Снова моя (СИ)

— Послушайте. Это не наша вина! Вчера была опрессовка, у нас сорвало кран.
— И что? — взревела она, — лучше за оборудованием следить надо было!
В чем-то она, возможно, права, но у нас никогда не было проблем с отопительной системой. Батареи не текли, краны все держали, только в этом году беда случилась.
— Управляющая уже приходила, будут разбираться, чья это вина…
— Ваша, естественно! У всех была опрессовка, а сорвало почему-то только у вас! Так что готовьтесь к суду!
  
Какая неприятная тетка! Перебивала, не давая и слова нормально сказать, тыкала пальцами, угрожала.
Я проигрывала ей и по размерам, и по громкости голоса, поэтому предпочла не спорить:
— Хорошо, будем готовиться, — сказала сквозь зубы и закрыла дверь. А потом, прислонилась к ней лбом и, прикрыв глаза, слушала как на лестничной площадке продолжает громыхать возмущенная соседка.
Что ж так не вовремя то все? Одно к одному. Работа, потоп, скандал с жильцами.
И не знаешь, за что хвататься. То ли волосы на голове рвать, то ли бежать в банк за кредитом, то ли в строительный магазин. Или засовывать гордость поглубже, и на коленях ползти к соседям, в попытке решить этот вопрос мирно.
— Черт… — тихонько приложилась лбом о деревянную поверхность двери, — черт…
— Кто там, Ксень? — спросила Ольга, выйдя в коридор, — Людка с первого этажа?
— Она самая.
— Мы ее залили?
— Похоже, что так.
— В суд пойдет?
— Пойдет, — уныло согласилась я, а тетя, еще раз тяжко вздохнув, махнула рукой и пошла на кухню:
— Что уж теперь. Справимся как-нибудь. Нам не привыкать…
В этот момент, глядя на ее внезапно такие сгорбленные и уставшие плечи, я пришла к выводу, что четыре часа в день, это отличная работа. Останется время на ремонт, или на еще одну работу.
Малыш прекрасный, условия хорошие. Суровый отец? Ну так мне за него замуж не выходить. Как-нибудь потерплю. В конце концов, это работа, а не развлекательная прогулка, где все должны друг друга радовать.
А то, что интуиция нашептывала, что добром все это не закончится — ерунда.
В конце концов, я — профессионал. Справлюсь.
И не позволив себе передумать, я отправила Бессонову короткое послание:
Здравствуйте. Во сколько приходить в понедельник?
Ответ прилетел так быстро, что я даже выдохнуть не успела.
Жду к девяти.
***
И вот передо мной снова серо-голубой дом за высоким забором.
И снова я поймала себя на мысли, что это здесь не так уж и плохо, только слишком пусто.
Калитку открыл уже знакомый мордоворот:
— Здравствуйте, — я натянуто улыбнулась, а он без лишних вопросов посторонился, пропуская меня на территорию и сказал:
— Вас уже ждут.
Если честно, я была уверена, что ждал меня Тимур, из-за которого сегодня я всю ночь не могла заснуть. Все думала, представляла, как будет проходить наше непростое сотрудничество, ворочалась с боку на бок, не в состоянии найти удобное положение. Мысленно спорила с ним и всячески отстаивала свою независимость.
Однако, я еще и полпути не прошла от ворот до дома, как входная дверь распахнулась и на крыльце появился источник моей бессонницы собственной персоной.
Я аж дернулась от неожиданности, а он, не секунду оторвавшись от телефонного разговора, мазнул по мне ничего незначащим взглядом и кивком указал на дом:
— Тебя уже ждут.
И все…
Дальше он просто вернулся к разговору и прошел мимо, даже не обернувшись.
Через минуту уже знакомая черная блестящая машина выехала со двора. А я, совершенно растерянная и не ожидавшая такого поворота, наконец, поднялась по ступеням.
Внутри странный разброд.
Я так готовилась к непременным скандалам и противостоянию, и оказалась совершенно не готова к полнейшему игнору и равнодушию.
Накрутила себя, придумывая несуществующие конфликты, а Бессонов даже не вспоминал обо мне. Ему просто нужна была няня.
Дурочка.
Даже стыдно стало.
— Ксения, здравствуйте! — навстречу вышла уже знакомая женщина с мальчиком на руках, — вы не представляете, как я рада, что вы согласились у нас работать.
В отличие от хозяина, она улыбалась широко и открыто, и в глазах светились неподдельные тепло и радость.
— Здравствуйте. А вы…
— Простите, — покраснела она, — совсем забыла представиться. Я Тамара Сергеевна. Экономка.
— Экономка? — удивилась я.
— Да. Хозяин только переехал в этот дом и пока не обзавелся новой няней, а прежней не удобно ездить на другой конец города. Поэтому мне временно пришлось сменить квалификацию, — рассмеялась она, покачивая малыша, — к счастью, Влад совершенно спокойный ребенок и не доставляет никаких хлопот. Поэтому я вроде как справляюсь… Но устала, если честно. Это такая ответственность. То ли дело за хозяйством смотреть.
— Понимаю, — улыбнулась я и обратилась к Мальчику, — ну что Влад, давай знакомиться?
Насупив бровки, он внимательно смотрел на меня, будто пытался решить — зареветь сейчас или чуть попозже.
— Он у нас очень суровый юноша, — Тамара погладила его по спинке.
А я, мысленно добавив «весь в папу», сказала:
— Уверена, мы найдем общий язык. Да, молодой человек?
Маленький упрямец гукнул и отвернулся.
— Не переживайте. Он просто у нас с характером.
Конечно, с характером. А как иначе? Гены пальцем не раздавишь.
— Сейчас он привыкнет ко мне и все будет в порядке. А пока, может, проведете экскурсию по дому? Покажете, где тут у вас что, а заодно расскажете правила.
— Конечно! Я уверена, вам у нас понравится!
Дом был большим и просторным, и все в нем оказалось по уму. И кухня-гостиная с выходом на террасу со стеклянной крышей, и расположение гостевых комнат, и спальни на втором этаже. И полуторный свет в холле.
Если бы когда-нибудь я решила построить дом для себя себе, то он был бы именно таким.
Пока Тамара водила меня по помещениям, я потихоньку налаживала контакт со своим маленьким воспитанником. Улыбалась, когда ловила на себе подозрительный детский взгляд, ласково касалась то ручки, то спинки, что-то говорила.
В итоге, когда мы дошли до детской, Влад сам изъявил желание пойти ко мне на руки, и долго рассматривал, аккуратно прикасаясь пальчиками к моей щеке.
Я улыбалась, тихонько разговаривала, давая ему время привыкнуть ко мне, а Тамара, неожиданно растрогалась и пустила слезу. Наткнувшись на мой вопросительный взгляд, замахала руками и поспешно отвернулась, вытирая слезы:
— Это так мило…простите, не сдержалась. Влад у нас, конечно, серьезный мужчина, но ему не хватает внимания и ласки.
Сказала и осеклась, будто сболтнула лишнего.
А у меня защемило вдоль позвоночника. Как можно оставить такого сладкого пацана без внимания и ласки.? Будь моя воля, я бы затискала этого маленького буку.
— Ничего, — улыбнулась я, — и ласка будет, и внимание, и игры. Все будет, да солнышко?
Он все-таки улыбнулся, но потом засмущался и попросился обратно на руки к Тамаре.
— Давай-ка, молодой человек, ножками, — сказала она, поставив его на пол, — а то я уже спины не чувствую.
Неровной детской походкой мальчик тут же направился к стеллажу с игрушками и принес мне мягкий кубик с буквами.
— Хочешь поиграть? — я присела, опускаясь на один уровень с ним, — давай поиграем.
Спустя десять минут я уже сидела на мягком ковре, а Влад таскал мне свои игрушки, каждый раз ожидая одобрения. Я только успевала нахваливать:
— Очень красиво…Какая прелесть…Умничка…
Тамара еще немного постояла, понаблюдала, а потом тихо ушла, оставив нас наедине.
Я же включилась в работу. Мы еще только присматривались друг к другу, но успели и почитать, и мелкой моторикой позаниматься, и башенку из цветных кубиков построить.
  
Мальчик был очень смышленым, а когда окончательно привык ко мне, оказалось, что еще и ласковый как котенок. И пообниматься подойдет, и за руку возьмет, и что-то бухтит на своем детском языке, с восторгом заглядывая в глаза.