Неверный муж моей подруги (СИ)

— Не может же быть все так плохо, — хмыкнул Герман и полез в карман. — Есть у меня кое-что интересное…
На его ладони лежал… Настоящий компас!
Недоступный топор мгновенно перестал интересовать Макара и Никиту.
— А можно потрогать? — спросили они хором, протягивая лапы.
— Можно, — разрешил Герман. — А знаете, что это?
Я благодарно кивнула ему и поспешила в офис администрации, где подруги уже придержали мне местечко рядом с собой. Не без далеко идущих планов, разумеется.
— Ты его знаешь? — прошипела, склонившись ко мне, Маринка.
Речь шла, конечно, не о пухлом лысом начальнике хозяйственной части, который распинался перед нами о тяжелой жизни уборщиц развлекательного центра.
— Это муж моей подруги, — прошептала я в ответ.
— А чего кольцо не носит! — с такой обидой возмутилась она вслух, что я заржала и не могла перестать хрюкать даже под укоризненным взглядом толстяка.
— Не твоя лига, — посочувствовала ей я.
Но уже поняла, что мне предстоит подробнейший допрос с применением запрещенных средств.
С собрания мы вышли все вместе — Маринка с Натали сказали, что мне опасно ходить одной мимо таких красавчиков.
Я слегка опасалась увидеть разрушенный до основания торговый центр, но, к моему удивлению, Макар с Никитой стояли перед Германом, открыв рты, и внимательно слушали, что он им рассказывает.
— Он похож на Люцифера из сериала, — заметила Маринка. — Досталось кому-то сокровище…
— Чужие мужья только издалека кажутся идеальными, — философски заметила я.
— Ой, кто бы говорил! — возмутилась Натали. — У тебя, может, не такой горячий, но как он на тебя смотрит! А какие цветы покупает!
— О чем я и говорю, — вздохнула я и направилась к Герману, чтобы спасти его от своих детей.
Хотя по мере приближения, я понимала, что он каким-то загадочным образом умудрился их усмирить. Они никогда в жизни так долго не стояли неподвижно. И молча.
— Пираты не могли зайти в ближайший порт, как другие корабли, — услышала я, подходя. — Их бы там сразу повесили. Поэтому они пережидали шторм прямо в открытом море, и у них был специальные штормовые паруса… О, ты уже вернулась!
Герман повернулся ко мне с улыбкой.
В первый раз видела человека, который после общения с моими детьми еще мог улыбаться и даже не одной половиной лица.
— Спасибо большое, что присмотрел, — сказала я. — Все, избавляю тебя от божьего наказания.
— Не-е-е-е-е-ет! — завопили сыновья. — Мам! Мам! Мам! Мы хотим дослушать!
— Мы тогда не успеем за мороженым, — попыталась я спасти положение.
— Ну и фиг с ним! — выразил мнение кивнувшего Макара Никита. — Хотим еще про пиратов!
Я только покачала головой.
Мои дети отказываются от мороженого?
Герман колдун, что ли?
Тогда. У меня кое-что для тебя есть
Герман своими рассказами о пиратах открыл новую эпоху в жизни нашей семьи. Дети потребовали купить каждому по компасу, говорящему попугаю, подзорной трубе и сундуку для сокровищ. Сабли для абордажного боя у них уже были.
От избытка чувств Никита с Макаром нарисовали черные корабли под флагами с перекрещенными костями и черепом и потребовали подарить эти рисунки Герману.
Тащиться в сияющий офис у меня не было никакого желания. Но выбирая между истерикой, которую устроят сыновья, и легким неудобством от попытки прорваться к владельцу банка на личную аудиенцию, я без колебаний предпочла последнее.
К счастью, Герман был в общем зале, когда я пришла, так что совершать подвиги не пришлось.
— Ты можешь сразу выкинуть рисунки, — успокоила его я. — Мне только отчитаться, что я их передала.
— Может, мне сфотографироваться с ними?
— А можно? — я сложила руки в умоляющем жесте. — Неловко было просить…
— Можно, — серьезно кивнул Герман. — Так вся ответственность будет уже на мне. Ты передала подарок, это злой дядя выкинул его в мусор. Пойдем в кабинет, не будем пугать клиентов.
Я быстро сделала несколько фоток Германа с рисунками в руках на фоне его внушительного деревянного стола и небоскребов за окном.
 
— Все, спасибо! Разбойники будут счастливы. Кстати, откуда ты столько про пиратов знаешь?
— Мой прапрапрадед был пират, — с самым серьезным видом заявил Герман. — Думаешь, на какие деньги я банк открыл?
— Правда? — я распахнула глаза. — У тебя были настоящие сокровища?
— Лана… — он мягко улыбнулся и покачал головой — Ты такая же непосредственная, как твои дети. Это ужасно мило. Нет, я просто в детстве любил читать книги про морские путешествия. Вот и весь секрет.
— А компас в кармане держишь с тех самых пор? — хитро прищурилась я.
— Компас купил Марусе, их в школе попросили принести.
Что ж, не так интересно, как прадедушка пират, но тоже ничего.
Дети с этих пор переквалифицировались из разбойников в пиратов и зарылись в энциклопедии в поисках новой информации о кораблях. Вместо того, чтобы носиться по двору с саблями и визжать. И то хлеб.
А с Германом мы стали обмениваться приветствиями издалека. Когда я забегала на третий этаж, то проходила мимо банка и махала ему, если он был в общем зале. Он тоже кивал, даже если висел на телефоне и даже иногда отдавал двумя пальцами честь — по-пиратски.
Так прошел теплый солнечный сентябрь — как смог мягко, он подготовил нас к осени и к разлившемуся дождями и лужами октябрю. Я, как обычно, до последнего оттягивала момент, когда пора из летних туфель и платьев переодеваться в сапоги и пальто. Муж помнил об этой моей придури и с первого дня календарной осени начинал нудеть, чтобы я одевалась потеплее.
Честно говоря, не помогало.
Детей я одевала по погоде, а сама бегала с открытыми плечами и мокрыми ногами. Неудивительно, что в один совсем не прекрасный день я все-таки заболела.
Как назло, Тину я отпустила, и в агентстве оставалась одна.
Сидела за монитором и чувствовала, как неумолимо ползет вверх температура, как леденеют пальцы и мутнеет в голове. Даже в глазах начало двоиться, и строчки с описанием отелей прыгали друг по другу, как мои Никита с Макаром утром у меня по голове.
Горячий чай почему-то не помогал, но я сдалась только когда залезла в ящик стола и выяснила, что истратила последнюю пачку бумажных салфеток.
Делать нечего — надо идти в аптеку. Сегодня мне в любом случае надо продержаться до вечера, пока не придут подтверждения туров, а завтра я подумаю, идти ли на работу.
Аптечный пункт на нашем этаже оказался закрыт, и я потащилась на третий, в температурном бреду начисто забыв про лифты и эскалаторы и преодолевая пешком ступеньку за ступенькой.
В моем перегретом от температуры мозгу оставалась только одна цель — зеленый крестик на вывеске аптеки в другом конце этажа. По сторонам я особенно не смотрела, поэтому не сразу поняла, почему не могу дальше двигаться. Кто-то держал меня за локоть.
Я медленно развернулась и с трудом сфокусировалась на Германе. К счастью, он был черно-белым — костюм и рубашка, поэтому мозгу понадобилось не очень много ресурсов, чтобы обработать картинку и выдать телу приказ улыбнуться и сказать «Привет!»
— Забыл в прошлый раз спросить, где ты работаешь, — низкий голос Германа на фоне температуры создавал интересные эффекты. Казалось — он плывет и отражается эхом от стен, и все вокруг вибрирует ему в такт. — Пойдем, у меня кое-что для тебя есть.
Тогда. Все мужчины любят власть
По пути в кабинет Германа мой мозг, наконец, обработал его слова, и я удивилась:
— Ты не знал, где я работаю? Спросил бы у Полины.
— Что-то в голову не пришло, — хмыкнул он. — Действительно.
— А работаю я в турагенстстве, на втором этаже.
— Любишь путешествовать?
Это был просто дежурный вопрос в рамках вежливой беседы, поэтому я не стала занудно рассказывать, что главное для турагента — отнюдь не любовь к путешествиям, а просто ответила правду: