Мастер Трав III (СИ)

— Нашёл по дороге чистец лесной. Вроде он помогает.
Она фыркнула.
— Глупости! Чистец годится разве что от комариных укусов. — Она кивнула на стул у стола. — Садись, снимай куртку и рубаху.
— Да не нужно… — попытался я отмахнуться от ее заботы, которая скорее смущала, чем была необходима.
— Я сказала садись. — сказала она голосом, не терпящим возражений — не угрожающим, но таким, что спорить не хотелось.
  
Я вздохнул, сел на указанный стул и начал расстёгивать куртку, стараясь не морщиться от боли в спине.
Морна, тем временем, достала откуда-то небольшой таз и наполнила его водой из кувшина. Бросила туда какие-то травы (я уловил запах мяты и чего-то горьковатого, что не смог определить). Вода окрасилась в бледно-зелёный цвет.
Я стянул куртку, потом рубаху. Прохладный воздух коснулся кожи, и я почувствовал, как саднят раны на спине. Больше, чем я думал.
— Повернись, — скомандовала Морна.
Я повернулся спиной к ней и услышал, как она втянула воздух сквозь зубы.
— Неплохо тебя отделали. Так ты не ответил на вопрос, кто тебя так?
— Вороны.
— Вороны? — В её голосе было недоверие. — Вороны так просто ни на кого не бросаются.
— Этим, видимо, об этом не сообщили.
Не буду же я ей объяснять, что одна туповатая лиана хотела поесть чужих яиц и поплатилась за это. А если бы я не успел, то и вовсе погибла бы. Хотя, возможно, она смогла бы восстановиться из одного своего кусочка, но шанс такого был невелик.
Морна хмыкнула. Я почувствовал прикосновение мокрой ткани к спине, затем предплечью и лицу. Она начала промывать раны. Вода была прохладной и пахла приятно. Травы в ней явно были не просто для запаха: я ощутил лёгкое покалывание там, где ткань касалась поврежденной кожи. Причем этих трав я не знал, но спрашивать сейчас о таком тоже было некстати.
Я чувствовал её когтистые, покрытые шерстью, но удивительно осторожные пальцы, которые двигались уверенно. И эти прикосновения были…приятны.
— Что за вороны? — спросила она, продолжая обрабатывать раны.
— В корзине лежат два таких, хотел показать Грэму — он мне не рассказывал, что подобные твари водятся в той части Кромки.
Руки Морны замерли на мгновение.
— Ты их убил?
— Двух. Остальные… отступили.
— Они? Или ты? — с издевкой уточнила Морна.
— Ну, я шел по своим делам, так что можно считать, что отступили они.
Морна хохотнула.
— Это то, о чём ты меня предупреждала? — спросил я. — Когда мы встретились в Кромке?
— Сначала мне нужно взглянуть на воронов — раны странноватые как для обычных.
Я хотел встать, чтобы пойти достать их из корзины, но она надавила ладонью мне на плечо и я почувствовал, что она легко может вдавить меня в стул если захочет.
— Сиди. Лира! — крикнула Морна.
Через несколько секунд дверь распахнулась, и девочка вбежала внутрь.
— Да, мама?
— Принеси ворона из корзины Элиаса. Она у крыльца.
— Хорошо!
Лира убежала и вернулась через минуту, держа мертвого ворона за лапы. Она ничуть не брезговала — просто несла его, как несла бы… не знаю, пучок травы — для неё это было обыденностью.
Морна взяла птицу и повернула её в руках, разглядывая. Потом посмотрела на меня.
— Ты знаешь, что это за птица?
— Ворон, — пожал я плечами.
— Не просто ворон. — Она постучала когтем по клюву птицы. — Железноклювый ворон. Видишь? Клюв и перья действительно почти металлические. Они укрепляются минералами из пищи. Очень прочные.
— Я заметил, — сухо сказал я. — Когда они меня клевали.
— Они не живут в Кромке.
Я на секунду завис.
— Ну, эти неплохо устроились, — ответил я.
— Железноклювые вороны, — повторила Морна. — Обитают за границей Кромки, значительно глубже. И улетают сюда только если…
— Если что?
— Если чувствуют опасность.
Я нахмурился.
— Опасность для себя или?..
— Опасность вообще. — Морна отдала ворона девочке, и та убежала с ним обратно, а сама она снова взялась за мои раны. Теперь она наносила какую-то едкую, жгучую мазь. Я стиснул зубы.
— Эти птицы… они как сигнал: если места становятся слишком опасными, то они бегут — уходят туда, где безопаснее. Вот они и посчитали, что в Кромке для них будет безопаснее…видимо. И еще: в их клювах и когтях достаточно заразы, так что одним чистецом от всякой дряни не избавиться — нужно что-то посерьезнее.
Ну…она, может, и права, но я-то мог с помощью системы посмотреть свой «статус» и знал, что пока никакая зараза ко мне не прицепилась. Ну да неважно, хочет она заниматься моими царапинами — я не против. Честно говоря, даже «за»…
Я молчал, переваривая информацию.
Железноклювые вороны, которых не должно быть в Кромке… И моя лиана — хищное растение, которое тоже не должно было находиться так близко к поселку. Два звена одной цепи?
Морна закончила с мазью и отступила на шаг.
— Я тебе говорила уже, что в Кромке сейчас не так безопасно, как раньше. Так что в следующий раз внимательнее следи за тем, что происходит вокруг. Вороны — это еще цветочки.
Я кивнул, хоть и чувствовал, что она явно что-то недоговаривает. Но она вдруг добавила:
— Несколько человек видели Стража Кромки, а это не очень хороший знак.
— Почему нехороший? — внутри похолодел я.
Ведь я-то его тоже видел, и Грэм ни слова не сказал о том, что это нехороший знак.
Морна махнула рукой.
— Хватит об этом. Не твоего ума и сил дело.
— Раны я обработала, — сказала Морна, вытирая руки о тряпку. — Можешь одеваться.
Я потянулся за рубахой. Натянул её, морщась: ткань липла к мази, и это было неприятно, но терпимо.
Морна, тем временем, подхватила деревянное ведёрко с сотами и поставила его на стол рядом с тазом. Достала тарелку и начала выкладывать на неё золотистые, истекающие мёдом куски сот, с запахом, от которого у меня потекли слюнки.
— Можно и чай с мёдом выпить, — сказала она, не оборачиваясь. — Раз уж пришёл.
Голос ее словно немного потеплел, и от этого стало приятно. Чай так чай. Да и мне интересно, что это за мед — уж точно какой-то непростой. Надо применить на нем Анализ.
Морна двигалась быстро и экономно: сначала она достала две глиняные кружки, затем насыпала в каждую какие-то травы и залила кипятком из котелка, висящего над очагом.
Я внимательно наблюдал за ней, за тем, как она двигается, за изгибом спины, когда она наклонялась, и за тем, как платье облегает ее тело. Не смотреть не мог. Это какая-то нечеловеческая хищность вроде бы простых движений завораживала и откликалась в сердце.
Нужно держать себя в руках, — напомнил я себе. — Да, необычная женщина, ну и что? Надо просто привыкнуть и эта необычность не будет бить по мозгам.
Я сделал глубокий вдох-выдох.
Морна, тем временем, поставила кружку передо мной и села напротив, обхватив свою кружку когтистыми пальцами.
Я поднёс чай к губам, сделал глоток и замер.
Это была совсем не та мята, которую я пил дома: вкус был сложным, и много трав тут сочетались очень удачно, создавая неповторимый вкус. Я ощущал что-то цветочное и травяное, лёгкую горчинку и сладость одновременно. И длинное послевкусие.
Я принюхался к чаю, пытаясь разобрать компоненты.
Морна хмыкнула.
— Что, хочешь состав определить?
— Мне для этого нужно хорошо напрячься, — честно ответил я. — А сейчас я этого не хочу.
— Понятно.
Использовать Анализ просто ради того, чтобы определить состав чая я не собирался. Думаю, довольно скоро я смогу подобное сделать сам, и глаза мои против воли (или не так уж против) смотрели на Морну.
— Ты пей, — сказала она, заметив мой взгляд, — И ешь. Мёд вкусный. Нечего глаза пялить.
Я взял кусочек сот и положил в рот, начав медленно жевать вместе с воском — с детства привык так есть. Высосав мед отложил воск в сторону.
  
Мёд был… необычным. Ясное дело, что вкус его будет различаться от того, где именно пчелы собирали пыльцу, но тут было что-то другое. Я почувствовал лёгкое покалывание где-то в груди — там, где был духовный корень. Прислушался к себе. Да, определённо, мёд ускорял восстановление живы. Совсем немного, едва заметно, но эффект был.