости и свою жизнь. Самодостаточные красавицы, знающие себе цену. — И моя такая же», — улыбаюсь счастливо.
Отцовский дом встречает нас яркой иллюминацией. Папа с Анькой уже маячат на крыльце. И стоит нам с Таечкой выйти из машины, радостно кидаются целоваться. Таким счастливым и веселым мне отца приходилось видеть единожды. Когда мой старший брат Сеня женился на всемирно известной модели Лане де Анвиль. Естественно, по отцовским меркам я выбрал жену не хуже. Таисия приходится всемогущему Арману де Анвилю родной внучкой, и папа у нее тоже человек не бедный. Будто со стороны смотрю, как отец, а затем и высыпавшие на крыльцо сестры обнимают мою невесту. Перевожу радостный и чуть рассеянный взгляд на мачеху и неожиданно замечаю проскользнувшую в ее глазах тревогу.