По следам Грааля (СИ)

— Не по этой ли причине от тебя сбежал муженёк, Аннушка? 
Взгляд ведьмы потемнел. Она разжала руку, и я спокойно опрокинул содержимое стакана в себя. 
—Даже не думай забираться в мою постель пьяным.
Она уходила с величием королевы, а я не смог удержаться от поддразнивания и крикнул ей вслед:
—Нашу! 
Весь оставшийся вечер я провел в компании виски, бармена и местных баек. Вопреки ожиданиям о секретности, про Грааль знали все. Разумеется только ту информацию, которой позволили просочиться. Так например, Жан уверял, что катары укрывали в стенах Монсегюр святую Чашу, с каплей крови Иисуса. В день, когда неверные по собственному желанию взошли на костёр, одному из них удалось скрыться и унести Грааль с собой. 
У меня было совсем иное мнение. Возможно, Альсиния и хотела, чтобы всё случилось именно так, и Грааль покинул крепость. Но последняя обрывистая запись намекала на обратное. 
Поднявшись, я бросил несколько купюр на стойку и дружески похлопал Жана по плечу. Хороший бармен автоматически приравнивался к хорошему приятелю. 
В отведенной нам комнате не горел свет. Ведьма не позволила ни одному огоньку облегчить мне задачу. Пришлось добираться вслепую, собирая все острые углы и уступы. 
Устав бороться с пряжкой, я плюнул на всё: стянул рубаху и рухнул на кровать. Старый матрас жалобно заскрипел. Я не боялся разбудить ведьму, прекрасно зная, что она дожидалась меня всё это время. Анна сильнее закуталась в плед, не оставив и сантиметра ткани. 
— Аннушка, — тихо позвал я. Но как и ожидалось, мне не ответили. 
Длинные волосы слишком заманчиво рассыпались по напряжённой спине. Пьяно улыбаюсь и тянусь к закрученным прядкам. Не выдержав, ведьма оборачивается. Теперь мы лежали в одинаковых позах: заложив одну руку под голову и смотря друг на друга. И сейчас темнота не мешала чувствовать на себе ясный острый взгляд.
— Обиделась? 
— Если помнить всё, за что на тебя следует обидеться, то я давно бы сошла с ума. 
Я и сам не знал, зачем так часто упоминал её мужа. Возможно, подобным образом пытался доказать, каким никчёмным он был. Или какой глупой когда-то была она. Возможно, хотел убедиться, что он остался для неё в прошлом. Убедить в этом и себя. 
Скользнув свободной рукой под плед, я на ощупь нашёл её запястье и дёрнул ведьму на себя. Её дыхание обожгло губы. Ведьма уперлась ладонями в мою грудную клетку. Должно быть, она хорошо чувствовала, как взволнованно билось сердце в ответ на тяжесть её тела, её касаний.
Пробежавшись пальцами по лопаткам, я с довольным урчанием схватил волосы ведьмы и заставил её запрокинуть голову. 
— Ты превращаешь меня в раба, знаешь? 
Её губы дрогнули в призрачном мираже улыбки. 
— Пьяные рабы не в моём вкусе. 
Ничего не оставалось кроме как смириться с поражением. На пол меня не выгнали, но дали понять, что на её половину кровати путь заказан. 
☁ ☁ ☁
Голова раскалывалась от количества выпитого и отвратительных звуков. Словно кто-то притащил в комнату птицу и заставил её рвать глотку над моим ухом. Лишь спустя несколько минут я понял: мне не казалось. В комнате действительно кто-то кукарекал.
Анна сидела у окна и распивала чай. Вчерашние отблески легкомысленности исчезли вместе с распущенными волосами. Строгая причёска, строгое выражение лица, с которым она просматривала местную газету не удивляли. А вот будильник в виде улыбающегося петуха заставил глаз дёргаться. 
— Проснулся?
— А у меня был выбор? — хотелось промыть рот с мылом и вывернуть желудок. 
— Раз проснулся, то можно и поговорить.
Мир резко перестал вращаться. Что-то в её интонации настораживало. Скосив взгляд сторону, я застонал, сетуя на собственную оплошность. В её руках оказался дневник Альсинии. К счастью, закрытый. Хорошо хоть ключ додумался спрятать. 
— Ты сказал, что Мария показала несколько записок. Отдал мне крошечный обрывок. А сам всё время носил с собой этот дневник. 
«И о чём тут говорить», — хотел было бросить я, но сказал другое.
— С чего ты взяла, что он не мой? 
 
— Не лги, Фёдор. 
— Разве я когда-нибудь лгу?
Она смерила меня подозрительным взглядом.
— Всегда, кроме тех моментов, когда мы в постели. 
Это против правил, так хорошо меня знать. Я закрыл ладонью лицо и убрал, когда кровать прогнулась под весом ведьмы. Анна оседлала меня так заманчиво, что похмелье чуть отступило. 
Пожалуй, мне повезло, что я давно знаком с Анной. Одним из минусов магии словесников является возможность адаптироваться. Нельзя полностью игнорировать приказы, но можно научиться их обходить. Например искажать правду, которую от тебя пытаются выяснить. 
Но увы, в этот раз она избрала иной способ вытягивания информации. 
☁ ☁ ☁
Ведьма не стала комментировать предположения о том, что отражатель стал последним державшим чашу в руках. Не потому что не хотела — решила поберечь мои чувства. А вот часть про лишение ведунов силы её насторожила. И дело вовсе не в инквизиторах. Вернее, не только в них. За последние несколько лет численность ведунов сократилась. Большая часть ковенов Европы уже ассимилировалась с чешским. Однако Грааль мог бы изменить положение весов. Стать рычагом давления в умелых руках.Как глава ковена, Анна хорошо это понимала. 
Ведьма приложит все усилия, чтобы её заполучить, но даже в случае успеха не расскажет остальным. Куда больше влияния она ценила безопасность. Истинные свойства Грааля привлекли бы внимание ведунов и инквизиторов, ставя под угрозу её людей. Она продолжила бы прибывать в страхе, вечно зависеть от обстоятельств и избегать неприятностей. Я же мечтал раз и навсегда освободиться от этого. Стать хозяином жизни, а не дополнением к ней.
☁ ☁ ☁
Нынешнее состояние Монсегюр, наверняка, мало чем походило на то, что было здесь во времена катар. Перед нами развернулись руины некогда неподсудного сооружения, в котором целый год ведьмы и безбожники сражались за собственные жизни. И хоть местные власти реконструировали крепость, в его стенах всё еще пахло кровью, а в коридорах шорохи напоминали стоны и крики. Вместе с другими туристами мы перемещались из зала в зал. С каждым шагом всё сильнее хотелось приложиться к фляжке, но Анна без слов пояснила, что последует за этим.
В одной из комнат я отделился от остальных.Здесь оказалось не так много отражающих поверхностей. Пять дверей в зеркальном коридоре — ни за одной из них чаши не было. Я обшарил все уголки, даже самые непримечательные, но ничего. Гнев от неоправданных ожиданий затуманил разум. Это сейчас, прокручивая в голове воспоминания, я мог распознать едва заметный отблеск в темноте, но тогда желчь и желание выплеснуть её на кого-нибудь (а ещё лучше запить) погнали меня к ведьме. 
Я нашёл Анну возле полуразваленной лестницы в компании инквизитора. Даже с расстояния его розарий распространял удушающую энергию.
— Пакт ведь не запрещает туризм? — спрашивает Анна без единого намёка на волнение. 
— Разумеется нет.
Я расслабился, в голосе инквизитора не слышалась угроза. И среди этих ребят бывали адекватные. Он ненавязчиво расспросил Анну о деталях нашей поездки. И хоть это не было допросом, моё нахождение его явно заинтересовало. Больше выжидать не стоило. 
Увидев меня инквизитор ещё раз задал схожие вопросы, пожелал приятной экскурсии и ушёл.
— Нашёл? 
Я отрицательно покачал головой. Анна поправила ворот на платье и меланхолично заявила: 
— Нас запомнили и будут следить некоторое время.
— Проклятые ищейки, — я даже не думал скрывать раздражение.
— Мы попробуем ещё, но позже. Пока надо сделать так, чтобы Мария не болтала. 
Её «ещё, но позже» означало «никогда». Она хотела оберегать тайну Грааля, чтобы его не обнаружили другие, но не искать самой. 
☁ ☁ ☁
Три. Столько раз я возвращался в Монсегюр за Граалем. Но каждый раз, когда казалось, что чаша вот-вот окажется у меня, кто-то словно нарочно заметал все следы. Анна смотрела на мои попытки сквозь пальцы. Хоть ей не нравилась моя одержимость, она всё ещё лелеяла мечты спрятать артефакт от посторонних глаз.