По следам Грааля (СИ)
— Tut mir leid, ich glaube, ich habe deinen Schal ruiniert*.
Фридрих сжал мою ладонь. В носу защипало и я быстро шмыгнула носом, вспоминая, что сейчас важнее нелепого страха.
— Ничего. Надену его на Хэллоуин. Ну знаешь, буду Кровавой Мэри. Что думаешь?
Ведьмак тихонько засмеялся, но почти сразу зашипел от боли. Лицо Фридриха покрывал пот. Ведьмак балансировал между этим миром и обмороком. Ни мои слёзы, ни ступор Вигвара ему не помогут. Огонь и не думал прекращаться, будто только ждал, когда сможет исполнить погребальный танец. В объятой пожаром хижине всё ещё находились наши вещи. Проклятье! Моя сумка. В ней хранились колода и отвар. Хельга всучила его мне на всякий случай.
— Вигвар!
Ведьма не отреагировал. Он стоял в пару метрах и словно смотрел сквозь нас.
— Тащи сюда свою тушу сейчас же!
Дыхание Фридриха становилось всё тяжелее, лишь убеждая в правильности принятого решения.
Вспомнив первое случайное ругательство на немецком, я попыталась вновь достучаться до Вигвара.
— Ты нужен своему брату, Trottel*!
Оцепенение наконец отпустило ведьмака. С его губ только и успевало слетать нечто, напоминающее ласковое обращение к младшему брату.
— Следи за раной, пока я не вернусь.
Вигвару хватило самообладания, чтобы кивнуть. Теперь оставалось лишь выяснить: хватит ли мне храбрости, чтобы спасти его брата?
◇◇◇◇◇
[1] Отпусти игрушку (нем)
[2]Прости, кажется, я испортил твой шарф (нем.)
[3]Дурак, простофиля (нем)
Глава 24. Фабьен
Несмотря на то, что минутная стрелка не успела добраться до четвертой отметки, казалось, что прошла целая вечность с того момента, как мы покинули Фёдора. Увы, начинающийся шторм также не помогал плыть быстрее. Нас мотало из стороны в сторону, словно мы были муравьями, барахтающимися на жалком листе посреди бесконечного моря.
Рыбак рассыпался в успокаивающих фразах, но ни одна не смогла разгладить глубокие морщины между бровей Милоша. Он не переставал хмуриться, должно быть, прокручивал предсказание Эир в голове. Ведьма увидела Софью, объятую огнём. Однако ни обстоятельств, которые привели к этой ситуации, ни последствий, никакой конкретики она назвать не могла.
Тягостное непонимание и отголоски неприязни к пламени — вот что испытывал каждый в этой лодке. И всё же следовало оставаться спокойным: не терять голову от предположений и не погружаться в себя, как делал это Милош.
Было по-прежнему трудно определить, как много нас разделяло от острова. Белое полотно сгущалось, мешая разглядеть хоть что-либо. Мотор, странно ревущий до сих пор, внезапно замолчал. Как бы усердно не хлопал по нему рыбак, похоже, что тот и не планировал возвращаться к жизни.
Взволнованное восклицание вырывает из раздумий. Милош стоял у края посудины и избавлялся от пуговиц на рубахе. Пришлось за ворот оттащить его как можно дальше. Конечно, сразу после того, как я мысленно отвесил ему несколько оплеух. Куда испарилась вся его рациональность?
— Не время для водных процедур, — прошипел я, возможно, более несдержанно, чем требовалось.
— Не стой на пути, — он отмахивается от меня и вновь направляется к краю борта.
Может, всё же позволить ему прыгнуть? Но вспомнив, как реагирует ведьма, стоит нелестно высказаться в сторону её брата, тяжело вздыхаю. Едва ли она обрадуется, если он утонет.
— Ты, кажется, забыл, что единственный артефактор среди нас?
Милош покосился на рыбака, но даже если бы тот захотел, то ничего не понял. Никакой опасности для дискредитирования ковена. А вот его собственное поведение вполне ставило наше положение под угрозу.
— Без тебя эта лодка не поплывет. Взгляни, — я обвел руками пространство вокруг нас, — ты утонешь быстрее, чем доберёшься до цели.
Ведьмак ответил что-то невразумительное. Но его решимость заметно поубавилась. В наш диалог вмешались. Хельга, посоветовавшись о чём-то с Эир, вклинилась между нами. Кончик её косы мазнул меня по лицу, но раздражение быстро улеглось: слова целительницы подействовали на ведьмака, как песня дудочки на кобру.
— На острове и наши друзья. Но мы не сможем им помочь, если продолжим терять время.
Они буравили друг друга взглядом, и наконец, Милош сдался. Теперь шансы на то, что лодка заведется, значительно выросли.
☁ ☁ ☁
Не припомню, чтобы когда-нибудь было так сложно сделать вдох. Наплевав на все рациональные объяснения, боль ощущалась физически, будто кто-то ударил несколько раз по рёбрам. И ещё один раз, когда стало очевидно, что дым валил со стороны рыбацкой хижины.
Никто не стал дожидаться, пока лодка подберётся к самой кромке, и рыбак привяжет судно. Вода достигала колен, а ведьмам и вовсе доходила до пояса, но каждый упрямо и с не малой долей отчаяния спешил вперёд.
Завидев нас, Стэнли громко завопил и замахал руками:
—Сюда-а! Скорее!
Не различая ничего и никого перед собой, Милош свирепым зверем достиг разрушенной постройки. Посреди пепелища, на песке, беспомощной горсткой рассыпались трое: Вигвар, бледный, как мел; его брат, не подающий признаки жизни; и ведьма — в обгоревшей одежде, с тёмными пятнами на лице.
Ничего не говоря, Хельга принялась за дело. Я же оставался на месте, цепляясь за детали в попытке восстановить произошедшее и отогнать от себя непрошенное ноющее чувство. Милош сгрёб ведьму в охапку: не колеблясь и не торгуясь с собственной совестью.
— Ты чумазая, — хрипло проскрежетал ведьмак, не успев до конца справиться с волнением.
— А ты мокрый, как лягушка, но я всё еще обнимаю тебя.
Софья огрызнулась по-доброму. Я видел её тёплую улыбку, которую она спрятала от всех на груди брата. Она не возражала, что её сжимали, словно плюшевого медведя. Помнится, в детстве мне хотелось получить эту игрушку от мамы.
Бесшумной тенью Стэнли подобрался ко мне и шепнул на ухо кодовое слово. Мы всегда использовали его, когда один из нас узнавал нечто весомое. Ещё раз оценив ситуацию с ранением Фридриха, я последовал за айтишником, чувствуя на спине тяжёлый взгляд.
☁ ☁ ☁
Ноги вязли в песке: мне нравилось наблюдать, как песчинки приходили в движение от любого соприкосновения. Это подначивало вымерять шаг, быть осторожным.
— Так вот, моё Шато де ля Гардин[1], после того, как я отправил вам сигнал, последовал за этими ребятками. У одного из них был пистолет.
Как всегда рассказ Стэнли был насыщен эмоциями и красками, но в то же время ведьмак метко и без воды проходился по основным моментам.
— Он наставлял его на Софью, но, завидев нас, перетрусил. А потом взрыв. Паника. Ранение.
Понимаю, что не в силах сделать и шагу. От попыток совладать с эмоциями, мышцы на лице свело судорогой.
— Она испугалась?
— Испугалась?! — нарочито удивлённо переспросил ведьмак. — Да я думал, что она убьёт одного из них. Вцепилась в громилу, точно разъярённая кошка.
Стало легче. Странные реакции тела беспокоили, но всерьез размышлять об этом не было ни времени, ни желания. Сведя разговор к обсуждению плана, я успокоился окончательно.
☁ ☁ ☁
Внутри царила темнота. Спальня с двумя железными койками и стеллажом во всю стену не хранила какие-либо следы недавнего человеческого присутствия. Когда глаза привыкли к мраку, некая обветшалость всего вокруг стала очевидной. Фотография в рамке, пожалуй, была единственным не вписывающимся предметом. На ней белокурый ребёнок поедал сладкую вату, не забывая крепко держаться за изящную ладонь матери.
Хмыкаю и осторожно покидаю комнату. Блики света проглядывали сквозь узкую полосу, отделяющую дверь и пол. Хозяин дома и его гости укрылись на кухне, словно напуганные тараканы.
Искажённые гримасы на лицах всех троих мгновенно улучшили настроение. Шокировать их необычным появлением лишь первый шаг. Подождав, когда голос к ним вернётся, я сел напротив блондина и бросил короткое: «Входи».
Уже знакомый им ведьмак со словарём в руках подействовал на подростков, словно раскалённая кочерга, приставленная к коже. Стэнли остановился за их спинами, отрезая пути к отступлению. Что ж, пора приступать к основной части представления.