Готов на пять! (СИ)
Достав ежедневник, быстро переписал в него все, что сказал мне Светлана Викторовна. Конечно, она много полезного рассказала, и подсказки мне давала, но этого было мало, если соотнести с тем, что еще предстоит сделать. Как только все задания на ближайшие дни и недели были выписаны, побежал в коридор искать оставленный там телефон.
- Мама! - начал я говорить, как только понял, что она взяла трубку, - мне нужен плакат на тему безопасного поведения на дорогах и на следующую неделю на урок технологии трафареты осенних листьев на двадцать пять человек!
- Будет сделано! - сообщила она, - еще что-то?
- Пока нет, - знаете, это удивительное чувство, когда тебе помогают, когда тебя понимают, - если что-то будет нужно, позвоню?
- Разумеется! - улыбка сама собой расползлась по моему лицу.
Итак, впереди меня ждал насыщенный и до жути нудный вечер. Тренировок у меня сегодня не было, можно, да и нужно, конечно, самому позаниматься, еще и к сессии готовиться, но вы сами понимаете, что эти все важные дела уйдут на второй, а то и на третий план. Сегодня мне было чем себя занять. На столе в два ряда лежали тетради, бумаги, папки, учебники и журнал, который тоже был если и кем-то заполнен, то частично.
- Ну что, Максим Сергеевич, - начал говорить сам с собой, - готовься! Это будет насыщенный конец дня!
Как только сел за стол, почему-то подумал о том, что все учителя, кроме меня, остаются в школе часов до трех, что-то там делают, проверяют, пишут. Может, и мне надо? Ну, нет! Если останусь, мне дадут еще тысячу и одно задание! Чур меня, чур! Я лучше дома, в относительной тишине, с музыкой фоном!
Вторник бы закончился более или менее хорошо, не позвони мне вечером мама ученицы. Честно скажу, хоть и нельзя так, но ребенок в этой семье очень избалованный. Сегодня девочка принесла на завтрак роллы. Вы только представьте, эти изделия пролежали весь урок в портфеле, который благополучно простоял у батареи! Отопление нам еще не дали, но класс небольшой, детей много, у нас душно, даже жарко, ну и рыба-то в роллах неизвестно какой свежести и где до этого успела побывать. По-моему, очевидно, что я, как внимательный учитель, просто не позволил ребенку есть эту гадость – еще мне последствий в виде отравления не хватало, поэтому отдал девочке завтрак, который остался свободным, а роллы – ну выкинул я их. Нет, перед этим оценивающе посмотрел, понюхал, но даже мне, взрослому мужику, было страшно брать их в рот, что говорить о ребенке? Но мама девочки считала иначе.
На меня набросились с обвинением, что лишил ребенка завтрака, после того, как сказал, что ученица была накормлена, она стала придираться к другим вещам, все больше повышая на меня голос.
- Так, стоп! - не выдержал, - если вы еще раз принесете подобную еду, то будете объяснять директору школы, почему кормите семилетнего малыша подобной ерундой – это во-первых. Во-вторых, если она отравится, я вызову вас в школу и организую комиссию. Мне не нужен в классе ребенок, которого может стошнить на стол или на соседа!
Баба угомонилась и даже извинилась, но я-то запомнил! С этой семейкой нужно быть аккуратным, такие сгоряча могут много чего наделать неприятного для меня. И наделали… Это я узнал утром, когда зашел в класс, а следом за мной пришла директор.
- Шепелева вчера позвонила в департамент и нажаловалась на тебя, как на некомпетентного по многим вопросам учителя! - вот тебе и доброго утра, вот тебе и здравствуйте.
- Вот как! - с трудом произнес именно это, хотя хотелось сказать совершенно другое. И надо же, именно в этот момент Шепелева привела дочку в школу и сейчас с гордым видом стояла у раздевалки и смотрела на меня.
- Антонина Ильинична, - начал я, поворачиваясь в сторону матери Маши, - Полина Романовна дает на завтрак своей дочери роллы не первой свежести. Давайте их отправим на проверку? Мне блюющий в классе ребенок не нужен!
Говорил я громко, так, чтобы и другие родители видели, слышали, и… добился того, чего хотел. Шепелеву директор вызвала к себе, другие мамы укоризненно на нее смотрели, даже кто-то и что-то сказал, ну а я морально готовился к проверке. После таких громких заявлений в адрес любого учителя она всегда появляется если не на следующий день, то через день точно.
Вот так бывает: у кого-то понедельник день тяжелый, а у меня среда. Хотя, постойте! На этой неделе все дни были тяжелыми! Среда совсем подпортилась, правда. Первый уроком было рисование, которое я, на радость детям и завучу, не вел. Не представляю, чтобы мы могли все вместе нарисовать, если у меня деревья до сих пор походили на перевернутые морковки! За то время, пока класс был пустой, я на всякий случай перепроверил свои конспекты, разложил тетради на столы, периодически подглядывая в шпаргалку, и даже немного расслабился, но рано радовался.
Если второй урок у нас прошел в тихой атмосфере, где дети даже пыхтели, но делали то, что просил, но на урок русского языка в класс завалилось несколько взрослых теток, которые враз напугали мне малышню.
Антонина Ильинична и сама была не рада тому, что к нам так неожиданно пришли, но поделать ничего не могла, поэтому повела всех желающих посмотреть на меня в конец класса. Даже не сработал тот факт, что я молодой и совсем неопытный учитель, что ко мне на урок с проверкой идти бесполезно. Тут, скорее, просто работа для галочки, для черточки или для чего-то еще, вот и показуху устроили. Что б их всех!
Весь урок, который прошел на твердую тройку, дети отвлекались, смотря на тех, кто сидит за их спинами. Нет, я их понимал, о подобных вещах предупреждают заранее, я тоже обмолвился, что может так получится, что к нам придут гости, но не так же быстро!
Пока вел урок, женщины что-то строчили у себя в блокнотах, качали головами, а после звонка мне все и высказали.
- Урок выстроен не правильно! Вот ту нужно было так…. Здесь вы забыли это…. А что это за фраза: «погнали дальше?»
Я сидел напротив комиссии, которая с важным видом тыкала меня как котенка носом в то, где я облажался.
- И вообще… - решила подвести итог грузная тетка с неприятным крючковатым носом на лице.
- Я, пожалуй, уволюсь, - завершил за нее, - за два дня ко мне никто привыкнуть не успел, так что не страшно!
- Два дня? - переспросила главная в присланной проверке у директора, будто впервые слышит эту информацию. Вот актриса-то, - тогда все понято! Вы уж помогите такому амбициозному учителю, у него преподавание в крови! А как к детям относится, как помогает!
Неожиданно все перевернулось с ног на голову, и теперь я молодец! Вот так мне больше нравится! Нет, я прислушаюсь ко всему, что мне сказали, но давайте будем объективными: невозможно сделать на практике все, что идеализируют в учебнике! Будь ты хоть с семью пядей во лбу, заслуженным учителем, будь у тебя сотни грамот и дипломов… да, можно подготовить идеальный урок, можно подготовить пять таких уроков, но не стоит рассчитывать, что так будет всегда. Дети – они изменчивы, на проверках, на педагогических конкурсах, к которым они готовятся вместе с учителем – они выкладываются по полной, но они же де-ти! Им свойственно шалить, не слушаться, баловаться, делать то, что нельзя.
Когда прозвенел звонок, совещание, которое до этого было у меня в классе, было решено перенести в кабинет директора, хорошо хоть без главного виновника или героя, смотря в какой момент времени посмотреть. Антонина Ильинична перед тем, как выйти из класса, похлопала меня по предплечью.
- Вы, Максим Сергеевич, молодец! Никто бы им перечить не посмел!
- Но только не я! - рассмеялся, облегченно выдыхая.
Последний урок чтения, и малыши, которые явно чувствовали, что что-то происходит не то, вели себя намного лучше, отвечали хором, когда просил их, поднимали руки для индивидуального ответа. Мне даже хотелось выглянуть в коридор и заорать: «Идите и посмотрите, какие мы молодцы!» - но, естественно, подобным образом себя не повел, лишь в конце урока поблагодарил класс за слаженную работу. В общем-то, судя по задравшимся носикам, можно взять на заметку этот прием!