Пепел и снег
– Я долго уговаривала их, – вздохнула она. – Они не станут драться. – Бриндел опустила плечи.
– Если даже капитан королевской гвардии королевы Иноуэ не смогла их убедить, значит, наш план действительно провалился. – Голос Акрона звучал мрачно среди гнетущей тишины.
Все устремили взгляды к Леандру, который наконец-то подошел к костру. Вокруг царила тишина. Она была подобна тонкому стеклу, которое вот-вот разобьется. И я знала, что разбить его было суждено мне.
– Ты назвал ее Галхоэ, – слова невольно сорвались у меня с языка, в моем голосе слышалась враждебность. Я внимательно изучала Леандра, не зная, кем он был мне: другом или врагом.
Затем перевела взгляд на Туриада, который стоял рядом с лидером магов.
– Ты говорил мне, что Галхоэ умерла. – Я прищурилась и посмотрела на него с вызовом.
– Мы потеряли ее, – тихо уточнил маг. – Ее у нас забрали много лет назад.
Наклонившись вперед, я уперла локти в колени.
– Если королева Розлин – Галхоэ, и она была одной из Семерки, значит, когда-то она разделяла ваши взгляды? – ровным голосом проговорила я. Мое тело и душа были слишком сильно измотаны. – Что заставило ее измениться?
Леандр ссутулил плечи. Он провел ладонями по коленям и глубоко вздохнул. Его тяжелый взгляд скользил по присутствующим в поисках их одобрения. Снова посмотрев на меня, он поджал губы и сказал:
– Приготовься, девочка. История будет долгой.
– У меня достаточно времени, – холодно ответила я.
Маг снова вздохнул.
– Это случилось пятьсот лет назад, – начал он. – Тогда мы с Галхоэ еще только постигали азы магии.
От удивления я раскрыла рот. У меня захватывало дух при одной лишь мысли о таком промежутке времени. Настоящий возраст Леандра просто не укладывался у меня в голове. Он выглядел не старше двадцати трех лет. С большим трудом я все же отогнала от себя эти мысли и сосредоточилась на рассказе.
– Однажды мы возвращались домой через Красный лес, когда нам повстречалась старуха. – Его ледяные синие глаза, не отрываясь, смотрели на пламя, как будто там, в огне, возрождались яркие картины из его прошлого. – Сердце у Галхоэ всегда было добрее, чем у меня, и она согласилась помочь женщине. – Магическое сияние исходило от его лица. – «Помоги мне, дитя, – проговорила она. – Я голодна и потеряла свою корзину с фруктами. От старости я почти совсем ослепла… ты поможешь мне найти ее?»
Галхоэ тут же согласилась, а я с неохотой последовал за ней… В конце концов мы вышли к старому дому посреди леса. И там на крыльце стояла плетеная корзина женщины. – Лицо Леандра помрачнело. – Галхоэ потянулась к корзинке, но та оказалась волшебной. Солома, из которой она была сплетена, внезапно опутала сначала лодыжки Галхоэ, затем – колени и стала подниматься все выше, пока эта злодейская ловушка старухи не заглушила крики моей сестры.
Я быстро заморгала, пытаясь сдержать крик ужаса. Затем посмотрела на лица окружавших меня магов, они были расстроены, но никто из них не казался таким же потрясенным, как я. Все это время они знали, что Леандр и Галхоэ были братом и сестрой… Леандр – брат королевы Розлин! Одна эта мысль приводила меня в ужас.
Леандр сдержанно кивнул, увидев, как сильно поразили меня его слова. А затем продолжил:
– Ледяной страх сковал мое сердце, когда старуха вдруг изменила свой облик и превратилась в колдунью. «Отпусти мою сестру!» – потребовал я в гневе. Мой пыл только развеселил ее. Она жестоко рассмеялась и спросила: «С чего бы мне это делать? Мне нужна ее юная жизнь. И я ее получу! А ты – уходи!»
«Возьми меня вместо нее, нечестивая ведьма!» – процедил я сквозь зубы, выступая вперед. Но мое предложение еще больше развеселило женщину. «Ты мне не нужен, – сказала она. – Для моего колдовства требуется неиспорченная девушка. И я получила то, что хотела!» Коварная женщина взмахнула рукой, и могущественная магия отшвырнула меня в сторону.
Лежа на земле, я видел, как она поднялась на крыльцо. Грудь распирало от гнева, подобного разрушительному шторму. Я призвал всю свою магию, и воздух вокруг нас сгустился. Небо над головой потемнело, засверкали молнии. Колдунья с тревогой посмотрела на меня. В тот момент она поняла, что я тоже обладаю исключительной силой.
Вдали загремел гром, я поплотнее закуталась в одеяло, пытаясь унять бившую меня дрожь.
– Либера. Драконем. Маго, – прошептал Леандр и замолчал.
– Брат, не надо… – взмолился Туриад. Теперь на его лице не было гнева – только печаль.
Леандр поднял руку, умоляя проявить терпение, и рыжеволосый маг замолчал.
– В дело вмешалась моя гордость, – сказал он мне. – Я поверил, что, несмотря на отсутствие должного опыта в магическом искусстве, смогу одолеть злобную колдунью. – Он сделал паузу. – Но я заблуждался.
Маг снова в нерешительности замолчал. Он глубоко вздохнул и собрался с силами, чтобы закончить историю. Я терпеливо ждала.
– Когда путы, сковывавшие мою сестру, разорвались, я вздохнул с облегчением. Я заключил дрожащую от страха Галхоэ в свои объятия. «Уйдем отсюда, – прошептал я ей на ухо. – Держись рядом со мной. Не обращай внимания на старуху». Мы пошли прочь от старой ведьмы, стараясь не показывать ей нашего страха. Колдуны очень хорошо чувствуют подобные эмоции.
Ведьма не препятствовала нашему побегу. Несмотря на всю ее ложь, она действительно была слепа. Я думал, нам очень повезло – уйти невредимыми после такой опасной встречи. В сердце затеплилась надежда. Но это продолжалось недолго. Колдунья снова зловеще захохотала. И этот хохот звучал все громче, пока не наполнил весь лес, все земли вокруг.
Я остановился на краю поляны. «Что тебя так развеселило?» – спросил я у ведьмы. Галхоэ попыталась увести меня, но я не стал ее слушать.
«Ты! – сказала хитрая ведьма. – Ты думаешь, что спас ее? Можешь забирать ее с собой, она мне больше не нужна!» Моя душа была в смятении. Я в страхе схватил сестру за руку. Теперь я еще больше испугался за ее безопасность.
«Ты – глупец! – сказала колдунья, указывая на меня своим крючковатым пальцем. – Ты произнес неправильное заклинание! Поверь, со мной ее ждала лучшая судьба!»
«Хватит говорить загадками, – возмутилась Галхоэ, сжимая руки в кулаки. – Скажи, что тебе известно!»
Старуха уставилась на сестру своими пустыми глазами. «Твой милый братец навсегда проклял тебя, – сказала она ей. – Благодаря его заклинанию, с этого дня ты перестанешь быть человеком. По ночам тебе придется превращаться в другое создание. И каждое такое превращение будет съедать кусочек твоего человеческого сердца. Так что через пятьсот лет от него не останется ничего. Зверь победит женщину!»
«Зверь?» – пробормотала Галхоэ, бледнея от ужаса.
Леандр замолчал. Он закрыл глаза и отвернулся, не в силах больше сражаться с болью и угрызениями совести.
– Моя ненависть была так велика, что я бросился на злую колдунью, чтобы уничтожить ее своими руками. Но Галхоэ остановила меня… – Он распахнул глаза. – Даже тогда ей было жаль эту старую мерзавку. – Его губы изогнулись в горькой усмешке.
«У тебя поистине щедрое сердце, – сказала колдунья, тронутая ее жестом. – Ты спасла меня от гнева брата. И ты избавишь его от твоего заслуженного презрения. – Она сделала паузу и добавила: – Королевское сердце, плод любви земной… Стань королевой и правь тьмой… Только так ты будешь спасена!» – с этими словами ведьма хлопнула в ладоши и исчезла. Больше ее никогда не видели и ничего о ней не слышали.
Леандр вздохнул.
– Вот как я проклял мою сестру: из-за глупой попытки спасти ее. Проклятие оборотня заставило мою дражайшую Галхоэ бежать из безопасного убежища Семерки в мир людей. И когда несчастная Галхоэ покинула эти земли, она забрала с собой зиму.
– Так вот почему в Уайтхейвене пятьсот лет идет снег! – в изумлении проговорила я вздрагивая. – Но колдунья сказала, что по ночам Галхоэ будет превращаться в зверя, как и мой милый Эш… – Я тут же бросила на него взгляд. – И все же я несколько раз видела королеву Розлин по ночам. И ни разу она не превращалась в чудовище.