Мачеха для Золушки (СИ)
Ольгерд завел с сыном разговор, что лучше всего совершить брачный обряд сегодня, чтобы молодые сразу заняли полагающуюся им половину детинца.
- С ума сошли! - возмутилась Ильгерда, - Невеста только с корабля, едва на ногах держится, а вы желаете ее еще и на гуляния вытащить? Дайте ей хоть отдохнуть с дороги.
- Катрин, будет так, как ты скажешь? - под внимательным взглядом Ингвара, женщина на миг задумалась.
- Тебе придется какое-то время жить на нашей половине, и перейти на половину Ингвара, можешь только после заключения брака. Да и народные гуляния придется устраивать еще раз, - задумчиво произнес пожилой мужчина, словно подталкивая Катрин к верному решению.
- Ольгерд! - возмутилась его жена.
Катрин улыбнулась уголками губ, понимая намек. Рядом с Ингваром, она будет чувствовать себя спокойнее, а значит, стоит набраться сил, и пережить этот день, со всеми его событиями.
***
Их свадьба отличалась от прежних торжеств, которые знала женщина. По-прежнему не было белого платья, зато мужчина, с которым она связывала свою жизнь, смотрел на нее горящими влюбленными глазами.
Человек, в белоснежном одеянии, произнес над ними короткую речь, затем новобрачные отпили по очереди из одного кубка, какой-то пряно-сладковатый напиток, и под всеобщее ликование, Ингвар поцеловал свою жену.
Потом они сидели на высоких резных, деревянных креслах, выслушивая бесконечные пожелания и поздравления. Под конец Катрин решила, что поступила опрометчиво, соглашаясь вступить в брак в этот же день. Усталость давала о себе знать, и держалась женщина уже не на силе духа, а на одном чистом упорстве.
Заметив побледневшее лицо жены, Ингвар поспешно встал, и Катрин поднялась за ним, уже не вполне осознанно. Под взглядом сына, Ольгерд перетянул внимание гостей на себя, позволив молодым удалиться.
Женщина еще успела почувствовать, как северянин подхватил ее на руки, и понес через длинные коридоры, но конец пути терялся где-то на грани сознания.
Глава 45. Семья
Сперва Ингвару крепко досталось от лекаря. Как могло прийти в голову взрослому, серьезному человеку, тащить беременную женщину на всеобщие гуляния? Тем более, когда она еще до конца не оправилась от истощения. После длительного морского путешествия пациентке требовался отдых и покой, а не немедленная свадьба.
Лекарь был еще корректен в своих словах, а вот после нагоняя от матери, уши горели не только у Ингвара, но и у его отца.
- Додумались! Один седую бороду нажил, а ума, как у животинки дворовой! Дела хотел поскорее на сына спихнуть? Да если моя невестка внука скинет, я вам обоим это попомню. Мужчины! Что с корабля, что на бал - все едино. Дали бы хоть невесте обвыкнуться на новом месте, али боялся, что сбежит от тебя, твоя ненаглядная? Ладно, отец твой, но самому-то не совестно?!
Мирно спавшая Катрин, и не подозревала, какая буря пронеслась над головой ее супруга. В комнате пахло сухими травами, а главное, было тепло и уютно, так что, когда женщина открыла глаза, она чувствовала себя на редкость выспавшейся и отдохнувшей.
Добравшись до края широкой кровати, занимавшей едва ли не треть комнаты, Катрин коснулась босыми ногами пола, и огляделась. Уютно... И в то же время ничего лишнего. Узкие, вытянутые окна, под ними добротная деревянная лавка, застеленная плетеной тканью. Пара стульев, стол. На второй лавке, что стояла ближе к двери, разложено платье.
Женщина поспешила одеться. Без особых усилий, она довольно быстро разобралась, как носить местную одежду, которая отличалась многослойностью, но при этом свободным кроем. Непривычно, но самое главное - тепло. Больше любопытства вызвала местная домашняя обувь, которая показалась смесью чулок и туфель. Благо, ее полностью скрывала длинная юбка.
Теперь предстояло выяснить, где разместили Агату, и где комната Ингвара. Да и в целом познакомиться с новым жилищем. Катрин чувствовала себя бодрой, и в ее душе снова поселилась потребность деятельности. Раз уж предстоит жить здесь, то значит, нужно узнать этот мир поближе.
За пределами комнаты ее встретил короткий коридор, с парой широких окон, и лестница ведущая вниз. Спустившись, женщина оказалась в квадратном зале, с высокими окнами. Здесь тоже было безлюдно. После пары переходов, и лестниц, она, неожиданно для себя, оказалась в очередном коридоре, который завершался не дверью, а полукруглой аркой. С той стороны доносились голоса, и Катрин показалось, что она различает голос младшей дочери.
В полукруглом зале, на лавке у окна сидела пожилая женщина, перед странного вида инструментом. Под боком у нее пристроилась Агата, завороженно глядя, как белые волокна шерсти превращаются в нити. Они тихо о чем-то переговаривались.
Катрин удивленно подняла бровь, младшая дочь, которая обычно сторонилась посторонних людей, сделала удивительное исключение для жителей Эрланга. Вот и сейчас, она держится так, словно знакома с матерью Ингвара несколько лет.
Ильгерда подняла глаза, и заметив невестку, приветливо улыбнулась. Катрин приблизилась, еще не зная, как лучше держаться. Агата соскочила с лавки, и обняла мать, глаза девочки сияли.
- Агата, милая, не кликнешь ли Ельгу, чтобы обед собирала? - обратилась к ней пожилая женщина, когда девочка, наконец, выпустила мать.
Та улыбнулась в ответ, и скрылась за дверью, напротив арки.
- Присаживайся, в ногах правды нет.
Катрин послушно опустилась на лавку.
- Ты на мужа моего обиды не держи, он хотел как лучше. Да дела торопится сыну передать, чтобы как сойдет снег, мы смогли перебраться на священную гору, поближе к родителям.
- Простите? - Катрин считала, что неплохо знает северный язык, но сейчас возникли сомнения, что она правильно поняла смысл сказанного.
- Отцу его, Рёрику, сотый год миновал, он все ждет, когда и мы, на священную гору взойдем, чтобы хранить память предков. Да только прежде, власть должна сыну перейти, чтобы мы свободу получили.
Ильгерда взглянула на непонимающее лицо невестки, и ее губы тронула улыбка. Хорошую себе жену сын нашел, высокую, статную, речь разумеет. Только вот тихая слишком, а чтобы детинцем управлять, характер должен иметься немалый. Да ничего, характер дело наживное.
- Я же тоже не на этой земле родилась, хоть уже и более полувека тут моя родина.
- Вы из южных земель? - решилась подать голос Катрин.
- Не из самых южных, конечно, из королевства Аквилан. Вижу, и ты оттуда родом? - проницательно заметила Ильгерда.
Катрин кивнула.
- Только я покинула родину в очень юном возрасте. Кажется, мне тогда только миновало пятнадцать лет... Я родилась в королевской семье, мой младший брат должен был в свое время занять престол, а меня сговорили за принца из Данбора.
Помню, стояла сырая осенняя погода, я ехала в сопровождении служанок, и почти все время ревела. Жених, которого мне довелось видеть мельком, вызывал отвращение, нравы соседнего королевства претили всей моей душе, но ослушаться отца я не могла.
Меня охраняла большая свита, в том числе несколько жителей Эрланга, которые во все времена считались лучшими воинами. Один юноша заметил, что я почти все время горюю, и нашел возможность перекинуться со мной парой слов. Я призналась ему, что по прибытии, собираюсь бросится с башни, только чтобы не вступать в ненавистный союз. Во мне тогда говорила молодость, и отчаянная решимость.
Однако молодой северянин проникся ко мне сочувствием, и выкрал, обставив это, как несчастный случай. Мы некоторое время скитались в лесу, а потом он привез меня на свою родину. За что... - пожилая женщина хмыкнула, - получил плетей от своего отца. Все-таки раньше нравы были более суровыми. Однако, его родители оставили меня жить у себя, а он снова покинул остров.
Никогда в жизни, даже в королевском дворце, я никогда не была настолько счастлива и свободна, как здесь. Его мать отнеслась ко мне, как к родной дочери, обучила языку и обычаям. А спустя десять лет, тот юноша вернулся, уже став мужчиной, и я стала его женой.