Неверный муж моей подруги (СИ)

— Дай сюда, — сказал Игорь, обхватывая мое запястье и соединяя на нем половинки. — Это браслет, символизирующий узы любви. Я надену его на тебя, закручу винтик… Вот так. И теперь ты его не снимешь без отвертки, которая будет только у меня.
— Как тебе повезло, Лана! — снова ахнула жена Андрея. — Настоящий любовный браслет «Картье»! Я о нем всю жизнь мечтала!
Она бросила быстрый взгляд на своего мужа, но он заскучал еще на речи Игоря и уткнулся в телефон, не замечая намеков.
Подарив Игорю очередной сертификат на уроки экстремального вождения, которым он неизменно радовался каждый праздник, я сбежала из душной комнаты на балкон. Открыла створку окна и глубоко вдохнула морозный воздух, пропитанный пороховым дымом от салютов и фейерверков, которые начали взрывать сразу после полуночи и, похоже не собирались прекращать.
Браслет холодил запястье, я постоянно его поправляла, порывалась снять — но снова и снова сталкивалась с тем, что без отвертки это сделать не получится.
Достала телефон и уже привычно открыла диалог с Германом, чтобы поделиться тем, что чувствую.
— Представляешь, — полушепотом сказала я пустому экрану. — Этот клятый браслет стоит пять штук евро. Понятно, почему на меня смотрели, как на блаженную, когда я не стала хлопать в ладоши и вешаться Игорю на шею.
Я снова повертела браслет на запястье. Интересно, а в душ тоже с ним ходить? И спать? А если я попаду в аварию, врачи его с меня срезать будут? За такие-то деньги…
— Так и не смогла загадать ничего под куранты. Все пыталась что-то сообразить, но пока они били, в голове вообще была только пустота. Так и простояла, как дура, с шампанским в руке. Разве бывает, что человеку вообще нечего желать?
Экран телефона погас, экономя заряд.
Я снова коснулась его и — случайно нажала какую-то букву.
Быстро стерла, сглатывая подскочившее к горлу сердце.
Под именем Германа зажегся значок онлайна.
Нет! Я же ничего не отправила!
Он не может знать, что я тут!
Или может?
Что он теперь подумает?
Что я снова писала ему признания, а потом стирала, как малолетка?
Господи, какая глупость…
Мы просто знакомые. Он муж моей подруги, а я просто случайная собеседница. Ничего не было и быть не могло. Мы чужие. Совсем чужие.
Совсем.
«С новым годом!», — напечатала я и добавила несколько эмодзи-снежинок.
Вот. Настолько чужие, что я включила его в массовую рассылку с поздравлениями! Пусть скажет спасибо, что не прислала открытку со стихами.
Еще один глоток ледяного воздуха из окна был совсем не лишним.
Когда я вновь посмотрела на экран, там было:
«Я думаю о тебе».
Значок онлайна все еще горел. Я почти физически чувствовала такой же взгляд Германа на экран. Только его сердце вряд ли так отчаянно лупило о грудную клетку изнутри и кончался холодный воздух в легких.
«Это нечестно!» — вот и все, что я смогла ответить.
«Я знаю» — написал он.
Стиснув телефон так, что острые края врезались в ладонь, я вцепилась в подоконник, закрыв глаза и ловя воздух ртом.
За спиной послышался звук открывающейся двери.
— Ты куришь тут, что ли? — спросил Игорь, заходя на балкон.
— Нет.
— Не стоит подавать пример детям, мы потом им не сумеем объяснить, почему курить плохо.
— Игорь, я не курю.
Каждое слово давалось мне с чудовищным трудом.
Каждое слово и каждая улыбка.
— Тебе понравился мой подарок? — он приобнял меня и провел пальцами по внутренней стороне запястья, следуя изгибу браслета.
— Очень! — соврала я, изо всех сил пытаясь выправить левый уголок рта, который не желал улыбаться.
— Мне хотелось сделать для тебя что-нибудь особенное, Лана. Я очень тебя люблю, — шепнул он, зарываясь лицом в мои волосы.
А я стояла заледеневшей статуей, и только телефон обжигал мою ладонь.
Тогда. И мужа тоже!
— С новым годом!
— Спасибо! Ой, я давно хотела эти духи, как ты догадалась?
— По тому, что ты забегала ими душиться?
— Действительно… — засмеялась я, поглаживая округлый бок флакона.
 
После зимних каникул, когда поток народа наконец схлынул и воцарилась обычная посленовогодняя пустота, мы с девчонками решили наконец встретиться и отметить Старый Новый Год в ресторане.
— А это от меня! — Маринка выудила из-под стола два огромных букета из зефира.
Розовый достался мне, персиковый — Натали.
— Ммммм! — Я дотянулась и откусила от самой большой зефирной розы, оставив отпечаток зубов.
— Голодная, что ли? — Удивилась подруга. — Давай закажем уже что-нибудь, не разрушай красоту.
— Я просто предъявила свои права на вкусняшку!
Натали от Маринки тоже достались духи и, судя по ее довольному лицу — тоже удачные.
— Так… — я перелистнула меню и отложила. Есть не хотелось, а коктейли мы уже заказали. — Вы, наверное, тоже ждете от меня что-нибудь рабочее. По путевочке на Мальдивы?
— А как же! — Маринка отодвинула наши подарки в сторону, освобождая стол для подноса с разноцветыми шотами. — На это и был расчет.
Натали с готовностью закивала.
— Могу предложить автобусный тур по Золотому кольцу, — с самым серьезным видом сказала я. — На двоих. Романтика!
— Особенно в январе!
— В июле гораздо дороже, мы еще не настолько близко знакомы, чтобы делать такие нескромные подарки, — я продолжала держаться.
Мы втроем замерли, меряя друг друга взглядами, но я сдалась первой.
На стол легли две маленькие коробочки из ювелирного бутика с нашего этажа.
С его владелицей мы так близко не дружили, а зря! Не пришлось бы тратиться на сережки одной и кольцо другой. Но зато пришлось бы придумывать, что им подарить. Кроме тура на Мальдивы, конечно.
Люблю затишье после Нового Года — все, кто хотел, уже улетели в теплые края на зимовку, раскупили дешевые туры несезонья, а у остальных временно кончились деньги. У девчонок впереди еще был День Святого Валентина, а я уже могла выдохнуть и отправить Тину в отпуск, оставшись одна на хозяйстве.
Впрочем, «хозяйство» не отнимало много времени — я даже домой уходила не слишком поздно. Там с Игорем воцарилось хрупкое перемирие — мы ходили на цыпочках и наперебой готовили друг другу завтраки и ужины, стараясь угодить.
Может быть, еще не все было потеряно?
— Комплимент от шефа! — бойкий мальчик-официант поставил перед нами три вазочки с тирамису, посыпанным золотой пыльцой. — С праздником!
Я обернулась помахать Руслану, владельцу ресторана, который нечасто посещал свое детище, но был таким милым, что обаял практически всех, с кем делил торговую галерею.
— Прощай, диета, — с плохо скрываемым энтузиазмом вздохнула Натали, вооружаясь ложечкой на длинной ручке.
— Можешь отдать мне, я тебя спасу от вредных калорий, — самоотверженно предложила помощь Маринка, но та уставилась на нее так возмущенно, что я снова не удержалась от улыбки.
Я всегда легко заводила приятельские отношения — на работе, на отдыхе, даже в очередях в государственные конторы. Но вот в достаточно близкие они переходили редко. Всегда не хватало какого-то магического элемента, который сделал бы из свинца золото.
Поэтому я так ценила людей, с которыми можно было лет пять не видеться, а потом встретиться и без малейшей неловкости продолжить общаться с того же уровня близости, на котором расстались. Словно мы поддерживали отношения на каком-то высшем уровне.
Как, например, с Полиной…
Чувство вины снова скрутилось судорогой где-то в животе — я просто не успела остановить опасное развитие мыслей. Ничего плохого я ей не сделала — то, что я люблю ее мужа, от моей воли не зависит. Это чувство просто есть, и я учусь с ним сосуществовать.
Живут же люди годами и десятилетиями с хроническими болезнями, от которых не умирают, но и не выздоравливают.