Ликвидаторы (СИ)

— Полковник? — Вова удивленно посмотрел на Смита. — Тот самый военный, о котором говорил Джей?
— Да, тот самый, — Смит кивнул. — Тот, кто считает вас, «регуляторов», виновными в радиоактивном заражении его территории и города Танаис. Тот, кто готов стереть вашу базу с лица земли вместе со всеми обитателями. Но я его убедил дать шанс. И этот шанс тебе нужно не профукать. Верни МПЛ, нейтрализуй Джея и передай МПЛ и Филимонова нам. Это условие сделки. Альтернатива тебе не понравится, гарантирую.
  
У Вовы похолодело внутри:
— То есть… ты просто хочешь отобрать у меня мою лабораторию с моим же человеком. А если я не соглашусь, или не выйдет…
— Если не справишься, Владимир, Полковник с радостью заменит тебя на посту компнданта этой базы. Он придет сюда со своими людьми. Сравняет артиллерией с землей все внешние укрепления, и штурмом возьмет эту территорию, зачистив ее от тех, кто попробует сопротивляться. Остальные, все кто здесь живет, включая твою милую Асю… — Смит сделал паузу, давая словам дойти, — все окажутся в положении интернированных лиц. Полковник не склонен к милосердию. Особенно когда речь идет о радиации на его земле. Подозреваю, именно твои люди и отправятся разгребать радиоактивные завалы Танаиса, которые устроил Джей
— Но мы не виноваты! — Вова вскочил. — Это же бред! Какое заражение? Какой Танаис⁈ Ты же тоже слышал Джея — там просто сработала система безопасности лаборатории.
— Это не важно, — холодно отрезал Смит. — Важно то, что Полковник считает, а главное — выставляет именно вас виновниками. И у него есть сила это доказать. Триста бойцов, бронетехника, артиллерия. Ваши «вороны» по сравнению с ним — детский сад. Так что выбор простой — либо ты убираешь Джея и возвращаешь МПЛ, либо Полковник убирает всех вас.
Повисла тяжелая тишина. Вова стоял, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Ультиматум. Чистый, жесткий ультиматум.
— Сколько у меня времени? — хрипло спросил он.
— Неделя, — Смит встал, направляясь к двери. — Через неделю Полковник ждет результатов. Либо голову Джея и ключи от МПЛ, либо… ну ты понял. Так что, Владимир, советую поторопиться. И на этот раз — без импровизаций. Делай как я скажу, и может быть, выживете.
Вова стоял, уперев руки в стол, и чувствовал, как внутри него что-то переворачивается. Неделя. Неделя на то, чтобы стать марионеткой, чтобы отдать все, что он строил, все, во что верил. Он поднял глову и встретился взглядом со Смитом.
— Нет, — сказал он негромко.
Смит приподнял бровь:
— Простите?
— Я сказал — нет, — Вова выпрямился, и голос его стал тверже. — Ты думаешь, что можешь прийти сюда, в мой дом, и диктовать мне условия? Думаешь, что я просто лягу и подниму лапки?
— Владимир, ты не понимаешь серьезности…Полковнику не отказывают.
— Это ты не понимаешь! — Вова почувствовал, как внутри него вспыхивает что-то горячее, давно забытое. Злость. Настоящая, чистая злость. — Вы приходите сюда со своими угрозами, со своими «предложениями», думаете, что весь мир должен плясать под вашу дудку. А я что, должен испугаться? Должен побежать выполнять приказы? Или может, проникнутся сложностью момента, понять ваши проблемы? Да срать я хотел на них. Хочешь мою базу? Ну так, как говорили спартанцы — Molonlabe! Приди и возьми.
Смит медленно поднялся из-за стола. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнуло что-то холодное:
— Ты совершаешь ошибку. Огромную ошибку.
— Моя жизнь — мои ошибки, — отрезал Вова.
Смит развернулся, поманил Вову за собой и направился к двери, ведущей во двор. Охранники мгновенно последовали за ним. Вова, не раздумывая, пошел следом. Его переполнял гнев, и он был у себя дома.
Они вышли во двор. Солнце ярко светило, отбрасывая четкие тени от всех присутствующих. Смит остановился посреди двора и обернулся. Его фигура казалась черным силуэтом на фоне ярких лучей, обвивающих ее эдакой «короной»
— Вы не понимаете, Владимир, — его голос стал жестче, металлическое спокойствие сменилось холодной угрозой, и он перешел на «вы» в обращении к лидеру «Регуляторов». Повысив громкость так, чтобы слышали окружающие, он продолжил, привлекая внимание всех вокруг. — У вас нет выбора. Либо вы подчинитесь, либо вас уничтожат. Это единственный способ избежать того, что идет. Только мы можем вас защитить. Только так вы выживете.
— Защитить? — Вова усмехнулся, и в этом смехе не было ни капли веселья. — Ты называешь это защитой? Превратить меня в раба, отнять все, что я построил — это защита?
— Это реальность, — отчеканил Смит. — Вы должны понять…
— Я понял уже давно, — перебил его Вова. — Понял, что вы не терпите никого, кто не желает ползать перед вами на коленях. Но знаешь что? Я не буду. Никогда.
— Тогда вы обрекаете себя…
— Убирайся, — тихо, но с такой силой, что Смит замолчал, сказал Вова. — Убирайся из моего дома. Сейчас же.
Повисла тишина. Смит смотрел на Вову несколько секунд, потом его рука метнулась к поясу. Вова не успел даже начать движение, как в ладони Смита сверкнул армейский кольт 1911, направленный Вове в лицо. Палец коснулся спускового крючка, и начал давить на него.
В этот момент голова Смита внезапно дернулась назад, а во лбу возникло аккуратное круглое отверстие.
Смит качнулся, его рука с пистолетом загуляла вправо и влево, а затем он медленно рухнул навзничь. Под головой растекалось кровавое пятно.
Прежде чем охранники успели среагировать, их головы точно так же дернулись, и оба рухнули следом за своим боссом — каждый с пробитой одиночным патроном небольшого калибра головой.
Вова замер. Сердце бешено колотилось. Он резко обернулся, пытаясь разглядеть что-то или, скорее кого–то. Крутил головой, всматриваясь в тени за забором, в силуэты деревьев, в темные окна соседних домов. Где, где угроза. Честно говоря, он ждал следующей пули в себя, но никто не стрелял. И не происходило вообщще Ничего.
Тишина. Лишь в голове стучит кровь…еще секунда — и вместо Смита на бетоне лежел бы он, Вова… И снова между ним и смертью встал тот же самый человек, в этом Боб был уверен на сто процентов — эти дырочки от пуль калибра.223 он знал. Как и обладателя спортивной винтовки под этот калибр, любителя стрелять с глушителем и издалека.
— Дже–е–е–е–й!!! — заорал Вова во всё горло! — Ты меня слышишь?
«Слышу, слышу» — себе под нос пробурчал я, слезая с крыши пятиэтажки. — «И отвечать тебе не собираюсь».
  
Глава 14
 
Месть длинной в тысячу километров
 
Отъехав от базы километров на десять, я остановил колонну. Аня сидела рядом, молча разглядывая дорогу. Медведь на турели тойоты держал руки на рукоятях НСВ, хотя угрозы вокруг не было никакой.
— Пряник, — позвал я по рации. — Останавливайся.
БТР загудел, притормаживая. Через минуту Пряник высунулся из люка, морщась от боли в голове:
— Что случилось?
— Пересадка, — я открыл дверь. — Аня, солнце, пересаживайся к Прянику. В БТР безопаснее.
Она посмотрела на меня удивленно:
— Подожди…то есть ты ему полностью доверяешь, несмотря на все?
— Да. Вообще, среди наших бывших друзей Пряник оказался самым совестливым. Но это он сам тебе расскажет, если сочтет нужным.
— Так. Стоп. А ты куда собрался?
— Нужно кое-что проверить, — уклончиво ответил я. — Ничего серьезного. Просто хочу убедиться, что Вовку там не пристрелят эти странные черти.
— Вовку? Жень, я совсем потерялась… Вы же только что чуть ли не стреляли друг в друга, а теперь ты хочешь убедится что с ним все нормально? Серьезно?
— Ань, давай так… Если мои внутренние подозрения верны — то Вова в этой истории просто тот самый лох, который не мамонт. И его тоже плотно держат на крючке.
  
— А если не верны?
— То я просто развернусь и уеду. Честное слово!
Аня нахмурилась, но спорить не стала. Вылезла из чероки и направилась к БТР. Пряник помог ей забраться внутрь.
— Медведь, — обратился я к здоровяку. — Ты главный. Ведешь колонну к точке встречи с Битюгом. Координаты у тебя есть.