Сопротивленец (СИ)

Окрыленные обещанием, главы младших семей Селдейя в свою очередь поклялись сделать все, чтобы оправлять мои ожидания и стать надежной опорой Ульго в предстоящем возвращении в круг верховных Домов. Намек недвусмысленный, который я понял даже без подсказки шепчущей на ухо Илонии, возбужденно засверкавшей глазками.
Угу, мне тоже понравилась мысль заиметь в вассалах Дом с неплохим военным потенциалом. На бо́льшее Селдейя после выходки Чева рассчитывать не могут, а нашему клану такая подмога и прикрытие будут ох как кстати. Еще и символично выйдет. Дом, свергнувший Палача, присягает на верность его сыну, ратующему за благополучие Альдераана. Прекрасный заголовок для будущих новостных сводок, где Ульго официально объявят о моем возвращении в семью.
Илония согласилась со мной, добавив, что Селдейя в вассалах Ульго сильно упрочат мое положение в очереди на наследование титула Главы верховного Дома. Ведь присягать они будут конкретно моей семье, а не всем Ульго. Практика стандартная, испытанная множество раз за всю историю Альдераана и не раз доказавшая свою эффективность. Схожим образом своего положения добился Глава Дома Органа. Здесь, я уже, правда, ее не слушал, заткнув губы раскрасневшийся девушки долгим благодарным поцелуем.
Переговоры прошли более чем успешно для нас, и сулили немалую пользу в будущем. Как нашей семье, так и клану в целом. За который можно будет взяться сразу после улаживания дел на Корусанте и выплаты ученического долга мастеру Нак Зиилу.
Илония не имела ничего против такого изъявления благодарности. Ее руки обвили мою шею, а потом недвусмысленно поползли ниже. От дальнейшего разврата нас удержала легкая вибрация, прошедшаяся по всему каркасу звездолета и испуганный женский голос, раздавшийся из динамиков внутренней связи:
– Где я?! Не могу дышать, помогите… помо… Да так, намного лучше. Спасибо, Фрис, я чуть с ума не сошла. Страшно было до одури. Что? Меня слышно по всему кораблю? Ой. Сейчас…
Илония очумело распахнула глазки и вопросительно уставилась на меня, улыбающегося и не спускающего руки с ее талии. Рождение новой формы жизни отозвалось в Силе едва заметным всплеском, тогда как ментощупы передали ощущения, сравнимые со вспышкой сверхновой. Мне даже пришлось прикрыть глаза, чтобы не ослепнуть от того буйства красок, который испытывала ИР корабля, пробудившаяся ото сна из зерна Гри.
– Джун проснулась.
Идти никуда не пришлось. Спустя какое-то время Фрис и Джун сами вышли к нам. В прямом смысле. Мой брат в уже привычной квардионной форме худощавого-я. А Джун выбрала облик миловидной девушки примерно нашего возраста. Причем взяла для него все самое лучшее от всей женской половины экипажа «Везунчика», создав идеальный собирательный образ из подростковой стройности Ланы, внушительных форм Илонии и по-взрослому утонченных черт лица Кары с ее же стрижкой-каре. Что еще сказать? Впечатляет. По итогу получилась довольно привлекательная милашка, каждым своим движением притягивающая взгляды окружающих.
Единственное отличие Джун от того же Фриса, с довольством взирающего на наши с Илой отвисшие челюсти, было в отсутствии квардионного ядра. У моего брата оное располагалось в груди и формировало структуру всего образа человека, тогда как Джун походила на объемную голограмму. Разве что куда более четко визуализированную и, вне сомнений, способную взаимодействовать с реальным миром на физическом уровне. Что ИР и продемонстрировала, взяв руки бокал с изумрудным тониреем, оставшийся на столе переговоров после ухода представителей Селдейя.
– Как странно, – томно вздохнула Джун, вертя в пальчиках тонкую хрустальную ножку бокала. Ее внимание приковал блеск стеклянных граней бокала, когда как мы трое наблюдали за ней, затаив дыхание. – Стекло гладкое и холодное. И так красиво блестит. А вкус…
Джун пригубила альдераанское вино и закатила глаза в сладкой истоме, отчего и без того маслянистый взгляд Фриса окончательно поплыл. Держись, друже! Понимаю, разделяю, сочувствую. У самого схожие проблемы, но надо не забывать, что Джун всего пара минут от роду, какой бы облик она не имела. Все равно, что на эмбрион слюни пускать.
 
Приведенный в себя этой мыслью и острым кулачком Илонии, в отсутствие Ланы взявшей на себя обязанности по ревнивому сопению носиком, я с любопытством спросил:
– Какой?
– Не знаю, – пожала плечиками Джун, мило улыбнувшись, чем вызывала у нас с Фрисом ответные улыбки. Вместе с утробным горловым урчанием Илонии. – Не с чем сравнить. Но мне нравится! Хочу еще.
Джун залпом осушила бокал, чье содержимое буквально истаивало, едва касаясь ее губ. Раз, и нет ничего. Никаких спецэффектов навроде льющегося по незримому пищеводу водопада, вызывающего у неподготовленного зрителя рвотный рефлекс. И хорошо! Фрис пару раз провернул нечто подобное, отхватив от меня неслабых таких лещей. И это при том, что заранее объяснил о расщеплении всей посторонней материи, попадающей внутрь кварда, на чистую энергию. Но надо же предупреждать о визуальных эффектах, шутник хаттов!
Застенчиво потупившись, Джун протянула пустую посуду Фрису, взявшего ту вялыми пальцами совершенно деморализованного бойца. Все, один готов. Второй держится, но шаловливые ручки сами тянутся за белым флагом.
Сморгнув наваждение, я торопливо прогнал Силу по организму и, отобрав у Фриса бокал, погрозил Джун пальцем.
– Больше никакого алкоголя до совершеннолетия. Хм. Фрис, когда там у Гри совершеннолетними становятся?
– В сто лет.
– Во. Пойдем лучше тебе чайку заварим. С конфетками. Будешь?
– Да!!
– Ну и славно. Ила, будь паинькой: позови всех наших. Мы с Джун празднуем ее первый День Рождения.
Илония нехотя исполнила просьбу, хотя было видно: оставлять ее наедине с ожившим бортовым мозгом звездолета не хотела. Тем более, когда тот имел ничуть не менее соблазнительные формы, чем у нее самой. Но я надавил авторитетом, и девушка подчинилась, припустив так, что только пятни засверкали. Торопилась вернуться с подмогой, пока квардионная соперница не захапала в свои сети единственного мужика на корабле. Квардионного Фриса Илония в расчет не брала, с ним каши не сваришь и детей не сделаешь.
Оставшись втроем, я помрачнел и уже куда более тяжелым взглядом смерил мигом Джун, переставшую изображать наивную простушку. Даже ее взгляд изменился. Стал более серьезным и внимательным.
– Ну и к чему был этот цирк? Они же мне теперь весь мозг вынесут.
– Фрис сказал, что будет весело. Нет?
– Ах, Фрис…
– Брат, я же не специально! Только пошутить хотел. Ай, только не по голове! Джун, спаса-а-ай, бью-ю-ют!!!
Но та только смеялась, глядя на нас, устроивших игру в догонялки и хаос в отдельной взятой переговорной на первой палубе. Облик бортовой ИР сменился, став куда более невзрачным. Теперь за нашей шутливой борьбой наблюдала невысокая девушка самой обычной непримечательной внешности. В форме республиканского агента СИС, с короткой почти мужской стрижкой и крепко развитой мускулатурой, из-за минимального присутствия груди делавшей ее похожей на нескладного парня чуть постарше меня. Только лицо не давало ошибиться. Довольно приятное и с чертами, слишком плавными для мужчины.
– Воинственно выглядишь, – сказал я Джун, успев наградить Фриса последним пинком перед тем, как тот позорно покинул поле боя, скрывшись за задраенными дверьми рубки. – Это она?
– Да. Агент СИС, о котором я говорила раньше. Я взяла ее имя в память о ней. А теперь сгенерировала внешность на основе остаточных данных в базах данных. Пусть хоть так, но Джун будет жить.
– Она много значила для тебя.
Джун молча кивнула и присела на самый краешек одного из стульев, повесив голову и обхватив себя руками. Я подошел ближе и утешающе положил руку ей на плечо, привычно перетерпев покалывание на нервных окончаниях кожи при взаимодействии с квардионной формой. Оно быстро прошло и взамен принесло ощущение шершавой поверхности униформы СИС. Тактильные возможности кварда распространяются в обе стороны, позволяя изучать мир не только ему, но и наоборот.