Птица в клетке (СИ)

Она взяла на себя челкастого и, блокировав первый удар, отступила по левой диагонали назад. Брюнет, почувствовав силу, последовал за ней, и сам вошёл в ловушку. Увернувшись от брошенного куная, он позволил тому рассечь леску, что призвала целый веер из метательного железа, на который, к чести челкастого, тот сумел среагировать. Но вот на прилетевший удар ногой с разворота, знатно сдобренный чакрой, реакции не хватило. Его вырубило прям на месте и повалило на землю. Голова закатилась, челка сползла, открывая взору изуродованную глазницу. Он был одноглазым.
Противник Ли был неплох в Тайдзюцу, но не поспевал за его скоростью. Мгновение и вместо блока пропущенный удар. И самое главное — из-за назойливости своего противника, длинный не поспевал сложить каких-либо печатей. Ну не может Ли использовать Ниндзюцу — его противники вынуждены будут сражаться с ним в рукопашном бою, если позволят подобраться вплотную. А закончил свой поединок Ли Вихрем Листа. Любит он выпендриваться, демонстрируя свои техники, когда может прекрасно обойтись без них.
Бой джонинов проходил в том же ключе, что и Ли с блондином. Только скорости были выше. Значительно выше. И кулаки Гена были объяты огнём. Только это было бесполезно, ибо он не мог попасть по Гаю, не мог разорвать дистанцию — слишком медленный, но крайне живучий. Он теперь понимал слова матери о том, что их сенсей — настоящий монстр в ближнем бою. Это было без преувеличений. Удар по животу, после которого джонин Травы начал харкать кровью. И финальный удар ногой по подбородку. Ген взлетел вертикально вверх. Огненные кулаки развеялись. Но, вместо того, чтобы упасть в отключке, он перевернулся в воздухе, достав два сюрикена, окутал их точно таким же, слегка рыжеватым пламенем. И метнул их в Гая. Он рефлекторно увернулся, правда сам находился прямо перед генинами, из-за чего тем пришлось действовать.
Хьюга успел среагировать на бросок, но вместо того, чтобы увернуться, решил парировать. Небесное вращение. Да, глупо было принимать прямую атаку противника уровня джонина, хоть и измотанного, но Неджи хотел проверить абсолютную защиту своего клана в настоящем бою и против серьезного противника. Раскаленные докрасна сюрикены отлетели от силового барьера, как от непробиваемой стены, и с громким шипением вонзились в землю. Над ними начал клубиться пар. Огонь же, вместо того, чтобы потухнуть обволок весь купол. И тем сильнее разгорался, чем быстрее вращался Неджи. Он постепенно понижал, достигнув своего максимального радиуса выпуска чакры. В таком расстоянии от генина он практически не обжигал и вскоре потух, но все равно, руки Хьюга покрылись волдырями, а на левой руке, вдобавок, образовалась корка из расплавленных сенбонов. А сам парой минут назад про себя отчитывал Ли за излишнее позёрство. И перед кем? Тентен? Ли? Или может Ханако?
А тем временем наставник закончил свой бой, впечатав голову Гена в землю. Тот выглядел живым, по крайней мере дёргал ногами.
— Гай-сенсей, нужно ли нам добивать этих шиноби? — спросил Неджи, стараясь сохранять невозмутимое лицо. Он вряд ли бы смог вот так вот взять и хладнокровно убить человека, неспособного дать отпор. Всё же Хьюга зашипел, ибо руки пекло, словно он только их высунул из разогретой печи.
— Не надо, — покачал головой Гай. — Они нам не враги, а союзники. Они не виноваты в том, что их лидер вляпался с головой в интриги Тсучикаге и его шиноби, — устало выдохнул джонин. — Не устраивать же им кровавую баню за это. Нет нужды в убийствах без необходимости. Этот путь ведёт во тьму, — непривычно серьезно сказал Гай, а потом вновь, натянув на себя маску добряка, добавил: — Пятнадцать минут перевести дух, обработать раны. А я свяжу наших пленников, чтобы не рыпались, как придут в себя.
Единственным пострадавшим из команды номер три оказался Неджи. Он распечатал свиток с аптечкой, достал противоожоговую мазь и обработал правую руку. Мало того, что она увлажняла и охлаждала пораженные участки кожи, так ещё и стимулировала в тех же местах выработку чакры сверх нормы, тратя резервы организма и перенапрягая очаг. Побочный эффект — огромная затрата калорий, которые было бы лучше восполнить прямо сейчас.
 
А с левой рукой пришлось повозиться. Для начала другим сенбоном подковырнул получившийся расплав — ничего не вышло. Потому пришлось отрезать ее с мясом. Если в прошлой жизни при проведении такой операции без наркоза он бы визжал, как свинья, которую должны вот-вот заколоть, то сейчас ему пришлось лишь стиснуть покрепче зубы, да зашипеть, словно змея. А затем затереть все повреждённые места той же мазью. Тюбика аккурат хватило на обе руки.
А к тому времени вернулся Гай, проясняя план:
— Я буду нести Ханако-саму на спине, а вы, — повернулся к генинам. — Должны стараться выдерживать мой темп.
— Нет, я не согласна! — начала пищать она, слегка покраснев.
— Ваш комфорт меня волнует в последнюю очередь с момента смены класса миссии на «B». И ничего страшного не будет. Лишь немного трясти да дуть в лицо.
— Да не в этом дело. Я в… — Ханако хотела что-то сказать, но ей тактично не дали этого сделать.
— Когда выдвигаемся? — спросил Неджи, дожевав пилюлю и запив её водой.
— Как Ли доест, так и начнем, — ответил Гай, попрыгал вместе с живым балластом. Та начала визжать как маленькая девочка. — Какая же она шумная, — устало выдохнул Гай. Что-что, а нытиков он не любил.
— Может ей вставить кляп в рот? — предложил Неджи. Она иначе не заткнётся. — И связать можно, чтобы не брыкалась.
— Неджи! — крикнула покрасневшая Тентен. Ханако просто уткнулась в спину Гая. Мамору же ничего не слышал.
— А это отличная идея! — с набитым ртом поддержал затею Хьюга молчавший ранее Ли.
— И ты туда же! — вновь крикнула Тентен.
Неджи перевел взгляд на своего вечного соперника. Тот на самом деле что-то увлеченно жевал. Он следовал любым советам Гая, какими бы он не были незначительными. И диету соблюдал беспрекословно, порой жуя что-то по пути, или просыпаясь ночью для того, чтобы что-то съесть. И не сказать, чтобы это не приносило плодов — Ли был силён. Того же Васимару бы он отделал под орех. Для пользования катаной необходима дистанция, которой бы Ли не дал, как и сложить печатей для использования каких-либо техник. А Учиха Ниваки, который мог бы быть сильным противником — мёртв. А единственный выживший его клана ещё протирает скамью Академии вместе с Хинатой. Из её слов выходило, что он был лучшим во всём. Он ещё раз обсудит следующий выпуск с сестрой. Он не верил, что больше никого достойного из их потока не будет. Хотя там вроде как был один мальчишка, которого хвалила Хината за то, что тот никогда не опускал рук.
— Я готов, Гай-сенсей, — закончил есть Ли, и, посмотрев на небо, нахмурился. Собирались тучи, дождь должен был вот-вот начаться. Хьюга достал дождевик и накинул поверх своих одежд, чтобы не намокать. И, глядя на удивленные взгляды товарищей, достал все запасные. Хватило всем. В том числе Гаю и Ханако.
— Мамору-сан, до скорой встречи! — попрощался с кучером джонин и запрыгнул на дерево. Неджи же считал, что Мамору будущий мертвец. Он хоть и владел чакрой и мог защитится от каких-нибудь грабителей и разбойников, но от обученных шиноби — навряд ли.
Темп он взял что-надо. Генины за ним едва поспевали, и это несмотря на балласт, хотя какой это для Гая балласт? В сравнении с весом его утяжелителей, это было как слону дробина. Иногда ему приходилось сбавлять свою скорость…
До пункта назначения добрались буквально за пять часов, несмотря на то, что леса были только в близости с границей страны Огня. Чем ближе к столице, тем больше обильных и мокро-зелёный лугов, да полей. Благо никаких преследователей не было, а Ханако не ныла. Им нужно было не в скрытую деревню шиноби, не в Кусагакуре, а в Фуусан, столицу страны Высокой Травы.
— В городе стараемся быть тихими и не привлекать много внимания, — сказал Гай, остановившись у дерева. Генины начали переводить дух, внимательно слушая. — Если враг будет вам не по зубам — отступайте. Помните в километре отсюда была пещера? — дождавшись кивка, продолжил. — Вот там и будем собираться.