Я приду за тобой! – 2 (СИ)
— Как ты? — усмехнулся Чарльз Каннингем, покрутив свой бокал в пальцах и проследив за игрой света в вине.
— А вот сейчас было обидно, герцог! — недовольно скривилась суккуба.
— Она не может быть обычной… — задумчиво пробормотал Чарльз.
— Почему ты так уверен в этом? Это твоя прихоть, или есть причина так думать?
— Есть причины.
— Хм… Тогда, если ты так уверен… Значит… Значит, она ещё просто не готова. Пятнадцать лет, говоришь… Она девственница? Девственница. — сделала вывод аристократка с демонической кровью, кинув взгляд на лицо Каннингема. — Это хорошо. Очень хорошо! Ты прав, в таком случае у неё есть неплохие шансы стать Высшей. Я расскажу тебе, как это сделать. Но ты будешь должен мне, паладин!
— Душу?
— Душу? Нет! Зачем мне твоя душа⁈ — рассмеялась баронесса, запрокинув голову назад. — Мне нужна твоя сила. Не вся! — торопливо поспешила уточнить суккуба, увидев металлический отблеск гнева в глазах собеседника. — Лишь толика… Сделка? — она подозрительно прищурилась, вытянув руку перед собой, затаив дыхание и внимательно следя за губами герцога, словно заглядывая ему в рот.
— Сделки не будет. — покачал он головой. — Я не заключаю сделки с демонами. Но я могу пообещать тебе жизнь. В этот раз…
— Жизнь… — горько усмехнулась демоница. — Моя жизнь ничего не стоит, так что это не равный обмен…
— Говори! А потом я решу. — жёстко произнёс Каннингем.
— Как грубо! Мне нравятся сильные мужчины. И властные… У меня аж мурашки по коже. Посмотри! — баронесса привстала на цыпочки и подалась вперёд, распахнула полы лёгкого платья и беззастенчиво продемонстрировала герцогу тёмные торчащие соски. — Я не вру — я вся дрожу от возбуждения!
— Или ты заговоришь сейчас, или я найду кого посговорчивее… — осадил Каннингем демоницу.
— Ладно, ладно… Какие мы нервные! Слушай. — баронесса запахнула платье и села обратно на своё место. — Её первая жертва должна быть очень сильна. Очень!
— Жертва?
— Жертва. — кивнула девушка.
— Кто-то из Высших? Демон подойдёт?
— Не обязательно демон. Вампир, ангел, святой, паладин… — суккуба замолкла и красноречиво посмотрела на герцога.
— Паладин?
— Да.
— Она должна убить его?
— Убить? Нет, дурачок! — снова рассмеялась баронесса. — Жертва суккубы не обязательно должна умирать. Ты понял о чём я? Ты должен поделиться с ней силой.
— Поделиться? Как? — нахмурил лоб герцог.
— Она суккуба. Как, по-твоему, черпают силы и инициируются молодые суккубы?
— Секс?
— Бинго! Возьми с полки пирожок!
— Другие варианты? — отрицательно покачал головой Каннингем.
— Можешь напоить её своей кровью… — пожала плечами демоница, состроив кислое выражение на лице. — Тёплой кровью с толикой полыни, мяты, можжевельника и чёрной рябины.
— Это поможет?
— Нет. Но хуже не будет. Я слышала, этот состав помогает от весеннего авитаминоза и лечит запоры.
— Шутки шутишь?
— А почему нет? Смешно ведь. — улыбнулась суккуба, на всякий случай отодвинувшись чуточку подальше от собеседника.
— Есть другие варианты? — повторил Каннингем.
— Других нет! Да ты не бойся — ты не умрёшь. Скорее даже наоборот, тебе понравится. Да и ей тоже… Опять же, можешь найти ей демона, ангела, чёрта… Хотя, нет. Чёрта не стоит — эти твари слишком слабые. Если только не дать ей испить сотню чертей за раз. Но это слишком сложно… Ты пойми — чем слабее существо, тем дольше путь. Про людей я вообще молчу — тех вообще понадобится не одна тысяча. Хотя, если задаться целью…
— Это всё? — прервал слишком разговорчивую собеседницу Каннингем.
— Не всё. Даже получение метки не гарантирует того, что твой ручной зверёк станет Высшей Суккубой. Это долгий путь, а отметка — это лишь первая, самая маленькая ступень к вершине.
— Я так и понял. — вздохнул Каннингем. — Что нужно делать после получения отметины? Рассказывай всё, не томи…
Разговор был долгим и завершился почти под утро… Герцог Каннингем сидел за столом, задумчиво свесив голову, и размышлял о словах демоницы. Рядом с ним стояли четыре пустые бутылки, недопитый бокал вина, а свечи истлели уже на две трети.
— Пустая… — перевернув вверх дном бутылку и выжав из неё лишь три капли, вздохнула баронесса. Поднялась со своего места и нетвёрдой, пошатывающейся походкой двинулась за очередной бутылкой.
Лишь когда она миновала задумчивого Каннингема и очутилась за его спиной, когти на её руках заострились, из-под губ показались мощные жёлтые клыки, а тело преобразилось, приняв боевую форму…
— Прости, герцог. Но я не могу отпустить тебя с такими знаниями… — едва слышно пробормотала суккуба, и резко кинулась на широкую спину паладина, вонзая длинные когти точно между его рёбрами…
* * *
Батрасл застал Каннингема в столовой. На полу лежала его молодая обезглавленная жена, а старый друг допивал седьмую бутылку вина.
Барон опустился у тела супруги на колени, обхватил своё лицо руками и тихо зарыдал скупыми мужскими слезами, лишь изредка вздрагивая плечами и бесшумно всхлипывая…
— Она пила твои жизненные силы, барон. — произнёс Каннингем. — Ты бы сдох в течение года.
— Плевать! — отмахнулся хозяин замка.
— А сыновья? На них тоже плевать?
— Сыновья? Они тут при чём? — обернувшись в сторону гостя, барон непонимающе наморщил лоб.
— Она пила и их силы. Ты не понял? Ты посмотри на пацанов — они на тень похожи.
— Этого не может быть! Нет! Ты врёшь! — зло окрысился Батрасл, сжав кулаки.
— Возьми себя в руки, размазня! И включи голову! — сурово приказал Каннингем, но несмотря на приказ и тон, барон снова разрыдался как пятилетний пацан.
— Я не могу… Я любил её… Я догадывался… Просто… Просто не хотел признаваться себе…
— Подбери сопли, барон. — поднялся с места герцог, окинув старого друга сочувствующим взглядом и тяжело вздохнув. — Меня можешь не провожать, я найду дорогу…
Глава 2
Графиня Стэнли
За завтраком родители сказали, что на грядках поспел первый огурец. По традиции, чтобы был обильный урожай, первый огурец должна сорвать девственница. Ну и послали меня. Ха! Ну вы поняли, да? Такой засухи и неурожая, как в то лето, наша деревня не видала чёрт знает сколько лет… С тех самых пор, как моя матушка шестнадцать лет назад участвовала в точно таком же ритуале…*
*Из рассказа какой-то девственницы…
* * *
Всё ещё за три года до…
Кучер резко натянул поводья, выкрикнул громкое «Пр-р-р-р, скотины безмозглые!», и герцогская карета замерла на месте, словно вкопанная, выбив тучу пыли из-под колёс.
— Что там, Франк?
— Кажись, разбойники резвятся, господин. В сотне шагов впереди стоит чужой экипаж и разбросаны вещи. Вижу парочку трупов на дороге в одеждах графа Стэнли и полдюжины мутных личностей, занятых мародёрством.
— Значит, разбойники… Как раз вовремя — хоть косточки разомну. — обрадовался Каннингем, спрыгивая с подножки своей кареты на твёрдую, укатанную колёсами повозок землю.
Неторопливо снял свой пиджак, бережно сложив его вдвое и аккуратно разгладив на нём складки, расстегнул две верхние пуговицы рубахи на груди и неспеша закатал по локоть рукава, не переставая при этом поглядывать в сторону разбойников.
Расправил плечи, хрустнул костяшками пальцев, плотоядно ухмыльнулся и как-то неуловимо изменился, вмиг преобразившись из солидного изнеженного аристократа в матёрого и опасного хищника, излучающего силу, спокойствие и угрозу всему живому.
Хищник пригнулся и, спустя всего одно биение сердца, рванул в сторону самозабвенно занятых своим любимым делом кучки ничего не подозревающих людей…
Двое оборванцев потрошили багажник чужой прогулочной кареты, пытаясь найти что-то ценное. Чуть в стороне, третий добивал уже дохлого охранника, лежащего на земле, четвёртый стоял спиной к своим товарищам и отливал в кусты, насвистывая корявую мелодию и ужасно фальшивя при этом. А в траве на обочине ещё парочка мразей остервенело насиловала двух то ли служанок, то ли крестьянок, невовремя и неудачно подвернувшихся им сегодня под руку…