Стажёрка звёздного стража
Бутерброды оказались ну просто роскошные. Хлеб – в меру рассыпчатый, рыба – чуть солоноватая, сытная, нежная. Икра – икринка к икринке, каждая лопалась на языке, разливая там палитру вкуса…
Ммм… чудненько.
В итоге, я перекусила, и голос Олисса произнес:
– Садись на вчерашнее кресло.
М-да… Покатаемся…
Спустя несколько минут я притормозила в огромном зале, прямо посередине. Самого раггера рядом не было, но голос его все еще меня направлял.
– Начнем тестирование.
И… я словно очутилась внутри компьютерного квеста.
Нужно было пробежать расстояние за сколько-то минут, затем пробежать с препятствиями, которые неожиданно появлялись из пола. То кусты колючек, словно настоящие, то булыжники. То вдруг пол расходился оврагом, то прямо передо мной падало дерево, то твердое покрытие под ногами превращалось в песок, гальку, вязкую глину…
Гигантский полигон впечатлял.
И, если раньше он напоминал просто арену, теперь видоизменялся у меня на глазах.
После бега я будто сдала нормативы – на гибкость, на физподготовку. В целом – стандартные. Затем меня заставили ловить шарики, что падали с потолка. Если не успевала – они касались пола, издавали звук «бзин» и пропадали.
Если подхватывала – шарики касались ладоней, напевали «та-да-ам» и тоже вдруг растворялись.
Следом скорость моей реакции проверялась путем езды на управляемом уже кресле. Мне нужно было не пробежать, а прокатиться ту же дистанцию, причем из подлокотников выехал руль, а под ногами появились педали.
Машину я прежде никогда не водила – денег не было на такие роскошества. Но почему-то интуитивно начала рулить, притормаживать…
Меня несло в какие-то туннели, затем – по кочкам, по вязкой земле, где периодически я застревала. И тогда раздавался гудок: я так поняла, типа, не справилась.
Несколько часов длились эти тренировки, затем был обед – прямо на полигоне я могла заказать из меню, как в квартире.
Я выбрала плов и ни капельки не пожалела. В меру острый, в меру солоноватый, с сочными кусочками мяса, с рассыпчатым нежным рисом…
Травяной чай, небольшая передышка – и я снова на «ринге».
И так продолжалось до вечера.
Сам Олисс, в итоге, даже не появился.
А меня отправили назад, в мои апартаменты.
Следующий день прошел в точности также.
Только тренировки начали усложняться. Теперь мне вручили еще и оружие. Причем – опять же – дистанционно. Когда приехала на полигон, под виртуальным табло у самых дверей, где кресло «услужливо» притормозило, лежали пистолеты. Такие демонстрировал мне Олисс в виде трехмерных изображений.
В принципе, стрелять было несложно. Тем более, что оружие само снималось с предохранителя, получив код ДНК владельца. И никто другой этого сделать не смог бы без перенастройки «пушек» – их уже адаптировали под меня.
Видимо, с этим самым оружием мне и предстояло работать в дальнейшем.
Теперь я ко всему прочему ездила, бегала, пряталась в каких-то ущельях, в импровизированном лесу – он вырастал на полигоне за считанные минуты – и палила в фесов. Они возникали то тут, то там и двигались практически бесшумно.
«Молодец. Не видишь какие у них оболочки – только сущность. Прекрасные способности», – однажды похвалил меня Олисс.
А затем опять отправил на тренировку.
Так продолжалось и продолжалось.
День за днем было все то же.
Как в казарме.
Завтрак, полигон, обед, полигон, ужин – и спать. Я даже не могла завести себе друзей или близких знакомых, хотя порой очень хотелось наладить хоть с кем-то контакт.
Впрочем, в коридорах земляне мне не попадались. Все были чудные инопланетники, из самых непохожих на мою расу… И как к ним подойти, что сказать, я понятия не имела.
Временами изолированность и одиночество просто доканывали. Даже у себя дома, живя одна после пенсии, я хотя бы с сыном могла пообщаться. А уж, если он сильно занят – работа, дом и все такое прочее, были соседки-пенсионерки. Там, конечно, разговоры сводились к банальным проблемам ЖКХ, очередям, пенсиям… Но и мировые новости мы обсуждали…
В итоге, порой наступало отчаяние, и я уже ничего не желала. К тому же, никто не сообщал, сколько времени еще продлится мое обучение.
Во время сеансов связи Олисс избегал эту тему. А, когда я задавала вопросы напрямую, говорил, что мои оценки еще не достигли нужного уровня.
А я ведь так старалась! Сама видела, что с каждым днем у меня получается все лучше и лучше, но босса мои достижения пока не устраивали.
Хотя он периодически и хвалил меня, постепенно пришло уныние.
Будущая служба в ведомстве уже не казалась мне такой уж прекрасной и интересной.
Если так пойдет и дальше – я сойду с ума от скуки.
Может, зря я согласилась на всю мутную авантюру?
Пусть бы они лучше перепрошили все мои воспоминания, и жила бы я дальше на Земле, молодая и красивая. Конечно, раггер говорил, что это связано с определенными трудностями, но уверена – они бы что-нибудь да придумали.
Как-то ночью я решила – завтра же сообщу Олиссу о своем желании уйти.
Но утром тот долго не объявлялся. А я, тем временем, опять оказалась на полигоне. Посмотрела, вздохнула и поняла: никуда я уже отсюда не денусь.
Нельзя бросать начатое на половине пути. Олисс Энтарис ведь говорил, что скоро у меня появится личный наставник – и мы, наконец-то, перейдем к практике.
Вот и будет, с кем обсудить обстановку. Да и просто поболтать за жизнь.
И я продолжила тренироваться.
В тот день условия усложнились, полигон разделился на зоны. Появились быстрые горные реки, от которых реально веяло холодом и брызгало ледяной влагой. Возникали высокие хребты, крутые склоны. Приходилось «лавировать» на серпантине узких дорог и даже взбираться пешком, оставляя «транспорт» на небольших плато.
Лесные чащи становились все более непредсказуемыми, непроходимыми и густыми. То и дело меня атаковали какие-то насекомые, какие-то существа, похожие то на полузмей-полурептилий, с несколькими головами, то на гигантских многоножек с клыкастыми пастями, то на хищных зверей…
От них я также вынужденно защищалась, и каждый раз засчитывали – насколько успешно у меня выходило.
У меня будто открылось второе дыхание.
Один раз я аж завопила, когда с дерева прямо на меня начало спускаться нечто чудовищное. Огромное, с тентаклями, с зубами и клыками на концах извивающихся щупалец и с омерзительной склизкой жижей на коже.
Фу-у-у… Это было одновременно и ужасно, и страшно.
Не помню, как отстреливалась, как пряталась, как отбивалась.
Но впечатления остались надолго.
С того дня подобные существа стали появляться все чаще. И я начала уже куда менее эмоционально на них реагировать.
Инопланетная флора и фауна наполняла полигон все больше и больше.
Трава, что цеплялась за ноги и как бы всасывала в свою массу…
Ядовитые растения, от испарений которых я теряла сознание…
Плотоядные цветы и фрукты, которые вдруг разевали пасти и охотились на меня…
В общем, полный набор космонавта – как я его называла.
В первый момент все это вызывало у меня страх, затем – мысль, что мне тут никогда не прорваться. Однако же затем в голове слышались объяснения Олисса, я пробовала, еще и еще… И через какое-то время такие встречи переставали становиться проблемой.
Причем, далеко не всех инопланетных чудовищ требовалось именно уничтожать. Например – баркунда – то самое жуткое существо с зубами на тентаклях, засыпал от определенных мелодий, что выдавал мой многофункциональный браслет-переводчик.
Фааальки – полузмеи-полурептилии с планеты Балькааандр – переставали атаковать, если ты начинала двигаться плавно, словно танцуешь. Они реагировали на резкие движения, как на признак агрессии, на атаку…
В конечном счете, я вполне освоилась даже с таким и снова стала скучать. Слишком уж предсказуемым выглядел теперь полигон, как бы ни менялся и ни пытался меня удивить.