По следам Грааля (СИ)

— Сомневаюсь, — произношу наконец.
— В чём?
— Что ты понимаешь.
Я пнула Фабьена точно по коленке. Ведьмак зашипел и схватился за место удара. Вырвав коробку с Граалем, срываюсь с места, игнорируя мысли о том, чтобы вернуться и врезать ему ещё и промеж ног. Последнее, что я слышу, это хохот Стэнли и бурчание Фабьена. 
ℒℒℒ
Когда я добралась до главного холла, мне едва хватало воздуха. Волосы, уложенные в красивый пучок, болтались во все стороны, лезли в глаза и рот. Остановившись прямо по центру длинной-предлинной комнаты, смахивающей на лобби какой-нибудь пятизвёздочной гостиницы, я с жадностью делаю вдох. Из коридора, откуда я пришла, доносится топот ведунов. Как поступить? Я могла бы добраться до спальни Маренки: может, с возрастом у неё просто сдал слух, и только поэтому она ещё не поприветствовала нас лично. Надо двигаться. Пока ситуация не превратилась в ещё больший сюр. 
Дверь с оглушительным скрежетом приоткрывается. Несколько секунд я и ординарий[2] в красном не отрывались друг на друга. Это можно было бы сравнить с бурей, искрой и безумием. Можно было, не будь этот инквизитор возможным отцом Фабьена и тем, кто мучил меня в Дуомо. От абсурда и внезапной вспышки страха не получалось и пальцем пошевелить. Радовало, что остальные инквизиторы были обескуражены не меньше. 
— Попалась! — с боевым кличем Стэнли обвивает руками мою талию и приподнимает над полом. Когда он наконец удосужился взглянуть вперёд, то выдал нервное «О». Его руки гораздо сильнее сжались на моей талии, прежде чем он произнёс самую абсурдную вещь, которую только можно было произнести в нашем положении. — Вот так удача. Я ведь давно мечтал исповедаться. 
Почти все лица, за исключением одного, вытянулись. Пожалуй, это последнее, что они ожидали услышать. Импульсивный порыв побуждает меня посмотреть в сторону. Там, в глубине коридора, куда свет ламп едва доставал, притаилась знакомая фигура. Фабьен указывал пальцем наверх. Сперва я растерялась. Неужели, удар вышел настолько болезненным, что он желал мне поскорее очутиться в Раю? Но потом до меня дошло. Наверное, он намекал на второй этаж. Именно там находилась спальня Маренки. Подумать об этом дольше не получилось. 
— Я был плохим мальчиком. Лгал, воровал, соблазнял… — с всепоглощающей печалью признался Стэнли.
— Что ты несёшь?! — задираю голову, чтобы убедиться в сохранности его разума. 
— Тц, — шикнул он, ни на мгновение не прерывая зрительного контакта с инквизиторами. — Каюсь, я слишком очарователен, чтобы зваться обычным человеком. Святой отец, может, я инкуб? 
На доли секунд он прячет губы в моих волосах и едва слышно выдыхает: «Когда отпущу, беги». Он казался таким собранным, что я неосознанно сдалась этой уверенности. Хоть душа и грозилась рухнуть куда-то к пяткам.
Бредовые речи не произвели никакого впечатления на непоколебимого ординария со шрамом на щеке. Он коротко махнул двумя пальцами в нашу сторону и первым шагнул за порог.
Стэнли толкает меня, и на трясущихся ногах я бросаюсь в правое крыло, к лестнице.
ℒℒℒ
Идея о том, чтобы разделиться не так уж плоха. По крайней мере за мной гонится не вся десятка, а только трое, четверо? От напряжения сводило мышцы на лице, но коробка с Граалем жгла руку и подгоняла быть ещё более быстрой и, пожалуй, смелой. Я остановилась на последней ступени и обернулась. Всё-таки двое, один из которых, о удача, оказался Кристофером. Вот уж кто точно обрадуется, если схватит меня.По обе стороны от меня стояли огромные напольные вазы. Дорогие на вид. И тяжёлые. Усмехнувшись, я ухватилась за верхнюю часть ближайшей ко мне, повалила на бок и подкатила к краю лестницы. 
Услышав мой свист инквизиторы замерли и подняли головы. Ваза неслась на них с большой скоростью, но они всё же успели отскочить и неуклюже повалиться. Кристофер с рыком подскочил на ноги. Не долго думая, я проделала тот же трюк со второй и больше не стала задерживаться. Надолго их это не отвлечёт.
Несмотря на то, что резиденция несильно изменилась с моего последнего визита, сказать, что я отлично помнила расположение всех комнат, было бы преувеличением. Прямо или свернуть? Казалось, от волнения, голова стала абсолютно пустой. Закусываю губу, неуверенно осматриваясь. Маренка терпеть не может жару. Если сверну, окажусь на солнечной стороне. Стоит идти прямо. Дольше метаться нельзя. 
 
Наконец, я начала узнавать узоры в виде золотых лотосов на плитке. Старушка лично обращалась к Мирославу, чтобы он расписал пол возле её комнаты. Успев затормозить в последний момент, я принялась тарабанить по белоснежной поверхности. 
— Открывай, инквизитор тебя дери! — со злостью ударяю носком по дереву. Тишина по ту сторону, будто разорвала ниточку нервов, что и без того была натянута до предела. Отголоски ладана становились всё ярче. В глазах защипало из-за собственной глупости. Разве позвал бы Лукаш орден, будь Маренка дома. Наверняка, она как обычно задержалась в штабе или и вовсе отсутствовала в Праге. Вместо того, чтобы опрометчиво следовать за Стэнли и Фабьеном, следовало всё проверить, написать брату. Мысли о Мирославе окончательно подрывают решимость.
Лица касается дуновение ветра. Кто-то втаскивает меня в спальню Маренки и закрывает дверь. Я теснее прижала к себе коробку с чашей, хорошо помня, как он уже отнимал её у меня. Те секунды были отвратительными. На кратчайший миг показалось, что Фабьен правда откроет коробку и вручит Лукашу средство для уничтожения многих ведунов. Отчего то мысль об этом ранила сильнее, чем тот факт, что он не пожелал оставаться по одну сторону со мной до конца. 
— Бросай чашу. Я попытаюсь снова провести тебя через коридор.
Что первая, что вторая часть его высказывания маленьким молотком прошлась по всему телу. 
— Это что шутка такая? Раньше хотя бы действовал тонко. Выманивать Грааль таким способом уже слишком.
Что он ещё сказал? Провести через коридор? Да он спятил. Знаю, в прошлый раз я сама вынудила его, но сделала выводы. Последствия серьёзнее, чем просто неприятные. Магия оставила Фабьена на два дня: это куда дольше, чем было со мной из-за розария. 
— Софья, — взгляд ведьмака потяжелел, — мне плевать на Грааль. Я просто хочу вывести тебя из этого места.
Что сейчас, что тогда в гостинице — смотреть на меня и лгать так искренне. Нести ерунду про улаживание конфликта. Отыскать меня среди всех комнат резиденции. Если не ради чаши, то ради чего? Я вглядывалась в его черты, выискивая малейшие намёки на лукавство, и не находила.
— Прекрасно. То есть дело не в какой-то великой цели или мести. Ты обманул меня просто так?
— Лучше ты сейчас узнаешь какой я и на что способен, чем когда это станет действительно больно. Мы бы только мучили друг друга, — Фабьен схватился за переносицу и нахмурился. — Я бы мучил тебя.
Обалдеть. Просто обалдеть. Я открывала и закрывала рот не в состоянии сформулировать всё то, что кипело внутри. 
— Считаешь, твой варварский метод не чета старому доброму « ты мне нравишься, но я не готов к чему-то серьёзному?».
— Скорее, нагляднее. 
Это самое абсурдное и нелогичное, что мне доводилось слышать. И ведь он абсолютно серьёзен. 
— Значит, это было ничто иное, как попытка показать мне, что ты плохой человек? 
— Не совсем, — он отвёл взгляд в сторону, прохрустел пальцами и выдохнул. — Хорошо, возможно, это была именно она.
— Ты полагаешь, будь у меня перед глазами портрет ангела и твой, то я не разглядела бы никаких отличий, да? 
Не верилось, что мы обсуждали это в то время, как за нами велась погоня. Но, чтобы окончательно развеять недопонимание, произношу:
— В самом деле, Фабьен. Я никогда не, — я запнулась на полуслове. Вспышка жара в области затылка на несколько секунд перенесла меня из спальни в розовых полутонах в душную комнатку с рядами скамеек и алтарём с крестом. Каждое движение бусин сопровождалось ударом моего сердца. Дверная ручка дёрнулась. Казалось, что вместе с этим страх приобрёл материальную форму и теперь пытался пошатнуть моё самообладание. Но кроме испуга я испытывала и другое совершенно иррациональное желание. Оторвав от груди коробку с Граалем я протянула её ведьмаку. — Возьми и выбирайся отсюда.