Я приду за тобой! – 2 (СИ)
Первым делом проверили всех жителей и тех, кто очутился здесь случайно после обряда очищения. Щупали, изучали, осматривали, задавали вопросы и чуть ли не в рот заглядывали…
Затем прочитали молитвы, окропили всё святой водой и ещё какой-то особо пахучей жидкостью, напоили освящённым вином, всех без исключения, даже грудных детей, и отпустили…
После чего, собрались на вытоптанном, увядшем поле, огородили место проведения ритуала колышками, разложили свои многочисленные инструменты, и принялись детально изучать огромную, заметную даже издалека пентаграмму в земле, которая сейчас больше походила на огромное чёрное клеймо с обугленными и оплавленными краями…
И лишь через пять часов, когда солнце перевалило за зенит, священнослужители собрали все свои вещи и двинулись в обратный путь с докладом…
— Ни капли скверны, Ваше Преосвященство. — кротко произнёс невзрачный, незаметный священник в чёрной рясе, покорно склонив голову перед епископом Августином. — Люди чисты, будто никакой одержимости и не было. Здоровы, бодры, веселы… В земле остались следы демонической энергии, но это просто сильный остаточный фон после массового экзорцизма. Ну и запретная волшба, само собой.
— Эффективность?
— Очень высокая! Гораздо выше стандартных церковных ритуалов экзорцизма и изгнания бесов.
— Сколько людей спаслось?
— В деревне больше трёх сотен жителей, но подопечные госпожи Беркли как-то умудрились подманить одержимых со всей округи…
— Сколько? — повторил епископ.
— К нашему приходу большая часть людей уже разбрелась по своим селениям, так что…
— Сколько? — нетерпеливо повторил в очередной раз епископ.
— Мы думаем, больше тысячи.
— Ясно. Ваши мысли?
— Это всё очень странно. — задумчиво вздохнул священник. — По-хорошему, деревню нужно сжечь…
— Не нужно… — недовольно скривился епископ. — Если уничтожать деревню, то придётся искать всех, кто был там этой ночью. Слишком много мороки, да и лишнее внимание нам не нужно.
— А как же свидетели? — удивлённо изогнул одну бровь священник.
— Их слишком много… — согласился священнослужитель. — Но с другой стороны — это нам на руку. Чем больше слухов, тем более неправдоподобны они будут. Необразованные крепостные. — брезгливо отмахнулся епископ. — Через неделю они будут рассказывать это как очередную байку, приукрашая и добавляя несуществующие детали, а через месяц это будет просто выдуманной сказкой. Пусть!
— Пентаграмма на поле… — осторожно произнёс священник.
— Что с ней?
— Мы не знаем, как она это сделала. Что-то похожее мы встречали, но очень давно. Эти знания считались утерянными…
— Значит, не утеряны. — хмыкнул Августин. — Пробовали воспроизвести?
— Пробовали. У нас ничего не вышло.
— Значит, дело не в рисунке. Вернее, не только в нём. — задумчиво пробормотал епископ. — Нужны точные ингредиенты, условия, слова…
— Допросить? — с готовностью в голосе произнёс священник.
— Угу…
— Беркли не будет препятствовать?
— Пусть рискнёт. — усмехнулся епископ. — У неё нет здесь власти, она нам не помешает.
— А если…
— А если сунет свой нос… Не важно. На прямую конфронтацию она не решится, но действовать нужно быстро и решительно, пока она не начала совать палки нам в колёса. Действуйте!
— Понял, Ваше Преосвященство…
* * *
Капитан гвардии его Императорского Величества Сезар де Балоньезе нерешительно помялся на месте, мысленно обозвав себя трусливым идиотом и бесхребетным слизняком, силой воли унял дрожь в коленях и тремор в руках, несколько раз глубоко вздохнул, разгоняя кровь и прочищая мозги, и уверенно шагнул вперёд, на уютную и солнечную полянку, прямо в логово опасного, изворотливого и очень хитрого врага…
В его защиту — такое количество симпатичных девушек, да ещё и аристократок, да ещё и в столь откровенных одеждах, да ещё и одновременно в одном месте, он не видел очень давно. Если вообще когда-либо видел. А ведь здесь были не только девушки. Чего только стоит известная на всю Империю не только своей красотой, но и неукротимым резким нравом баронесса Оливия Беркли! Ох и зря капитан решился на этот шаг! Ох и зря…
С другой стороны — ну что сложного позвать сопливых девчонок на обед? Тем более, парни очень просили об этом… Ну хотелось молодым и горячим гвардейцам поухаживать за юными дарованиями госпожи Беркли и просто провести время в приятной женской компании… Ох и зря!..
Капитан сделал несколько шагов, замер на месте и залихватски покрутил подушечками пальцев кончики усов, стараясь придать себе смелый, мужественный и героический вид, придав лишь ещё более придурковатый и нелепый, и вызвав робкие смешки со стороны исподтишка наблюдавших за его действиями девушек…
— Госпожа Беркли. — щелкнул он каблуками сапог, остановившись напротив белокурой ведьмы.
— Да, капитан?
— Не окажете ли вы мне честь, присоединившись вместе со своими воспитанницами к нашему скромному солдатскому столу за обедом? Буду премного благодарен и с удовольствием послушаю ваши рассказы о Великой войне с демонами, в которой вы участвовали семнадцать лет назад. — выпалил на одном дыхании капитан и замер, боясь пошелохнуться или вздохнуть.
— Почему бы и нет? — вежливо улыбнулась баронесса уголками губ, протягивая руку и разрешая гвардейцу помочь ей подняться с земли…
…
Обед был не такой уж и скромный, как утверждал капитан. Жареная дичь, свинина, свежая зелень, солдатская каша, фрукты, вино и даже пиво.
Девушки украсили своим присутствием скупой солдатский быт, и гвардейцы заметно повеселели. Кое-где за столом прозвучали первые тосты, и парочка самых отчаянных парней капитана даже предложили выпить дамам на брудершафт…
Потом были песни под брынчание струн, и снова тосты с поздравлениями девчонок… Как оказалось, гвардейцы были прекрасно осведомлены, что девушки сумели не просто зачистить территорию от одержимых, но и спасти куеву тучу людей…
Потом была самоходная банька на колёсах и большой праздничный костёр. На холме кипела и бурлила почти обычная солдатская походная жизнь (лучшая её часть), и воспитанницы баронессы Беркли с головой погрузились в её пучину…
А после баньки, посвежевшие и ещё более похорошевшие девушки, вернулись к гвардейцам и принялись слушать байки бравых вояк, коих у мужчин за время их службы в гвардии накопилось вагон и маленькая тележка. Было весело…
Баронесса Беркли сидела в тени высокого дуба, привалившись к широкому шершавому стволу спиной, расположившись подальше от основного веселья и шумной толпы, и с легкой полуулыбкой наблюдала за своими ученицами, вспоминала своё бурное военное прошлое… Как же давно это было…
— А всё-таки — как мы их⁈ А! Одной левой! Да? — голосок юной рыжей ведьмочки вырвал директрису академии из воспоминаний и заставил вернуться к реальности. — Надавали по сраке и выкинули в их зловонную клоаку! Отправили обратно прямо в бездну! Натянули на…
Оливия Беркли оторвала затылок от ствола дерева, повернула голову влево и задумчиво посмотрела на свою подопечную, коллегу по ремеслу и юную баронессу Алису Вудхэвен в одном лице.
— Что? Что я опять не так сказала? — смутилась ведьмочка, поёрзав задницей по мягкой траве.
— Ты маленький гений! — тихо произнесла Беркли и тяжело вздохнула.
— Да? — удивлённо вздёрнула брови вверх Алиса. — Вы же сейчас не подъё… не шутите?
— Нет. — покачала головой хозяйка академии. — Я на полном серьёзе…
— А! Ну тогда да! — победно усмехнулась рыжая ведьмочка. — А можно чуть поподробнее, вот для этих тупиц объяснить, что именно я такого гениального сказала? — кивнула рыжая в сторону своих подруг, сидевших на траве рядом с ней.
— Это была разведка… — так же тихо произнесла Беркли. — Сраная разведка! Поэтому мы так легко с ними справились… И поэтому демоны просто захватили тела людей, вместо того чтобы вторгнуться в наш мир в своих истинных обличьях. Трусливые, безмозглые твари! Хотя, не такие уж и безмозглые, если подумать. — усмехнулась баронесса.