Божий дар, или Ход конем (СИ)

— Красавец! — сквозь смех выговорила я. — Конь-Огонь!
Таш возмущенно открыл рот, пытаясь что-то сказать, но тут рассмеялись всегда сдержанные Корд и ведьмак, а Дарсинея повернулась к нему и удивленно поинтересовалась, что случилось.
Таш только застонал, не удостоив ее ответом. Потом обиженно вскинул голову, и снова принялся поднимать меня в воздух. В принципе, я этого ожидала, но это меня все же разозлило — настолько, что графин с водой, стоящий на столике рядом с кроватью мирно спящего Эльстана, медленно оторвался от своего места, проплыл по комнате и… наклонился над Ташем, технично вылив ему на голову свое содержимое, озвучив это характерным шипением. Может быть. В другое время Таш что-либо и предпринял, но сейчас он только обалдел. Маг удивленно захлопал глазами, не забыв при этом, к его чести, мягко опустить меня на пол. Надо сказать, я тоже удивилась не меньше, но всем видом старалась себя не выдавать.
— Но… — прошептал, наконец, Таш, — ты же не умеешь…
Я усмехнулась. Да, не умею. И даже не представляю, как это у меня получилось. Но когда я злюсь…
— Зверь! — просияла я. — Я теперь знаю, как развивать свой дар! У меня он проявляется, только когда я в бешенстве — вот на тебе я и буду тренироваться!
— Для начала, — процедил Таш ледяным тоном, — запомни, что я не конь.
— Ну что ты, это я прекрасно помню — с конем я бы никогда так не поступила. Что я, враг своему Зверю?
Таш распахнул глаза, не понимая, как на это реагировать.
— Простите, но я, кашшетсся, не ссовссем поняла…
— Вот и хорошо, — прошипел Лантрен. — А вот кое-кому, — он зло сверкнул на меня глазами, — следует быть попонятливей. И уяснить, как и с кем следует разговаривать.
Я изобразила взгляд до неприличия обиженный и беззащитный.
— Зверь, ты… как ты мог! Знаешь, как ты мне сейчас больно сделал!
Злобное выражение тут же исчезло с лица бога магии, сменившись глубоким раскаянием, но потом, заметив у меня еле сдерживаемую улыбку, он фыркнул, тряхнул гривой и, развернувшись, вылетел из комнаты.
Ведьмак укоризненно на меня посмотрел, но я отмахнулась.
— Витольд, дай мне хоть на ком-нибудь отыграться!
— Эльстан сейчас сказал бы, что Лантрэн не виноват…
— В том, что из коня стал богом? Как хорошо, что Эльстан спит!
— Просстите, но… вы ошшибаетессь! — неожиданно вмешалась в наш разговор Дарсинея. — Ташш не был конем с ссамого начала, он уже был богом раньшше, это потом его превратили в коня! То ессть… он не был конем изначально!
Ведьмак сжал мне руку, пытаясь не засмеяться, я и сама до боли прикусила губу, сохраняя серьезное выражение лица.
— Богиня, вы не представляете, что вы сейчас сделали, — заговорила я с благоговением в голосе, отчего Витольд за моей спиной тихо всхлипнул. — Своими словами вы пролили свет на эту истину, которая доселе была сокрыта от моего разума!
— Ну шшто вы, — кокетливо взмахнула ресницами Дарсинея, — не сстоит благодарить меня. Я рада, шшто ссправедливоссть воссторшшествовала! — А шшто сс вашшим другом? — она обеспокоено указала на Витольда. — У него шшто-то сс глазами… они так странно ссаблесстели…
— Их слепит ваша красота, богиня, — ответила я за ведьмака.
Она наклонила голову, одарив Витольда томной улыбкой. Он, не произнеся ни слова, только благодарно поклонился.
Дарсинея неожиданно обвила взглядом всю мою команду.
— Кашшетсся, сс вами был ещще один юноша, весьма очаровательный… Сс ним фссе ф порятке? Он ссторофф?
— Умственно — вряд ли, — покачала я головой. — А физически… пока, думаю, вполне. Но планка его самочувствия резко упадет, когда он покажется мне на глаза. Если ему повезет, отделается легким сотрясением.
— Шшто? — Дарсинея непонимающе захлопала ресницами.
Кажется, я понимаю, чем она так привлекла Таша — видимо, общаясь с ней, он проходил курс реабилитации после Элантэ — на фоне Дарси он выглядел светочем вселенской премудрости.
— Ничего, — вздохнула я. — Все с ним в порядке.
— А почему я тогда его не вижу? — Дарси удивленно приподняла бровь.
— Потому что у прекрасной богини нет глаз на спине, — послышался насмешливый голос невесть откуда взявшегося Дани. — Хотя не могу сказать, что это сильное упущение — они смотрелись бы там, по крайней мере, нелепо. Хотя, вашей неземной красоте даже подобная аномалия не смогла бы нанести урона.
 
Он тут же изящно поклонился, поцеловал ручку вконец растерявшейся Дарсинеи, не забывая при этом, конечно же, построить ей глазки, блистая обворожительной улыбкой. Дарси смутилась, на ее щеках заиграл румянец… слава богу, я уж испугалась, что она начнет зеленеть или, что еще ужаснее, пойдет зелеными пятнами, кто ее знает. Но, видимо, кровь у богини, все же была красной, так что ничего страшного не произошло.
Я окинула нашего великого мага обеспокоеннымвзглядом. Никаких признаков дальней прогулки на нем заметно не было, только голубоватые тени под глазами и посиневшие губы на белом, как мел, осунувшемся лице, говорили о чудовищной усталости. Впрочем, держался он хорошо, а в глазах было столько счастья и какого-то детского восторга, что я вздохнула с облегчением, почувствовав, как у меня с души свалился тяжелый камень. Однако показываться в таком виде перед Ташем или Этаной ему все же не следовало бы.
Я вдруг поймала себя на мысли, что в глубине души раздосадована тем, что Этана ничего не заметила… Нет, против Дани я абсолютно ничего не имею, если бы богиня против него выступила, я бы его защищала до потери пульса, даже если бы он был не прав, но дело не в этом. Она — богиня, стоящая на страже Границы. Только она владеет Магией Порталов. А сейчас какой-то мальчишка прорубил окно портала в ее замке, к тому же, как я поняла, не один раз — он же еще каким-то непостижимым образом сюда вернулся! Причем, не через тот же портал, а, построив новый, который привел его в засекреченный донельзя замок Этаны! И она ничего не заметила… Выходит, здесь не так уж безопасно? И потом, Дани у нас, конечно, мальчик уникальный, но, интересно, сколько таких вундеркиндов в этом мире? Я вздохнула.
— Не переживай, — шепнул мне на ухо великий маг. — Таких, как я, больше нет.
— Отвечаешь? — усмехнулась я.
— Зуб даю! — подмигнул он.
Мне очень хотелось стукнуть его по лбу, но, учитывая его состояние, делать этого я не стала. Вообще, мне ужасно хотелось его расспросить, что он там натворил — а в том, что он действительно «что-то натворил», я не сомневалась, иначе глаза бы у него так не блестели. Да и отдохнуть ему не мешало бы, но и тому и другому препятствовало присутствие Дарсинеи. Но, к счастью, она вспомнила про торжественный обед, и, еще несколько минут потратив на извинения, удалилась прихорашиваться, существенно облегчив нам жизнь.
Дани проводил ее насмешливым изумленным взглядом.
— Нет, я много видел на своем веку, — покачал он головой, — но что б такое… Вот Гаронд, наверное, радуется, что от нее избавился! Надо было сразу с ним связаться, а не по катакомбам шарахаться, может, он бы ее и так отдал, еще и приплатил бы…
Я прыснула.
— Не исключено. Слышь, великий маг, ты сел бы, в ногах правды нет…
— А в чем она есть? — усмехнулся Дани, так и оставшись стоять, прямо, скрестив руки на груди. — Джен, не обращай внимания, у меня все хорошо. Просто если я сейчас сяду… то потом не встану.
— А ты и не вставай. Видишь, у нас тут и так сонное царство, — я кивнула в сторону Эльстана.
— Да вижу, это я сразу заметил. Вы что с Высочеством сделали?
— Мы — ничего. Это Таш. Кстати, он тебя хотел видеть, так что постарайся оклематься до его появления. Кажется, разговор у вас будет серьезный.
 
Он рассмеялся.
— Честно говоря, я этого уже давно опасаюсь. Только от того, оклемаюсь я или нет, мало что зависит — если он меня захочет грохнуть, ему это сделать ничто не помешает.
— Помешаю. Я. Можешь смеяться, но я тебя ему в обиду не дам, — спокойно объявила я. — Не знаю, как и что я сделаю, но он тебя не тронет. Я сама тебя прибью. С радостью.