Птица в клетке (СИ)

Поры в теле шестирукого начали выделять какую-то жидкость, по текстуре напоминавшей созданные ранее кунаи, что, как броня, покрыло всё тело. Неджи, несмотря на это, продолжил свой танец, сосредотачивая больше чакры на кончиках пальцев, и ещё сильнее её уплотняя. Броня, как и паутина, была полна чакры, из-за чего смягчала пробивающую мощь Мягкого Кулака, шестирукому даже удалось защитить некоторые из своих тенкецу. Из шестидесятичетырёх ударов Неджи успешными оказалось сорок три.
— Ублюдок! — зашипел противник, разорвав дистанцию и с трудом повиснув на новой паутине. Неджи пришлось спрыгнуть на землю, ибо заметил готовую вот-вот активироваться ловушку. Взрывная печать оставила от ветви лишь ошмётки, что грузно полетели вниз.
Золотистый нарост-броня шестирукого осколками опадал на землю. Циркуляция его чакры была нарушена, но не остановлена. В боеспособности он потерял. Правда, произошедшее дальше, удивило Неджи. По всему его телу расползлась татуировка по структуре и природе напоминавшая таковую у Учихи, но с другим узором. Эффект она оказывала точно такой же. Если раньше чакра у шестирукого была тёмно-синяя, то сейчас… Плотная и практически фиолетовая, создавала впечатление бездонной и всезасасывающей трясины. Такое же чувство Неджи испытывал во время медитации на втором этапе экзамена. Интенсивность окраски выросла тоже, как и циркуляция, чакра у противника буквально бурлила, стремясь вырваться наружу. Шестирукий, казалось, каким-то образом черпал силу из окружающей среды. С Учихой в Лесу Смерти происходило тоже самое, и Хьюга вспомнил, насколько в тот момент Саске был сильнее теперешнего себя, если вынести фактор той техники, с которой он набрасывался на своего брата.
Этот мощный поток вернул работоспособность тенкецу, выдавив чакру Неджи, оставленную в организме противника. Видимо, настоящий поединок начинался только сейчас. На ближнюю дистанцию противник больше не подходил, и старался держать Неджи на расстоянии. Одного короткого обмена ударами ему хватило.
В дело вновь пошли паучьи сети. В сравнении с первой волной, увеличилась скорость создания сетей, следовательно, и их количество. Противник намеренно оставлял окна в своих залпах, провоцируя Неджи уворачиваться по определённой траектории. Очевидно, что это — ловушка, и Хьюга просто неспешно продвигался вперёд сквозь паутину, рассекая её на ошмётки.
Раздался характерный хлопок от призыва, и высоко между деревьями появился огромный паук, который в миг повис на наскоро сплетённой паутине. Он размерами уступал монструозному змею Орочимару или жабе Джирайе, но всё равно был в разы больше человека. Метра два в высоту, а длина тушки — метров пять, и это без учётов его лап. Шестирукий стоял на своём пауке сохраняя мрачное холоднокровие. Брюхо паука вздулось, и он выдавил на свет кокон, размером с трёх людей, в котором копошилась целая куча паучков поменьше. Лёгкий надрез — всё содержимое вывалилось на Неджи. Живой рой из пауков был плотным, скрывая действия шестирукого от обычного взгляда, но Бьякуган смотрел сквозь пауков. Противник сложил сразу три печати концентрации и ушёл в себя.
Вакуумная Ладонь должны была разнести всё это облако, но пауки на паутине были очень манёвренны, и большая часть смогла обойти разрушительный поток стихийной чакры. Пауки были готовы окружить Неджи со всех сторон. Купол из небесно-голубой чакры оградил Хьюгу от окружающего мира. Мерзкие насекомые приклеивались к вихру чакры паутиной и замедляли вращение, а после и вовсе прервали технику Неджи. Шестирукий открыл глаза и, улыбнувшись, дёрнул кончиком своего пальца. Сначала ничего не происходило, но после Хьюга засёк кунаи, летевшие со всех сторон. Действовать нужно было решительно. Пальцы секли паутину, возвращая Неджи возможность двигаться. Чтобы пользоваться Небесным Вращением, нужно было сначала уничтожить всю мелкую живность, а она не была неподвижной, а активно мешалась под руками и ногами.
Хьюга чуть согнулся в привычной ката, родная, струившаяся по телу, чакра вновь принесла с собой лёгкость и силу. Первые Врата, ограничивавшие тело пали. Неджи развёл руки в разные стороны, использовав Вакуумную Ладонь ими обеими. Он никогда до этого так не делал. В теории, такое использование могло дополнительно увеличить мощность техники, ибо чакроканалы имели предел переносимой за раз чакры, а таким образом он удваивался, но сейчас Хьюге нужно было иное, он прибёг к самой слабейшей версии, медлительной и отталкивавшей врага. Этого хватило, чтобы отразить большую часть летевших кунаев.
 
Неджи двигался быстро, рассекая сковывавшую паутину, уворачиваясь от метательного оружия и уничтожая пауков, он не останавливался ни на мгновение, активно вращая головой и вечно смещая слепое пятно Бьякугана, только таким образом он никак не мог достать сидевшего в отдалении врага, оставаясь для него прекрасной мишенью. Шестирукий изредка то выстреливал сетями и метал свои кунаи, то вскрывал новые паучьи коконы. Можно было не ждать окончания ресурсов врага.
Паучьи жвалы разорвали одежду и рассекли плоть. Неджи вздрогнул и выпустил плотный залп чакры из ближайшего к ране тенкецу, что пробила паука и выплеснула кровь, избавляясь от возможного яда. Хьюга не на секунду не сомневался, что паук подручного Орочимару будет ядовитым. Неджи не видел этой атаки. Совпадение, или тонкий просчёт врага? Не важно. Так продолжаться больше не могло.
Печати начали сменять друг друга. Бык. Змея. Коза. Хоть водоёмов поблизости не было, но воздух в лесу был влажным, не так давно был дождь. Плотный и густой туман окружил Неджи, скрывая его от врага. Пауки, лишившись зрения, потеряли и былую мобильность, став лёгкой добычей для Хьюги.
Запас чакры быстро истощался, в очаге оставалось где-то две трети от максимума чакры. Неджи влил ещё больше чакры в туман, увеличив его площадь. План был таков: Хьюга создаст водного клона, что выскочит из тумана и отвлечёт на себя внимание шестирукого, а сам тем временем выйдет с другой стороны и подберётся как можно ближе незамеченным.
Но паутина, удерживавшая паука на весу, оборвалась, и тот камнем полетел на Неджи вниз. Хьюга дождался, когда тот долетит достаточно близко и высвободил Вакуумную Ладонь. Плотная стихийная чакра вырвалась из ладони Неджи. Чакроканалы в руке начали ныть, но оно того стоило. Огромный паук просто взорвался, покрывая Хьюгу внутренностями и какой-то противной липкой жижей. Ещё десятая часть резерва ушла, явив миру водного клона. Туман из-за действий Неджи начал рассеиваться, но его плотности было достаточно, чтобы прикрыться от зрения шестирукого.
Сам противник тем временем тоже видоизменился. В первую очередь кожа. Вместо чёрной она стала ярко-красной, на лбу появились рога и третий глаз, сиявший чакрой. Волосы отрасли и поседели, а глазные белки — почернели. У каждого локтя и плеча вылезли дополнительные костяные наросты. Но главное — его чакра. Она стала ещё плотнее, окрасившись в более глубокий цвет, но интенсивность её сияния не усилилась, а, напротив, даже ослабла. Всё же чакра у него тоже не бесконечная и он был на пределе. Ему не удалось восполнить чакры, в отличии от своего товарища, с которым бился Чоджи. Огромный ростовой лук, который он держал в руках, вызывал опаску, а стрела, что он вытаскивал изо рта, ясно давала понять, что она прошьёт тело Неджи так же легко, как и лист бумаги. От кончика стрелы исходила тонкая нить, прикрепляясь к языку. Он теперь напоминал демона, а не шестирукого человека.
Клон послужил прекрасной приманкой, и первый выстрел ушёл именно в него. Стрела летела причудливой траекторией, управляясь чакрой по нити, и заходила со слепой зоны Бьякугана. Да, он разгадал секрет, и в живых его оставлять было никак нельзя. Неджи выскочил раньше, чем клон развоплотился от вражеской атаки, и сближался с врагом по наиболее кратчайшему пути — напрямик. Скорострельность противника оставляла желать лучшего. Хьюга развил огромную скорость, но это лишало его манёвренности. Противнику для победы не нужно было целиться в слепую зону Бьякугана, достаточно пустить стрелу по прямой, а Неджи– отклонить летевшую в него стрелу. Никаких пауков, способных остановить Хьюгу не было, а столь крепкая и прочная стрела — далеко не облипавшая со всех сторон паутина. Её целью было убить, а не обездвижить. Неджи был готов.