Сущность

– Уже нет. Он – самое сильное существо на земле.
Позже вечером доктор Кули прочла дневник. Предчувствия Карлотты соответствовали классическим симптомам сверхчувственного предвидения.
Той ночью никто не спал.
Затем, утром 24 мая, незадолго до восхода солнца, Механ услышал тихий писк. Он открыл один глаз. На мониторе мягко вспыхнул красный огонек. Быстро проснувшись, Механ подошел к экрану, нажал на кнопку и увидел только пустую спальню.
– Пожалуйста, – услышал он тонкий, прерываемый помехами голос Карлотты, – помогите мне… мистер Крафт… мистер Механ…
Механ быстро пересек коридор, натягивая лабораторный халат поверх пижамы. Постучал. Ответа не последовало. Он услышал, как где-то внутри сдавленно всхлипывает Карлотта. Достал из кармана ключ и толкнул дверь.
В спальне никого не было. Гостиная была пуста. Механ повернулся и быстро прошел на кухню. Было холодно. Карлотты там не было.
– Мистер Крафт, мистер Механ, – послышался ее жалобный голос.
Механ постучался в ванную.
– Это я, Джо Механ. С вами все в порядке?
Он приоткрыл дверь. Карлотта, завернувшись в свой красный халат, забилась в импровизированный угол комнаты, где под окном стояла ванна.
– Он пришел за мной, – прошептала она.
– Только что?
– Да. Я сбежала.
– Хорошо. Успокойтесь, – попросил Механ, нервно вытирая губы. – Давайте выйдем отсюда.
Они вошли в смотровую. Доктор Кули, отвечая на звонок Крафта, быстро прошла по коридору. Карлотта пыталась объяснить, что произошло.
– Он угрожал мне… всем нам…
– Угрожал? – переспросила доктор Кули.
– В его голосе звучала ненависть…
– Ко мне? К Джину?
– Ко всем.
– Что он хотел сделать? – мягко спросил Механ.
– Я не знаю. Он боится, что вы поймаете его в ловушку.
Крафт и доктор Кули переглянулись.
– Вы знали, что у нас есть способ поймать его? – спросил Крафт.
– Нет.
– Вам кто-нибудь об этом говорил? Студент?
– Я не знаю, о чем вы.
– Это правда, – сказал Крафт. – Мы кое-что разработали. Пытаемся найти неопасный для вас способ.
– Мы используем охлажденный гелий, – доверительным шепотом сообщил Механ.
– Если попытаетесь его поймать, он убьет вас, – тихо прошептала Карлотта.
– Предположим, что сущность или призрак существует независимо от того, кто его воспринимает, – читал Крафт лекцию. – Тогда следующий шаг – определить, сохраняет ли оно какие-либо физические свойства, кроме световых, слуховых и тактильных явлений. Другими словами, имеет ли оно форму? Состоит ли из атомов и молекул? Существует ли материально, как предметы или газы; в форме энергии, как радиоволны или свет; или исключительно на психическом плане, где оно доступно только человеческому разуму, но не научному наблюдению?
Притихшие студенты столпились на небольшом возвышении над комнатами. Внизу, в необычно ярком свете – имитация утреннего солнца, горизонтально проникающего в гостиную, – Карлотта о чем-то серьезно разговаривала с доктором Кули.
– Мониторы, о которых я уже говорил, быстро проанализируют электромагнитные или термоэлектронные свойства объекта. Предполагая, что мы сможем получить хотя бы его фрагмент, – добавил Крафт, – на вопрос о том, имеет ли он физическую форму, ответит оборудование, о котором доктор Кули сейчас рассказывает миссис Моран.
Зажегся крошечный огонек. Крафт распахнул черную дверь. Внутри, освещенное маленькой фиолетовой лампочкой, находилось невероятно сложное переплетение проводов и медных труб, оснащенное дрожащими циферблатами, где были указаны температура и давление в емкостях, защищенных таким плотным металлическим сплавом, что их не было видно.
– Чем бы ни был этот объект, – продолжил Крафт, – присущие ему холодные пятна указывают на то, что он обладает свойствами, сходными с теплоотводом, поглощающим тепловую энергию в непосредственной близости. Все, что потребляет или поглощает тепло, определяется как эндотермическое, а значит, наиболее эффективным и практичным способом обездвижить его или привести в неактивное состояние является замораживание, – Крафт указал на циферблат устройства и театрально опустил голос. – Жидкий гелий. Двести семьдесят градусов ниже нуля. Самая холодная субстанция, известная человеку. За исключением абсолютного нуля в космическом пространстве. При любом контакте с жидким гелием можно получить страшный ожог и немедленно лишиться части тела. Намного хуже обморожения и гангрены.
  
Перед их мысленным взором промелькнула картина руки, отваливающейся от плеча и рассыпающейся на замерзшие кристаллики. Несколько студентов подошли поближе к перилам смотровой.
– Смысл использования жидкого гелия заключается в следующем, – объяснял Крафт. – Мы хотим справиться с этим явлением любым доступным нам способом. Если распылить жидкий гелий на любое материальное вещество, его температура немедленно опустится настолько низко, что прекратится практически любая молекулярная и атомарная активность. Значит, оно будет заморожено.
Студенты, казалось, были ошеломлены рассказом Крафта. Внезапно эксперимент стал реальным, осязаемым, а вовсе не теоретическим. Словно открылась пугающая дверь и никто не может увидеть, что находится по ту сторону.
– А если ничего не произойдет? – наконец спросил один студент.
– Значит, сущность не состоит из физической материи как мы ее понимаем.
– Или же, – вставил Механ, – эта сущность может входить и выходить из наших пространственно-временных рамок, избегая любых физических попыток ее ограничить.
Медленно, все как один студенты поворачивали головы, чтобы посмотреть вниз. Теперь Карлотта подняла голову, хоть и не могла их видеть, пока доктор Кули указывала на различные места на площадке сверху. Их разговор был очень серьезным и напряженным, и Карлотта время от времени нервно поглядывала на доктора Кули.
– Это невероятно опасно, – прошептала молодая девушка. – Как же миссис Моран?
– Гелий и вторичная жидкость распыляются струями высокой интенсивности, которые прикреплены к внешней стенке внизу, примерно над головой доктора Кули. Эти струи будут работать только в одном направлении – в угол. Как только миссис Моран покинет целевую зону, вокруг нее опустятся две защитные двери из закаленного стекла с вакуумом между стеклами. Таким образом, она будет защищена от прямого и косвенного воздействия аэрозоля.
– И вы думаете, что сможете переместить привидение на такую маленькую площадь? – спросил студент.
– Ну, – ответил Крафт, – оно обладает своего рода интеллектом. Мы надеемся его перехитрить.
– В смысле использовать миссис Моран в качестве приманки?
Крафт покраснел.
– Да.
Внизу Карлотта смотрела на пространство над головой доктора Кули. Она не видела распылители, вмонтированные в стальные ребра конструкции, но нервно отступила от этого места. Очевидно, ее успокоили заверения доктора Кули, потому что вскоре Карлотта снова села, сначала нервничая, а затем даже улыбаясь за разговором.
Студенты наблюдали за происходящим, почти боясь дышать. Было так тихо, что они услышали, как Карлотта вполголоса разговаривает с доктором Кули.
– Я не боюсь, – сказала Карлотта. – Я не боюсь. Если вы сможете поймать этого ублюдка, я не боюсь.
Но доктор Кули волновалась. Она никогда раньше не работала с жидким гелием, поэтому настояла на тестировании.
В крошечной лаборатории на пятом этаже Крафт выключил все лампы, кроме одной. Он водрузил контейнер с приборами управления на черный бакелитовый стол. Механ с плотными защитными накладками на руках держал на расстоянии фута от груди с виду латунную насадку. Доктор Кули поместила в целевую зону крысу, красную розу и немного аммиака в вате.
– Предположим, что это гостиная, – сказала доктор Кули. – Мы отгородили миссис Моран от целевой зоны.
Она кивнула Механу и отступила назад.