Войти в историю (СИ)
Через несколько минут я рискнул дать еще ложку воды. Так и продолжил. Когда к нам гости заглянул Ваб, то попросил его сварить бульон из утки. А тот мне в свою очередь напомнил о долге. Пришлось оставить Виктора на попечение Женьки и идти руководить погрузкой продуктов. Ловушки забросили на ночь, и теперь они были полны рыбы. Одну козу подготовили тоже. В большой короб поставили кувшин с молоком, туда же сложили две головки сыра и миску со свежим творогом.
Ваб сокрушался, что много еще чего из списка, заявленного богами, не хватает, но я его успокоил. Если богам понравится сыр, то еще привезем. А зерна действительно нет. Колосья в поле только-только начали желтеть. В общем, парни уплыли в поселок, я вернулся к больному.
Виктор выглядел гораздо лучше и даже поддерживал разговор с Женькой.
- Папа, а мы думаем, что эта операция потом станет традицией пеленания мумий фараонов, - фантазировал Женька.
- Мы же его не полностью в бинты замотали, - отозвался я и как раз начал разматывать бинты, чтобы проверить рану и сменить марлю на свежую.
- Ну и что? - не сдавался сын. - Зато остальное все совпадает. На лодке поплыли на запад. Повезли смертельно больного, вернули живого.
- Притянуто за уши, - тоже не поддержал Женьку Виктор и скривился от моих манипуляций. - Как там? - поинтересовался он.
- Покраснение вокруг, но не очень сильное. Будем тебя на антибиотиках держать.
- Главное, что не опиумном маке. А то мне такая хрень вчера мерещилась.
- А у нас еще конопля есть, - хохотнул Женька.
- Ты обязательно выздоровеешь, - пообещал я Виктору.
- Только котов от меня уберите, - проворчал он. - Сидят тут над душой, мурлыкают так громко, что спать мешают.
- Мы тебя на ночь в дом занесем, а их во дворе оставим, - пообещал я и отправился на кухню за бульоном из утки.
Жаль, что я был не в курсе диеты для такого рода больных. Но примерно предполагал, что первые сутки ничего тяжелого употреблять не стоит. Насчет молочного тоже были сомнения. Пусть уж Виктор дальше сам решает, что ему можно, а что нет.
Кстати, вернувшийся на следующее утро Ваб с парнями заверил, что боги ни сыр, ни творог не оценили. А зерно все равно требуют, но обещали подождать сбора урожая.
- Нужно и тех жителей обучить, как пахать землю и сажать зерно, - задался целью Виктор. - Иначе мы этих всех богов-нахлебников не прокормим.
- Вот поправишься, и сходим в гости, - пообещал я.
------------------------------------------------------
<a href="https://radikal.ru/" target="_blank"></a>
========== Часть 17 ==========
Ночью у Виктора снова поднялась температура. Пришлось мне его вытаскивать прямо на улицу, обтирать тело влажной тряпицей, вливать лекарства. Попутно отгонять комаров и мошкару, вившуюся вокруг источника света.
А тут еще коты, заразы такие, восприняли размахивание веткой от комаров, как новую забаву. От всей этой возни проснулся Женька и вызвался мне помочь. С ним на пару мы переловили котят, заперли в доме, а сами остались во дворе следить за Виктором. Хорошо, что я с вечера накипятил воды. В отдельной посудине был еще компот из кислых фруктов и фиников. Им я и поил друга.
Во второй половине ночи, когда Женька задремал, Виктор начал активно потеть, а температура снижаться. Кажется, дело пошло на поправку.
Естественно, что весь день я не отходил от друга. Поил, немного покормил кашицей из вареных кореньев. Виктор уверял, что особого аппетита у него нет. А я на этот счет не сильно переживал. Одно дело подать ему сосуд для малой нужды и совсем другое, если приспичит по-большому.
Хотя к туалетной зоне Виктор поковылял уже на второй день. С трудом, опираясь на палку, но добрался. Я его не останавливал, потому что помнил, что после аппендицита долго лежать не рекомендуют - могут появиться спайки. Шов на животе выглядел уже неплохо, а что там, внутри, неизвестно. Краснота была, но признаков воспаления я не заметил. Не зря же скормил Виктору почти все имеющиеся антибиотики.
Ваб посещал нас по несколько раз на день с едой и интересовался самочувствием Виктора. А еще принес кусок глины и, ориентируясь на мои рисунки, слепил нечто похожее.
- Молодец какой, - похвалил я жреца.