Ликвидаторы (СИ)

Одна из ракет, угодивших в здание, крайне «удачно» попала в перекрытие перед кабинетом-ловушкой, куда должен был прийти Джей, и обвалила плиту, наглухо перекрывшую вход. Призванные Дети и рабы сейчас спешно пытались расчистить завал, но на это нужно было время. До тех пор пока сознание Оно находилось здесь, внизу, тело оставалось бессмысленной горой мутировавшей плоти. Почти неуязвимой — но жившей чисто на рефлексах. Потревожь его — даст сдачи, уничтожит атакующего. В остальном же — просто инертная плоть.
  
Джей
Я толкнул дверь и шагнул внутрь первым. В подвале горел свет, так что никто не испугался сразу. Люди цепочкой спустились вниз. Я уже предвкушал, как мы оставим позади опасное место и выйдем через тот же ход, где я уже побывал. Увы, этому не суждено было сбыться.
Пули раскрошили дверной косяк перед моим носом — вылетели слева-сбоку. Присев, я резким наклоном корпуса на миг «выпал» из-за стены, оценивая обстановку, и тут же нырнул обратно. Щёку всё равно резануло куском отколотого бетона.
Задница была полнейшая. В коридоре, за которым скрывался выход на поверхность, засело минимум шестеро, и у двоих в руках оказались подозрительно знакомые ручные пулемёты с характерным маленьким квадратом короба. «Шрайки». Те самые, которыми Вова вооружил гвардию Смита.
Бросив дымовую гранату, я скомандовал спасённым людям двигаться за мной, выпустил в дым длинную очередь на полмагазина и первым устремился вперёд. Возле комнаты с монстром притормозил, выдыхая. Потом, как будто нырял в омут с головой, толкнул дверь ладонью, тут же вскидывая автомат в боевое положение.
Позади меня послышалось то самое коллективное молчание, которое бывает у людей, увидевших нечто, для чего у них пока нет слов. Аня не вскрикнула — просто ухватила меня за локоть. Я почувствовал её пальцы через броню.
Отпочковавшийся «Гаврилов» исчез — то ли ушёл куда-то, то ли как раз он и командовал сейчас той группой стрелков у выхода. Интересно, как он меня сейчас воспринимает…
Кучки одежды у стены никуда не делись. Леха увидел детские сандалии, закаменел лицом и прижал девчонку крепче.
— Двигаемся вдоль левой стены, — прошептал я. — Тихо. Не смотреть на него. Не останавливаться.
— Куда именно? — одними губами спросил Пряник.
— В конце западный технический туннель. По нему попробуем вернуться в соседнее помещение — то самое, откуда по нам палили. Там дыра в стене, выводит в канализацию. Я проверял — чисто. Коллектор выведет на поверхность, за периметром.
— Ты уверен?
— Нет. Но других вариантов не вижу.
Снаружи, сквозь перекрытия, гудело и перекатывалось. «Град» только что отработал ещё раз, и эхо взрывов ещё дрожало в воздухе. Здание отвечало на него мелкой дрожью, то и дело роняя с потолка крошку, а иногда и некрупные камни. Пожадничал кто-то на строительстве этого торгового центра, это точно. Где-то вверху орали и пытались навестись на быстрый злой автомобильчик. Но до нас это не доходило — всё тонуло в толще бетона, превращаясь в неразборчивый гул.
Двадцать шесть человек двигались вдоль стены бесшумнее, чем я ожидал. Страх — хороший учитель дисциплины. Пожилой мужчина, которого поддерживала Аня, оступился, зашаркал ботинком по полу — она перехватила его прежде, чем он упал. Никто не произнёс ни звука.
Туша «дышала».
Я старался не смотреть в её сторону, но периферийным зрением всё равно видел: боковая поверхность, там, где давеча вызревало очередное «отпочкование», всё ещё колыхалась. Медленно. Ритмично. Почти как у спящего человека.
Мы прошли треть расстояния.
Потом половину. И в этот момент один из идущих — старик с седыми волосами, в комбинезоне электромонтёра — вдруг застыл соляным столбом. Я оглянулся: он смотрел на тушу с тем выражением, с каким смотрят на нечто, что одновременно ужасает и гипнотизирует. Рот приоткрыт. Глаза намертво зафиксированы.
— Эй, — я тронул его за рукав.
Он не отреагировал.
— Эй! — чуть громче.
Он медленно повернул голову. Глаза как будто не сразу сфокусировались на мне. Потом кивнул и пошёл дальше. Я не стал разбираться — в голове мелькнуло нехорошее, но момента для проверки не было.
До туннельного хода оставалось метров двадцать, когда дверь в подвал снова открылась.
Я обернулся.
В проёме стояли двое в тактической броне с направленными автоматами. За ними угадывались ещё силуэты.
— Стоять, — сказал один. — Положить оружие.
Я оценил расстояние до прохода. Двадцать метров — это много. Слишком много, если начнут стрелять.
— Оружие на пол, — повторил боец. — Медленно.
— А то что? — спросил я.
— А то откроем огонь.
— В подвале, где лежит эта штука? — я кивнул в сторону туши. — Умно.
Солдат не ответил, но я видел, как дёрнулся его взгляд — туда, к дальней стене. Он знал, что там. И он боялся. Уже хорошо — значит, не монстр.
— Зря пришли сюда, — сказал я спокойно. — По-хорошему — разворачивайтесь и уходите. Мы заберём людей и уйдём своим путём. Полковник не узнает. Скажете — прорвались с боем, не удержали.
— Ты серьёзно? — второй боец усмехнулся. — Нас расстреляют за такое. Да и не выпустим мы тебя, Джей. Ты наверху положил наших братишек — это требует ответки.
— Нас расстреляют в любом случае, если узнаюсь, ЧТО мы тут видели, — негромко произнёс первый. Но не мне — напарнику. Я заметил, что его ствол чуть опустился.
Потом всё случилось разом — в несколько секунд, которые растянулись, как жвачка.
Туша у стены шевельнулась.
Не медленно, не лениво — резко, одним движением, как вздрогнувший во сне человек, только масштаб этого «вздрога» был с кузов самосвала. Бетонный пол под ней пошёл трещинами. Одна из кучек одежды разлетелась в стороны от удара воздуха. И запах — тот самый, портовый, морской, химический — ударил в нос с такой силой, что у нескольких человек вырвался кашель.
Бойцы в дверях развернулись, выставляя стволы навстречу угрозе.
Этого хватило, чтобы монстр перешёл в атакующий режим. Из расплывчатой части твари выстрелили тонкие чёрные щупальца — чем-то похожие на ожившие высоковольтные провода. Часть полетела к бойцам «Ривендейла», но примерно треть устремилась к нам, на лету расщепляясь на тонкие полоски, похожие на наконечники дротиков.
— Бегом! — я уже толкал людей вперёд, отчётливо понимая, что часть из них уже не успеет. — Все к проходу, бегом!
Сзади ударила очередь — не по нам, по твари. Я не оборачивался, но слышал, как пули щёлкают о броневую плоть, как воет кто-то из бойцов и как тварь издаёт звук — низкий, почти инфразвуковой, от которого зубы сжимаются сами собой.
Проход. Я первым нырнул внутрь, развернулся и начал вытаскивать людей. Аня, Леха. Выдёргиваю их из толпы за спину. За Лехой хвостиком тянется девчонка-подросток, за Аню уцепляется тот самый странный старик — тот, что застрял возле туши монстра. Пряника с его кольтом чуть не стоптали, когда он развернулся спиной к проходу, прикрывая отход.
Из-за спин отстающих раздался крик. Ещё один. А потом бежавший последним просто рухнул на землю, заорав так, будто его облили кислотой. Влажно поблёскивающие щупальца, обвившие его ноги, жадно облепляли тело, погружаясь в него прямо сквозь одежду. Запахло кислым и горелой тканью. Человек кричал, не переставая. Я, содрогнувшись, выпустил в него пулю. Вслед за ней из подсумка полетела граната с антидотом. Монстру она не вредит — я уже знал это. Зато не даст ничего сделать свежим зомби: они умрут, не сделав и пяти шагов.
Потом раздался звук, от которого у меня встали волосы на затылке — тот же влажный чмокающий звук, что и при отпочковании очередной твари. Только громче. Много громче. И тут же в подвале наметилось движение.
  
— Пряник, — позвал я. — Аня, Леха — бежим. Не оглядываясь.
— Иду, — Пряник попятился в туннель, не отворачиваясь. — Там… там оно встаёт, Жень. И кажется, эта штука куда больше, чем нам казалось. В потолок упирается.
— Вижу. Двигайся. Завалить её нам просто нечем.