Как превратить кота в дракона (СИ)

Обычную ― да необычную. В нашем мире живого дерева, что растет под солнцем, днем с огнем не сыщешь ― только железные стоят, как декор. Да и запрещенный это материал: говорят, он вбирает в себя магию, а у нас и так она работает только за счет луминариума, который нас всех подпитывает своей силой. Без него худо Эйдралису придется.
Неудивительно, что Серин, увидев что-то деревянное, залипла на это, хотя как по мне ― ничего особенного.
  
Лучше бы посмотрела на живые деревья. Вот так красота! И листья шелестят совсем иначе ― нежно и мягко, нет этого сводящего с ума звона, который наполняет воздух, когда у нас поднимаются магические бури. К счастью, они бывают редко.
Серин направляется к скамейке, что-то там колдует, а про меня, можно сказать, забыла. Если я сейчас надумаю улизнуть в подворотню, как та же крыса, никто и не заметит: недаром же в Эйдралисе коты живут наравне с ними и отношение к ним такое же, как к вредителям.
Правда, заметят уже потом, когда наступит мой черед выполнять нашу общую миссию. Серин ― хватает луминариум, я ― убиваю. У меня даже кинжал с собой, не для красоты же висит на боку в ножнах. Точнее… если я превращусь в человека, он там будет висеть. А пока все видят обычного рыжего кота, который жутко линяет в сезон и не в сезон, раздражая всех в округе.
И что эта несносная девчонка задумала? Вместо лавки перед ней стоит симпатичное кресло на колесах. Интересно, зачем оно ей?
Серин степенно усаживается в кресло, пытается проехать немного, толкая колеса, а потом подъезжает к калитке, на которой висит табличка с надписью: «Дом мастера Рейли, вход в лавку слева».
― Ты сошла с ума, да? ― Я с трудом перебираю четырьмя лапами, чтобы не отставать. Это так непривычно! Я не так часто превращался в кота когда научился это контролировать, просто потому, что это всегда было чревато в лучшем случае насмешками, в худшем ― весьма болезненными пинками.
— Напротив. — Серин царственно приподнимает голову, как будто сидит на троне. — Теперь я — хрупкая больная девушка. Меня все будут жалеть и… пускать без очереди.
— Во-первых, никто не поверит, что ты хрупкая, ― бубню я, хорошо, что Серин понимает меня невербально, как и я ее, ей даже не нужно со мной говорить вслух, чтобы мы могли обмениваться взаимными подколками… ну и важной информацией, разумеется. ― Во-вторых, ты забыла, что мы здесь, чтобы забрать луминариум, а не разыгрывать спектакль!
— Да, и это гениально! Кто будет подозревать бедную калеку в скрытых мотивах?
— Каждый! Потому что ты забыла одну маленькую деталь!
— Какую? ― Снова эта по-дурацки приподнятая бровь, как будто я, мудрый кот, говорю несусветную глупость. Себя бы послушала!
— В этом мире нет магии, Серин! Твое кресло через час развалится на доски!
Об этом, между прочим, говорил король Элдрих, но я до конца надеялся, что магия здесь не работает вообще. Хотя тогда было бы затруднительно общаться, и кто знает, смог бы я мыслить, как человек, в образе кота?
Да и вообще ― превращаться туда и обратно? Ведь я не смогу убить девчонку, пока я такой… ну, слишком мягкий и безобидный.
Поэтому да, колдовать можно, только вот эффект будет кратковременным: этот мир всячески отвергает чудеса, оттого возможны сбои.
Но в этом есть и плюсы. Например, как только король Элдрих немного отвлекся, Серин ехидным шепотом пообещала оживить мою подстилку, чтобы она кусала меня за пушистый зад. Так вот теперь можно надеяться, что кусючий кусок ткани быстро выдохнется, а Серин не захочет каждый час тратить на нее свои силы. Очень скоро ей это надоест, так что… я же могу рассчитывать на то, что большую часть времени проведу в блаженном сне и покое? Кот во мне (или я в коте) хочет именно этого!
Серин замирает, как будто не знала об особенностях магии в Нимверии или забыла. Или просто не слушала короля, как обычно. Потом медленно выдыхает и улыбается ― если эту гримасу можно назвать улыбкой.
— Тогда в нашем распоряжении час.
― Ты рассчитываешь за это время найти луминариум, да? ― не удерживаюсь от сарказма. ― Сидя в кресле, да?
Вместо ответа Серин подъезжает вплотную к калитке и дергает за веревку колокольчика.
― На колени, живо, ― шипит она.
Я только собрался возмутиться, что не собираюсь падать перед ней ниц, как она хлопает себя по ляжкам, и я понимаю, что от меня требуется. Прыжок ― и я сижу у нее на коленях, как примерный котенок. Серин ерзает в кресле и натужно вздыхает.
― Драконьи копыта… какой же ты тяжелый и неудобный, Марсель. Кто вообще придумал этих котов?
― Вообще-то у меня есть когти, ― напоминаю я, так, на всякий случай. Ничего другого за всю свою жизнь про котов я не слышал, так что даже не обиделся. Почти.
― А у меня ― магия, ― парирует Серин.
― Когда я превращусь обратно, посмотрим, чья магия окажется сильнее… ― начинаю я привычно заводиться, но тут же замолкаю, потому что калитка открывается.
На пороге стоит невысокий худой светловолосый мужчина в серой блузе с закатанными рукавами и длинном фартухе ― сразу видно, роботяга. Выражение его лица мне сразу понравилось: оно такое, беззлобное. Можно надеяться, что от него я не получу пинка в бок. Еще и очки в круглой оправе прибавляют ему слегка забавного вида. А рядом…
Конечно, я кот, но вполне могу оценить женскую красоту. Высокая брюнетка с темными, вьющимися, слегка растрепанными волосами. Пухлые губы немного приоткрыты в удивлении, а в темных глазах — огонь. В позе — пружинистая собранность, готовность драться, отстаивать свое. О, да она истинная уроженка Эйдралиса!
При этом одета она странно в какое-то заношенное платье неопределенного цвета. Рукава закатаны, обнажая тонкие руки с царапинами и пятнами краски. Фартук поверх — весь в пятнах, будто она драила полы или красила забор.
Я оглядываю мельком двухэтажный белый дом и ухоженный двор. Да ну, не сказать, что это дом бедняка. Может, это не хозяева, а слуги?
Нет. Мужчина представился, как тот самый мастер Рейли, а девушка… его дочь?
Хотя она совсем на него не похожа.
Но вообще-то так и должно быть. Чего это я.
Если она из рода Мальфас, значит, я сейчас смотрю в глаза той, которую должен убить.
―…нас подменили в родильном доме, ― продолжает вещать Серин, делая голос дрожащим, что ей удивительно подходит, да только это игра, я же знаю, какова эта тигрица на самом деле. ― Я только что оттуда… думаю, мне сказали правду, ведь я не похожа на своих родителей…
Мастер Рейли бледнеет, как мел.
— Это… это бред! ― выдает брюнетка. ― Такого не может быть… скажи ей, папа!
Серин незаметно дергает меня за шерсть — мол, поддержи.
— Мя-я-у! — жалобно выдаю я, глядя на красавицу преданными глазами. Прости, девочка. Мне бы не хотелось тебя убивать… но приказ есть приказ.
И нам нужно проникнуть в этот дом. Как можно скорее. Так что, как говорится, на войне все методы хороши.
Брюнетка сжимает руки в кулаки.
― Я думаю, это какая-то афера, ― заявляет она. Ее голос дрожит. Не от страха. От злости.
А она с характером. И это может оказаться немалой проблемой.
Что ж, пока оставим ее в покое. Ведь здесь хозяин ― ее отец. Тот самый отец, который пусть сейчас и не чувствует родную кровь, но зато он ох как почувствует мой гипнотический взгляд… на то я и волшебный кот. Хоть какая-то от меня польза.
  
4 глава
 
Хлоя
Это не может быть правдой.
Чувствуя, как ледяная волна разливается от макушки до пят. Все внутри меня отвергает слова этой незнакомки. Но когда я перевожу взгляд на отца ― на его бледное лицо, на пальцы, судорожно сжимающие фартук ― мир вокруг внезапно теряет четкие очертания.
  
Бледная, как призрак, девушка в инвалидном кресле выглядит неестественной, как будто она и впрямь пришелец из иного мира. Я уже после этого сверкающего камня во многое готова поверить! Наблюдаю, как ее тонкие пальцы нервно перебирают складки простого льняного платья, а огромные темно-серые глаза ― слишком яркие на фоне бескровного лица ― с мольбой смотрят на отца… на моего отца. Рыжий кот, что сидит у нее на коленях, глядит на меня, да так осознанно, как человек! А потом переключается на моего отца.