Ликвидаторы (СИ)

— Вот дерьмо, — выдохнул Медведь, разглядывая объект в бинокль. — Они тут серьёзно окопались.
— Сколько людей видишь?
— Человек сорок на периметре. Плюс неизвестно сколько внутри. Патрули ходят каждые пятнадцать минут. Пулемётные точки с чем–то тяжелым вон там, там и там, — он указал на три позиции. — Снайперская позиция на крыше. И не одна, вон ещё двое сидят, но именно вот этот — тебя гарантированно засечёт.
  
Я посмотрел в свой бинокль. Медведь не ошибся — снайперы на крыше прикрывали все подходы. Хороший стрелок мог оттуда контролировать пространство в радиусе полукилометра.
— Этого снайпера нужно убрать, — сказал я. — Вова, это твоя задача. Как только я дам сигнал — снимаешь его. Одним выстрелом, без шума. И следом за ним — работаешь по второму и третьему. Если хватит времени — выбивай ещё и миномётчиков, но… это опционально. Две минуты. Ровно сто двадцать секунд. Пока они заняты поиском тебя — я проскочу. И ты должен уйти отсюда в ту же секунду, как пиликнет таймер. Иначе тебя просто разнесут в клочья.
— Понял я, понял. Пилик — и меня тут нет. Блин, тяжёлый выстрел будет. Расстояние метров восемьсот, — Вова прищурился, прикидывая. — Ветер переменный. Сложно, но выполнимо.
— Медведь, Макс — вы сейчас выдвигаетесь по тем координатам, что я вам дал, — продолжил я инструктаж. — Если что-то пойдёт не так — открываете огонь из той штуки по периметру, создаёте суматоху. Даёте мне время выбраться.
— А ты как внутрь попадёшь? — спросил Медведь. — Там же охрана, патрули, камеры наверняка. Даже если они отвлекутся на Боба — это даст тебе десяток секунд, не больше. Там ещё и солдатики тут же забегают.
— И очень хорошо, что забегают. Они побегут наверх, ловить вторженцев. А я просочусь через низ. Через канализацию, — я достал из рюкзака схему, которую Филимонов нарисовал мне по памяти. — Вот здесь, с западной стороны, есть выход из ливнёвки прямо в подвал торгового центра. Заброшенный технический туннель, который использовали для обслуживания коммуникаций. Формально заделан, на самом деле — был секретной закладкой Шеина на случай конфликта со Смитом. Охрана о нём вряд ли знает. Знали только Филя, Шеин и парочка ребят из диггеров, которые раньше работали на Шеина.
— А если Полковник всё же знает про этот ход? Военный объект, все дела… как-то просто слишком.
— Тогда придётся импровизировать. В принципе там не просто всё, эту дыру можно только изнутри увидеть. Но на схеме люка нет, так что разве что на него наткнулись бы. Там заложенная кирпичной кладкой стена изнутри, про неё нужно именно что знать.
— А дальше-то что? — Вова внезапно понял, что ему неизвестно, на кой чёрт я лезу на базу. — Устранить Полковника безопаснее отсюда, рано или поздно он появится снаружи, и…
— Вов, наша проблема не Полковник. А имеющееся в его распоряжении оружие. Ядерное и обычное. Я хочу уничтожить саму возможность применить против нас эту ядерную бомбу, или что там у него, уничтожив тот самый пульт, про который ты рассказывал. Ну и да, я хочу грохнуть этого шизанутого придурка.
Вова покачал головой. Похоже, он сильно сомневался в том, что я вообще нормален. Ну и ладно. Не рассказывать же ему настоящий план. А то и правда сбежать может…
Мы наблюдали за объектом до полудня, изучая распорядок, маршруты патрулей, смену караулов. Полковник не дурак — оборона была грамотной, без явных прорех. Но идеальной защиты не бывает. Всегда есть слабое место.
И я его нашёл.
Смена караула происходила каждые четыре часа. Ровно в полдень, в четыре дня, в восемь вечера и в полночь. В момент смены — хаос, суета, ослабление внимания. Пять-семь минут, когда старые посты ещё не покинули позиции, а новые ещё не заняли. Окно возможностей.
— В восемь вечера, — сказал я. — Как только начнётся смена — двигаюсь к люку. Вова снимает снайпера ровно в 20:03. Это даст мне время добраться до входа незамеченным.
— А если люк заварен? Или заминирован?
— Проверю. Если не пройдёт — вернусь. Не буду геройствовать.
Вова скептически хмыкнул, но спорить не стал.
День тянулся медленно. Лежали с Вовой на крыше, не шевелясь, наблюдая. Жара давила, пот тёк по спине. Хотелось пить, но воду берегли — неизвестно, сколько ещё придётся здесь торчать. В какой–то момент рация трижды блямкнула, будто бы помехами или вызовом — знак того, что Медведь с Максом удачно дошли и заначка Смита была на месте.
В шесть вечера поели — сухпайки, холодные, невкусные. Проверили оружие, экипировку. Я достал из рюкзака две гранаты Филимонова с антидотом, так и не пригодившиеся против Оно. Мало ли. Одну сунул в нагрудный карман, вторую — в боковой подсумок.
— Джей, — позвал Медведь. — Там движение какое-то.
Я посмотрел в бинокль. К воротам Ривендейла подъехала колонна машин — три грузовика, два пикапа. Из кузовов начали выгружать людей. Человек тридцать, связанных, избитых. Гражданские. Женщины, мужчины, дети.
— Пленные, — выдохнул Вова. — Они берут пленных.
Я молчал, наблюдая. Пленных загоняли внутрь здания. Кто-то шёл сам, кто-то падал, и его волокли силой. Один из охранников ударил женщину прикладом, когда та попыталась вырваться.
— Ублюдки, — прошипел Макс.
— Стоп-стоп-стоп, — сказал я. — Это там кто? Лёха? И… Аня с Пряником, да?
— Не видно… Жень, да откуда им тут быть?
— Как тебе сказать, есть у меня одна мысль…кажется, план придется скорректировать…
Снаружи я был спокоен, но внутри просто кипел от ярости. Нужно было узнать, они это или нет. Срочно. Но пришлось себя сдержать…если это они — то я просто подставлю и их, и себя. И ничего не добьюсь.
В половине восьмого начало темнеть. Я проверил экипировку последний раз — оружие, патроны, гранаты, нож, фонарик, аптечка. Всё на месте.
— Вова, готов?
— Готов.
— Медведь, Макс? — короткая связь по закрытой линии не отслеживалась. — Вы там как, в готовности?
— Готовы.
— Тогда по местам. Связь — только по крайней необходимости. Если меня не будет через час — разряжайте туда весь БК и уходите. Не ждите.
— Джей…
— Это приказ, — жёстко сказал я. — Если я не вернусь — значит, всё пошло не так. Смысла рисковать всем ради одного нет.
Они переглянулись, но кивнули.
Ровно в восемь началась смена караула. Старые посты начали сдавать дежурство, новые — принимать. Суета, переговоры по рации, движение.
Я дождался, пока внимание охраны переключилось на процедуру смены, и пополз к периметру. Медленно, осторожно, используя каждый куст, каждую ямку в земле.
Сто метров. Пятьдесят. Тридцать.
Колючая проволока. Я достал кусачки, перерезал нижний ряд. Протиснулся под забором, замер. Прислушался.
Тихо. Только ветер и далёкие голоса охранников.
Двадцать метров до люка. Он был там, где показывала схема — в небольшой ямке у западной стены, прикрытый ржавой металлической крышкой.
Я подполз, осмотрел. Крышка не заварена. Не заминирована. Просто закрыта. Повезло.
Взялся за ручку, потянул. Крышка не поддавалась — заржавела намертво. Я упёр ногу в край, дёрнул сильнее. Металл скрипнул, но сдвинулся.
Ещё рывок. Крышка открылась, явив чёрный зев туннеля.
В этот момент прогремел выстрел. Глухой хлопок винтовки Вовы.
Я не стал смотреть, попал он или нет. Просто нырнул в люк, втянул за собой крышку, закрыл.
Темнота поглотила меня.
Я включил фонарик. Узкий луч высветил бетонные стены, ржавые трубы, паутину. Воздух был спёртый, тяжёлый, пропитанный запахом плесени и застоявшейся воды. Туннель вёл вниз, под углом примерно тридцать градусов. Стены покрывал мох, в некоторых местах проступала влага, капая со сводов и оставляя на полу грязные лужи.
  
Я двинулся вперёд, держа MDR наготове, фонарик закреплённым на стволе. Каждый шаг отдавался эхом в замкнутом пространстве. Приходилось ступать медленно, осторожно, стараясь не шуметь. Ботинки хлюпали в воде — на дне туннеля текла тонкая струйка какой-то мутной жидкости, пахнувшей химией и гнилью.