Месть. Идеальный сценарий (СИ)
Следующей остановкой стал огромный торговый центр на дальней окраине города — место, где можно легко затеряться среди тысяч покупателей. В просторном магазине электроники я приобрела самую простую модель кнопочного телефона без доступа в интернет и недорогой, но функциональный ноутбук средней ценовой категории. Специально выбрала кассу, где работала молоденькая продавщица, которая вряд ли запомнит мое лицо среди сотен ежедневных покупателей. Расплатилась исключительно наличными, стараясь не поднимать глаз на многочисленные камеры видеонаблюдения. Теперь у меня появилась собственная, абсолютно чистая линия связи с внешним миром.
Вернувшись в свою тихую квартиру, я приступила к выполнению самой деликатной и психологически сложной части плана Волкова. Предстояло в совершенстве сыграть роль сломленной, готовой на любые уступки жертвы. Я нашла в записной книжке номер нашего семейного адвоката Юрия Семеновича Краснова — пожилого, опытного юриста, который вел дела нашей семьи на протяжении более чем двадцати лет. Набрала его со своего старого, «грязного» телефона, который наверняка прослушивался.
— Юрий Семенович, здравствуйте, это Кира, — произнесла я дрожащим от волнения голосом, стараясь звучать максимально слабо и надломленно.
— Кирочка, дорогая! — его голос мгновенно наполнился показной заботой и участием. — Наконец-то ты решилась позвонить! Я уже места себе не нахожу от беспокойства, Слава мне все подробно рассказал. Какой ужас, какой невообразимый кошмар случился с нашей семьей!
— Я… я совершенно не знаю, что мне теперь делать, — прошептала я в трубку, мастерски изображая подступающие рыдания и полную растерянность.
— Ну что ты, успокойся, девочка моя, не нужно так расстраиваться, — заворковал он покровительственным тоном. — Самое главное сейчас — не наделать непоправимых глупостей под влиянием эмоций. Слава, при всем том, что случилось, остается порядочным человеком, он искренне не хочет публичного скандала. Поверь мне как старому другу твоей семьи — его предложение урегулировать все мирным путем действительно очень щедрое и справедливое. Судебные разбирательства — это всегда грязь, позор, бесконечные сплетни в прессе… Ты же умная девочка, ты понимаешь, что этого нельзя допустить?
Каждое произнесенное им слово служило безоговорочным подтверждением правоты Волкова. Краснов уже давно и окончательно перешел на сторону Вячеслава. Он больше не был моим адвокатом и защитником. Он стал их адвокатом, проводником их интересов.
— Я… я думаю, что готова встретиться с адвокатами Славы, — произнесла я, добавив в голос убедительные всхлипы. — Передайте им, пожалуйста. Пусть назначают удобное для них время.
— Вот и умница, Кирочка, вот и молодец! — искренне обрадовался он моему решению. — Я всегда знал, что ты благоразумная, рассудительная девочка! Сейчас же все организую и улажу. Главное — держись и не падай духом!
Я медленно положила трубку, и меня буквально замутило от всепоглощающего омерзения. Только что я разговаривала с человеком, который долгие годы ел хлеб за нашим семейным столом, который называл моего покойного отца лучшим другом, и который теперь с такой поразительной легкостью предал и продал меня.
Остаток дня прошел в томительном ожидании. Я пыталась читать, смотреть телевизор, заниматься какими-то домашними делами, но мысли постоянно возвращались к утренней встрече с Волковым и к тому, какие новости он может принести. Каждый звук в подъезде заставлял меня вздрагивать, каждый телефонный звонок — замирать от напряжения.
Вечером, точно в назначенное время, зазвонил мой новый, чистый телефон. На дисплее высветился незнакомый номер.
— Да, говорите, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально, как научил меня Волков.
— Это я, — раздался в трубке его неизменно спокойный, уверенный голос. — У меня есть новости для вас. И весьма обнадеживающие. Первое — экспертиза того порошка займет еще пару дней для получения окончательных результатов, но предварительные данные уже готовы. Это мощный синтетический препарат последнего поколения. Комбинация снотворного с выраженным эффектом ретроградной амнезии. Настоящая классика жанра для подобных операций.
Я затаила дыхание, ожидая продолжения.
— Второе, и это самое интересное, — продолжил он с едва заметными нотками удовлетворения в голосе. — Ваш «любовник» из той постановки. Его зовут Антон Сергеевич Зайцев, тридцать два года. Актер третьесортных телесериалов и периферийных театральных постановок. Вчера, ровно через день после вашего «романтического свидания», на его банковский счет поступила весьма солидная сумма — сто тысяч рублей. Банковский перевод был осуществлен от некоей коммерческой фирмы под названием «Орион-Трейд». Данная организация была зарегистрирована в налоговых органах ровно две недели назад на подставное физическое лицо.
Я слушала, и мое сердце начинало биться все быстрее и быстрее. Это было именно то, что нам было нужно. Реальное, осязаемое, неопровержимое доказательство преступного сговора.
— И что это означает на практике? — спросила я, хотя в глубине души уже понимала ответ.
— Это означает, что ваш уважаемый супруг — круглый идиот в вопросах конспирации, — ответил Волков с легкой ноткой профессионального юмора. — Он совершил классическую ошибку дилетанта и решил сэкономить на исполнителях, наняв откровенных любителей. Настоящие профессионалы никогда и ни при каких обстоятельствах не стали бы переводить гонорар со счета фирмы-однодневки, оставляя столь очевидные следы. Они работают исключительно с наличными средствами и никогда не связывают себя бумажными нитями.
Он сделал небольшую многозначительную паузу, давая мне время переварить полученную информацию.
— И еще одна важная деталь, — продолжил он. — Те самые свидетели, которые якобы слышали вашу бурную семейную ссору на корпоративе. Я тщательно проверил всех троих. У первого — долгосрочная ипотека в том самом банке, контрольный пакет акций которого принадлежит финансовой структуре вашего мужа. У второго — единственная дочь учится в престижном британском университете, и все обучение полностью оплачивает благотворительный фонд, председателем попечительского совета которого является Элеонора. Третий — это вообще просто двоюродный брат начальника службы безопасности вашей компании. Как видите, абсолютно все ниточки ведут к одним и тем же рукам.
Я молчала, переваривая услышанное. Воздух в небольшой комнате вдруг стал каким-то разреженным, трудным для дыхания. Я почти физически ощущала, как мощные стены, которые так тщательно и методично выстраивал вокруг меня Вячеслав, начинают покрываться первыми заметными трещинами.
— И что нам делать дальше? — спросила я, стараясь справиться с нарастающим волнением.
— А дальше мы продолжаем терпеливо тянуть время и планомерно собирать дополнительные доказательства, — ответил он с профессиональной уверенностью. — Пусть адвокаты вашего мужа назначают встречи и переговоры. Соглашайтесь на все, но постоянно переносите, ссылайтесь на плохое самочувствие, придумывайте болезни. Ваша главная задача на данном этапе — казаться максимально слабой, растерянной и морально готовой к полной капитуляции. А моя задача — собрать достаточное количество неопровержимого материала, чтобы в нужный момент нанести сокрушительный ответный удар. И ударить так, чтобы они уже никогда больше не смогли подняться. Я обязательно свяжусь с вами завтра вечером.
Связь прервалась.
Я медленно подошла к большому окну и долго смотрела на раскинувшийся внизу ночной город с его мириадами мерцающих огней. Он больше не казался мне враждебным полем предстоящей битвы. Теперь весь этот мегаполис представлялся мне огромной шахматной доской. И я только что сделала свой самый первый, но очень важный ход в этой сложной, многоходовой партии.
Глава 7
Дни превратились в тягучую, вязкую паутину ожидания. Они налипали друг на друга, образуя бесформенную, серую массу времени, лишенную событий, эмоций и смысла. Я стала призраком в собственной квартире, бесплотной тенью, скользящей по комнатам, которые когда-то были наполнены смехом, планами и жизнью. Теперь они были наполнены лишь гулкой, звенящей тишиной и запахом пыли. Моя изоляция была абсолютной, почти герметичной. Затворничество, изначально бывшее тактическим ходом, превратилось в мою реальность, в кокон, который я сама же вокруг себя и соткала.