Демон на Миилион (ЛП)

«Спасибо вечно любимым лей-линиям, что у меня есть машина», - подумала я. Пятнистая тень была приятной, когда я ехала по тихой жилой улице Низин с багажником, полным моих вещей, и несчастной кошкой. Впереди Стеф смотрела в окно, погруженная в молчаливые раздумья. Между нами стоял пакет с бутербродами и поднос с двумя остывающими стаканами с кофе. В машине было полно народу, тепло и пахло кофе, и я не знала, как бы я справилась без этого. То есть без машины, хотя поездка без кофе посадила бы меня на безостановочный веселый поезд до Отстойного Города.
Дженкс рассыпал довольную золотую пыльцу, когда дремал на зеркале заднего вида, пропустив свой обычный четырехчасовой сон около полудня. Что отправило мои мысли к Тренту и девочкам, спящим по дороге в Сиэтл. Его не было еще и дня, а я уже скучала по его спокойному, уверенному присутствию… хотя, если бы он был рядом, я, вероятно, все еще была бы у Пискари с адвокатом Трента, споря о юридических лазейках, а не по дороге в церковь, чтобы собраться и пообедать. Спор не изменит ситуацию. Не тогда, когда Констанс владела ОВ.
Воспоминание о черных глазах Пайка, дразнящем гневе, когда он уходил, послало по мне укол вины, отравленный желанием, и я крепче сжала руль. Было такое чувство, будто я каким-то образом изменила Тренту, хотя это стопроцентные вампирские феромоны зажгли меня. Может быть, это было потому, что я отчасти наслаждалась эротической опасностью, которую он представлял в некотором роде. Прошло много времени с тех пор, как я дразнила живого вампира, а Пайк умел держать свои инстинкты в узде, что делало его легкой мишенью и забавой для игр.
Улыбка тронула мои губы, и я шикнула на Рекс, рычащую на Бутса. Я все еще думала о нем, когда свернула на свою старую улицу, и мои плечи поникли. Это было похоже на возвращение домой, но в конце концов и на новое место тоже. Я уже переезжала раньше.
Но никогда из того места, где я так сильно изменилась, не став тем, кто мне действительно нравится, подумала я, замедляя шаг, чтобы оценить перемены на улице.
- Я сожалею об этом, - сказала Стеф, явно неправильно истолковав мой тихий вздох.
- Эй, я должна извиниться перед тобой, - сказала я, и Дженкс пошевелился, потягиваясь, его крылья вздрогнули и подняли пыльцу. - Я предлагаю тебе место для ночлега, которое исчезает, а потом ты угощаешь меня обедом?
- Это меньшее, что я могла сделать, - сказала она, борясь с Бутсом. - Это хорошая улица.
Я кивнула, вспомнив, как меня тащили по ней по льду и снегу, в ужасе, когда Ал попытался похитить меня. Опасность была реальной, что делало демона, который теперь был моим, по общему признанию, тайным другом, еще лучше.
Моя улыбка стала нежной, когда я посмотрела на колокольню и вспомнила, как каждый Хэллоуин звонили в колокол для детей. Я буду скучать по тому, как они будут выпрашивать конфеты и помидоры на крыльце нашего дома. Но потом моя улыбка исчезла. Я нашла Айви, изнасилованную в крови, на тех же самых ступеньках.
Я опустила руку, чтобы обхватить Биса, лежащего на коленях. Какого черта я здесь делаю?
Одной рукой я въехала под навес и нажала на тормоз в нескольких дюймах от того, чтобы протаранить его конец. Тренируюсь... Мой щит и меч.
- Вот мы и приехали, - сказала я, и Стеф отстегнула ремень безопасности. - Входная дверь, вероятно, открыта. Дженкс, ты хочешь, чтобы я забрала твои запасы еды? Холодильник подрядчиков все еще был там, когда я проверяла в последний раз. - Рабочая бригада также оставила свой покрытый пятнами краски и запыленный бумбокс и кассету с лучшими хитами Джонни Кэша. Оборотни...
- Спасибо, конечно, - сказал Дженкс, удивив меня, но от странного осознания у меня заболел живот. Констанс, внесшая меня в черный список, объяснила, почему даже Дэвид не смог убедить их вернуться. Их прогнали не шесть пентаграмм на бильярдном столе. Это была Констанс.
- Привет, Стеф. Ты думаешь, Бутс и Рекс могли бы использовать одну и ту же коробку? - спросил Дженкс, поднимаясь. - Или мы могли бы поставить кошачью дверь на задний двор. Рекс - уличный кот, - добавил он с гордостью.
 
Кошачья дверь казалась довольно постоянной в течение двух недель, но я не была четырех дюймов ростом, и у меня были проблемы с ручками.
- Бутс – домашний кот, - сказала Стеф, выходя, затем заколебалась, наклонившись, чтобы оглянуться на меня, видя, что я еще не сделала ни единого движения, чтобы выйти.
- Я сейчас, - сказала я, махнув им рукой. - Хочу выпустить Рекс. И мне, наверное, следует написать Эддену, чтобы он привез сюда твои вещи, а не к Пискари. Дженкс может показать тебе тут все. - Или то, что от него осталось, кисло подумала я. - Я принесу бутерброды. У тебя руки заняты.
Выражение лица Стеф сменилось облегчением.
- Спасибо. - Разговаривая по-детски с Бутсом, она направилась с Дженксом к крыльцу, ее больничные туфли на мягкой подошве бесшумно ступали по тенистому, потрескавшемуся тротуару. Я наблюдала за ними, радуясь, что подношения еды и цветов, которые когда-то украшали нашу дверь, ослабли. Там была всего лишь горстка увядших, собранных вручную ромашек, и я не была здесь уже неделю. Хвост Бутса подергивался. Он явно устал от того, что его удерживали. Стеф держала его на руках большую часть часа. Она была хорошей кошачьей мамой.
- Кстати, об этом, - сказала я, осторожно перекладывая Биса на освободившееся переднее сиденье. Его хвост снова обвился вокруг моего запястья, и у меня перехватило дыхание от боли в сердце, когда я распутала его. - Привет, Рекс, - сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал легко и непринужденно, когда я вышла, чтобы открыть заднюю дверь и притянуть кота поближе.
Оранжевый полосатый кот выпрыгнул, как только я открыла переноску, насторожив уши, когда обнюхивал кончики моих пальцев и ориентируясь. Высоко задрав хвост, котяра неторопливо направился на задний двор, легко запрыгнув на верх забора, где уставился на меня и стал чистить уши.
- Мой хороший мальчик, - сказала я, смирившись с той малой любовью, которую я когда-либо получала от кота. Прислонившись к машине, я вдохнула прохладную сырость и закрыла глаза, позволяя покою впитаться в себя. Они распахнулись при почти ультразвуке. Рекс исчез, вероятно, терроризируя какого-то пикси, поселившегося в саду Дженкса.
Я потянулась за телефоном и большой сумкой через плечо, бросив туда вещи Дженкса и пакет с едой на вынос. Одной рукой я быстро отправила сообщение Эддену, чтобы он привез вещи Стеф в церковь.
- Почему? - он сразу же написал ответное сообщение.
Радость от того, что я снова разговариваю с Эдденом, испарилась. Я нахмурилась, начала писать сообщение, затем стерла его. Я скажу ему, когда он приедет сюда.
- Возвращение в церковь - это не неудача. Это временно, - сказала я, засовывая телефон в задний карман и осторожно поднимая Биса на руки. Беря поднос с кофе в другую руку и с тяжелой сумкой на плече, заставляющей меня смешно ходить, я направилась к парадной дорожке.
Я не могла не сравнить церковь с другими объектами недвижимости, которые мы рассматривали. У нее была отличная ночная уличная парковка вместе с крытым навесом для машины. Стоянка уходила вглубь, давая массу места, и тянулась до самой соседней улицы. Большие деревья давали много тени, и автобус проезжал прямо мимо дальнего конца кладбища.
- Двор - много работы, - прошептала я, глядя на прошлогодние листья, все еще лежащие на цветочных клумбах. Не говоря уже о том, что входная дверь запиралась только изнутри. Но после того, как я увидела на витрине магазина амулеты с истекшим сроком годности, я решила добавить сюда несколько своих.
Я изо всех сил старалась не пролить кофе, когда наклонилась, чтобы собрать увядшие маргаритки. Табличка над дверью со всеми нашими именами была горько-сладкой. Однажды в день зимнего солнцестояния я заплатила парню триста баксов, чтобы он повесил ее и лампочку над дверью, чтобы все могли видеть, что мы здесь, днем или ночью.
Я толкнула дверь ногой, закрыв ее пинком, прежде чем Бутс, прятавшийся под бильярдным столом, смог даже подумать о том, чтобы выбежать. Дженкс и Стеф были в одной из спален, их голоса были слишком тихими, чтобы расслышать слова.