Метафизик 1 (СИ)

— Закуски, — немного ошарашенным голосом ответила прислонившаяся к дверному косяку Элейн.
— Это хорошо. А по алкоголю?
— Ну… — Элейн переглянулась с Лиарой. — Мы решили, что пива будет достаточно, чтобы…
— Девочки мои. — Илиас, залпом опустошив бутылку, развернулась к Лиаре и Элейн. — Запомните, что я вам скажу: слова «пиво» и «достаточно» априори несовместимы. Это как «любовь» и «ложь», как «персональные секреты» и «лучшая подруга», как…
— Как «адвокат» и «бесплатно»? — предложил я.
— Именно! Но, девочки, не переживайте: это дело я беру под свой контроль! — Илиас подмигнула всем присутствующим в комнате. — Тем более, что у меня потрясающий опыт ведения подобных дел. Так что сегодня я стану вашим алкогольным адвокатом. И, между прочим, Грэй… совершенно бесплатным.
* * *
— Бу-э-э!..
Роскошная фарфоровая ваза с изображением птички, сидящей на ветвях сакуры, наполняется содержимым моего желудка. Где-то за моей спиной молча стоят Фан Лин и Илиас. Не могу понять — они меня сейчас осуждают или, наоборот, завидуют?..
Когда блевать уже нечем, я отпускаю края вазы и с трудом возвращаюсь в стоячее положение. Обернувшись, вижу на себе взгляд Илиас, и пожимаю плечами:
— Похоже… Блины несвежие вчера были.
— Но мы не ели вчера блины.
— И правильно делали. — Я щелкаю пальцами, а затем, пошатываясь, подхожу к занавешенному окну и отдергиваю шторы. Тут же прикрываю лицо рукой от бьющего в окно солнечного света. — Тэк-с… Ну, по крайней мере, мы в Тальданоре. Вот только… не могу понять, где именно.
— Действительно, — фыркает Илиас, подходя к окну. — Ты всего неделю в городе. Удивительно, что ты вообще понял, что это Тальданор.
— Если считать время, проведенное в казематах инквизиции, то целых две недели, — поправляю я. — Ну, а ты что скажешь, знаток города восьмидесятого уровня?
— Что? — дергает бровью Илиас. — Я… Похоже, мы где-то в северных кварталах города. Как нас занесло так далеко от вашего особняка?
Я вновь пожимаю плечами и отхожу от окна. Моя левая нога натыкается на бутылку, и та со звоном катится по полу, пока не врезается в еще одну. Интересно, в этом мире уже придуман боулинг?
— Это что, — активизируется Фан Лин, шагнув к пнутой бутылке, — остатки вина?
Фан Лин поднимает бутылку к свету, и Илиас проворным движением выхватывает ее из его рук.
— Дай-ка понюхать. — Адвокат ловко откупоривает пробку и делает глоток. — О да-а, жизнь налаживается… — В ответ на мой недоумевающий взгляд она поясняет: — Это вино. Глоточек?
Пить с утра — дурной тон, но ради благого дела я готов идти и не на такие жертвы.
— Темный мускат, — бормочу я, перекатывая остатки жидкости по полости рта. — Кажется… Я начинаю вспоминать.
* * *
— Миледи Кьяльми. — Я ввалился в крытую террасу с откупоренной бутылкой вина в руке. — Позвольте угостить вас.
План, на мой скромный взгляд, просто безупречный. Вместо того, чтобы, подобно шкодящим детям, постоянно скрываться от зоркого взгляда надсмотрщика, можно сделать гораздо проще. Не то, чтобы я горел желанием время от времени отлучаться от главной тусовки и предлагать выпить матери Лиары… Но это всяко лучше, чем быть пойманным ею на горячем и выслушивать нравоучения о том, что в молодости она такого себе не позволяла.
— Ах, лорд Грэй! — Кьяльми, сидящая перед столом, ломящимся от еды, игриво мне подмигнула. — Вы что это, решили споить пожилую леди? Экий вы проказник.
— Бросьте, миледи, — я присел рядом и быстро придвинул на край стола пару бокалов, — я лично отрежу язык каждому, кто посмеет назвать вас пожилой!
Мне стало дико дискомфортно от собственного подхалимства. Однако разворачиваться назад поздно, так что я наполнил бокалы темным вином и передал один из них Кьяльми. Мы звонко чокнулись, и мускат полетел внутрь меня по дороге, проложенной ранее тремя бутылками пива.
 
— У вас такие галантные манеры, лорд Грэй. — Опустошив бокал и заев вино куском печеной в яблоках утки, Кьяльми как будто невзначай придвинула свой стул поближе к моему. — Впрочем, чему я удивляюсь? Вы ведь побывали в десятках миров. Вы привыкли вертеться в высших кругах общества…
Тут до меня дошло: в отличие от Конфуция и моих друзей-товарищей (явно обгоняющих меня сейчас в винной гонке), леди Кьяльми все еще уверена, что я и есть тот самый Убийца бедного Демона-Принца (ну вот, теперь он опять засядет в моей голове на неделю-другую) и герой-путешественник по измерениям.
— Послушайте, миледи Кьяльми… — Даже приободренный алкоголем, я все еще чувствовал себя неуверенно и нервно. Вертя меж пальцев позолоченную ножку бокала, я покосился влево: — Я должен вам признаться…
— Т-щ-щ. — Кьяльми приложила палец левой руки к своим губам, в то время как ее правая рука каким-то образом переместилась к моему правому предплечью. — Я знаю, что вы хотите мне сказать, Грэй.
— Э-э… Правда?
— Ну разумеется. Вас смущает, что мы с вами стали братом и сестрой.
— Что?!..
— Мы теперь оба дети лорда Минэтоко… братик. — Меня едва не вырвало от того, как прозвучало это слово. — Но вы ведь понимаете, что это просто формальность? Что никакая нотариально заверенная бумага не может возвести преграду между нами?
Лицо Кьяльми приближалось ко мне все ближе и ближе. Я попытался отодвинуться назад, но ее правая рука оказалась крепка, как кремень.
«Нет, нет, нет. Я не думал, что это может зайти так далеко. Помогите, кто-нибудь. Фан Лин? Лиара? Элейн? Илиас? Кайядан?.. Ну хоть кто-нибудь?»
— Вы ведь чувствуете то же, что и я, Грэй? — Кьяльми перешла на шепот. — Чувствуете этот жар, полыхающий между нами с самого начала?
«Я чувствую, что готов провалиться сквозь землю от стыда».
— Не нужно сопротивляться своим желаниям…
Я почти забыл, как дышать. Что, если со двора сюда заглянет Кайядан, какими будут мои оправдания? Нужно срочно что-то придумывать.
«Давай! — подначиваю я себя. — Ты справился с экзаменами в престижнейшее учебно-магическое заведение страны, и не можешь придумать, как справиться с одной-единственной женщиной?»
— Не томите меня ожиданием, Грэй, умоляю вас. — Кьяльми практически повесилась ко мне на шею: еще немного, и я не смогу пошевелить конечностями. — Скажите же что-нибудь.
— Кьяльми… — Мысленно вздохнув, я принялся импровизировать. — Можно, я буду называть тебя Кьяльми? — Она радостно кивнула в ответ, и я продолжил: — Ты самая красивая женщина в этом мире. Ты словно роза среди сорняков и чертополоха. — «Только, умоляю, не ешь меня». — Но понимаешь, Кьяльми… Я ведь пришел в этот мир не просто так. У меня есть не только секретные миссии, что я обязан выполнить во славу нашего клана, но и обязательства… в том числе и по отношению к твоему отцу. Как мне не тяжело это говорить, но мы не можем позволить себе поддаться эмоциям, не можем устремиться навстречу порыву страсти.
Полагаю, актер из меня откровенной хреновый, но Кьяльми, похоже, поверила сказанному. С глазами, блестящими в уголках, она медленно отстранилась от меня и покорно кивнула.
— Да, Грэй… Я все понимаю. Судьба… она уж такая. Непредсказуемая и жестокая.
Я вздохнул так тяжко, словно только что мой мир обрушился в тартарары.
— Если позволите…
— Конечно, Грэй. Ступай. Вот, только… — Я внутренне замер, опасаясь очередной тирады, когда Кьяльми передала мне в руки тарелку с печеной уткой: — Возьми, покушайте там с ребятами…
— Спасибо, Кьяльми.
С неистово колотящимся сердцем я двинулся в сторону коридора, стараясь не пересекаться взглядом с моей не сложившейся любовью.