Стадия Рождения (СИ)

Считаю, нужно было мне с ним идти, уж я точно знаю, как его на путь истинный наставить.
А вообще, любопытно, конечно. Интересно узнать, что же там такое происходит за этим забором.
Пока мы всей компанией стояли у кромки леса и с открытыми ртами глазели на исполинскую постройку, у меня сложилось стойкое ощущение, будто её даже не охраняют. Впрочем, могу и ошибаться. Но ведь Троперов здесь нет и, похоже, довольно долгое время.
Не исключаю, возможно, они пробовали напасть по первому времени, однако прыжок выше второго этажа физически не потянут. Лестниц в их руках тоже пока не встречал. Посему и выходит, что нет им смысла здесь ошиваться всё же в нашей стороне попроще будет.
Но в таком случае, почему никто ничего не знает об этом месте? Кто мешает взять и выстроить ту же стену на севере, да и вообще, собраться всем миром и разнести к чёртовой матери остатки врага?
Что-то здесь явно не чисто, батя прав. Ведь даже глупые слухи отсутствуют, а это ещё тот показатель. В любом, богами проклятом месте, всегда есть легенда о лучшем мире, где царит покой, справедливость и всеобъемлющая любовь. Мол, всего-то и нужно – идти тридцать три дня и три ночи в сторону заката, а уж там, на месте, каждого научат какать радугой.
Ну а что, сколько безумных легенд про «Золотые города» и всевозможные интерпретации земного рая. А здесь тихо, словно и нет ничего. Вот только глядя на стену, понимаешь: а ведь спокойнее там жизнь! Впрочем, у соседа на огороде даже яблоки вкуснее.
«Да где же они там ходят-то?» — я в очередной раз, с задумчивым видом прошёлся взад-вперёд по поляне, заложив при этом руки за спину. 
— Сынок, да ты не нервничай так, отдыхай, пока есть возможность, — резонно заметил отец, однако любопытство было гораздо сильнее.
А самое главное – энергия била через край. Я когда ещё до всего этого, взрослым был, всегда удивлялся: «Откуда её столько в детях?» Ведь могут целыми днями орать, носиться, дубасить палками всё вокруг, в том числе и друг друга. Сейчас, разумеется, тоже не понимаю, откуда она берётся, но в отличие от родителей, явно ощущаю её кипение внутри.
«И как здесь усидеть, когда хочется рвать, крушить и ломать что-нибудь прекрасное?!» — я остановился и прокрутил эти мысли в голове, глядя в глаза отцу, затем тяжело вздохнул, отмахнулся и продолжил выхаживать.
— У меня от твоего мелькания скоро голова кружиться начнёт, — усмехнулась мама. — Может, чайку́?
— Дявай, — кивнул я и вскарабкался на бревно, которое мы использовали вместо лавочки.
Но сидеть спокойно тоже не получалось, и пока я пил чай, вовсю болтал ногами, даже кору из-под пяток всю сшиб. Видимо, гормональное что-то, потому как зубы я специально проверил, новые не режутся. Ну а что, собственно, ещё может в моём организме происходить, кроме взросления.
«Нет, что-то очень нервяк нездоровый», — в очередной раз подумал я и спрыгнул с бревна.
Прошёлся до края опушки, прихлебнул травяного чая из кружки и внимательно всмотрелся в сторону стены. Нет, конечно, кроме леса я там ничего не увидел, до лёжки Ржавого с Катюхой километров пять. Однако чувство тревоги...
«Точно, мать его так! Вот что меня подбрасывало всё это время».
— Надо к ним, — подошёл я к отцу и указал пальцем в направлении ушедших «шпионов».
— Вот ещё, час пройдёт, и наша смена наступит, мы тебя с собой возьмём, не переживай, — спокойно отреагировал батя.
— Не, там тё-то не так, — помотал я головой и постучал себя кулаком в грудь. — Тюю.
— Ну, честно говоря, мне тоже как-то неуютно, — добавила мама, продолжая с флегматичным видом чистить пистолет. — Я-то всё думала, может, от Сёмы передалось.
— Так, и чего тогда, лагерь сворачиваем? — уточнил батя.
— Можем здесь бросить, если не жалко, — пожала плечами она.
— Ага, щас, — голосом, полным сарказма, отреагировал отец. — Да здесь меди вложено...
— Ну а что тогда меня спрашиваешь, раз сам всё знаешь?
— Так, Сёма, давай помогай, — батя тут же припахал меня к делу.
Хотя по факту там работы не вот дох... много – так, рядом ходить, верёвочки подбирать, да колышки какие держать. Справились быстро, минуты три на всё ушло. За это время мама закончила чистить оружие, собрала его и привела в боевую готовность.
 
*****
Вот хорошо быть маленьким, не всегда, естественно, но в последнее время начинаю прослеживать определённые плюсы. Взять хоть родителей: сейчас им приходится пригибаться, чтобы казаться как можно меньше, а мне и так хорошо. Иду себе спокойно, по сторонам просматриваю, даже напрягаться не нужно.
На окраину леса выбрались примерно через час, но наших так и не увидели и вряд ли потому, что они так хорошо спрятались. По крайней мере, их лёжку мы обнаружили, как и следы борьбы или ещё какого деяния. Выстрелов, кстати, не было, а значит, противник подобрался к ним вплотную незамеченным.
«Вот готов свою пижамку поставить, что они не наблюдением занимались».
— Странно, следы обрываются, — задумчиво пробормотал батя, глядя на примятую траву. — Как сквозь землю провалились.
— Вейтаёт, — поправил его я, так же, с задумчивым видом осматривая примятую траву.
— Что? — словно не понимая о чём я, посмотрел на меня отец.
— Вей-та-ёт, — по слогам повторил я, но взгляд у бати более осмысленным не сделался. — Ща.
Я отошёл в сторону и подобрал ветку, после чего расчистил небольшой пятачок и как смог, нарисовал винтокрылую машину. Только после этого до родителей дошло, что же такое могло забрать друзей и оборвать след, оставив после себя аккуратно уложенную траву.
— Этого быть не может, — помотала головой мама. — Никто больше не летал с момента окончания Великой войны! Я такое только из рассказов бабушки помню, ну и на картинках всего пару раз видела.
— Выходит, картинки ожили, — почесал макушку отец.
А вот у меня в голове возник совсем другой вопрос: «Как эти двое могли не услышать вертолёт? Это чем нужно таким заниматься?»
Хотя догадываюсь, разумеется, но там же грохот должен стоять... Стоп! А ведь мы тоже ничего не слышали и не видели, уж за пять километров мы точно уловили бы грохот мотора. Может, там более совершенная техника, что-то типа...
«Да твою же мать!» — я тупо уставился в небо, не в силах произнести ни слова.
К нам, со стороны стены, стремительно приближалось нечто. Оно, конечно, напоминало очертаниями привычную для полётов технику, но этот выглядел словно из области фантастики. И двигался летательный аппарат, совершенно бесшумно.
Будто хронику про НЛО по телевизору показывают, даже не верится. Однако вот оно, летит себе в нашу сторону. А у меня огромное желание добавить к полёту озвучку, что часто используют в подобных случаях.
«Грёбаный Дарт Вейдер, вот как знал, что это его рук дело», — ухмыльнулся я и первым выбрался из кустов.
— Сём... Сёма, ты куд... Сёма! — попыталась остановить меня мама, но было уже поздно.
— Я с ним, прикрой, — быстро бросил ей батя и выскочил вслед за мной.
Прежде чем подлететь ближе, аппарат отделил от себя небольшие штуки, которые устремились к нам с огромной скоростью. Затем резко замедлились, а вскоре закружились в хороводе, словно сканируя. Батя тут же вскинул оружие, но хитрые, мелкие твари врассыпную бросились прочь.
Да и твари ли они? Скорее уж, гаджеты, хотя... Они ведь тоже чьи-то творения, выходит, что твари.
Собственно, на том представление не закончилось. Теперь цифровые устройства очень сильно прижались к земле, отчего стали совершенно незаметными за высокой травой. Однако батя был сосредоточен, плюс нашу спину прикрывала мама. Не уверен, конечно, что эти штуки её не видели, при таких-то технологиях... Но в случае совсем уж сильной опасности, я успею прикрыть.
Что-то вдруг замигало в кучке полыни, и отец моментально отреагировал, направив в ту сторону ствол, а сам выдвинулся чуть вперёд и влево, перекрывая мне ногой весь обзор. Однако шоу становилось всё интереснее. Огонёк замерцал быстрее, словно разгоняется киноплёнка, как вдруг над полем вспыхнул яркий контур чего-то непонятного. Но работу лазера я узнал, только работа этого была в тысячу раз ярче и точнее. Ну вот прям реальный человек перед нами стоит, разве что одежда непривычна.