Совершенное королевство (СИ)

— Судя по тому, как ты меня отговариваешь, там есть на что посмотреть! — Весёлый голос Эрика прозвучал в ответ, и я похолодела, бросив беспомощный взгляд на новообретенную тётю.
Глава 19. Откровение
Эрик
После возвращения со Шпицбергена, в моей жизни произошли несколько изменений. Большинство из них касались Эрнестины и моего отношения к ней.
Не счесть, сколько раз она заверяла меня, что неспричастна к смерти своего мужа — моего отца — но я, ослеплённый ненавистью к ней, и помня наши ссоры и её отношение ко мне в детстве, был глух к словам мачехи. Мне всегда казалось, что случившаяся накануне размолвка между отцом и Эрнестиной, а также приказ короля выпороть её синовей — теперь я понимаю, что они являлись и его сыновьями тоже, но отцовского приказа это не смягчило — и послужили для мачехи катализатором, после чего она и расправилась с обидчиком.
Что же, я был неправ. Даже больше — я никогда в жизни не был так неправ, как в этом моем отношении к Эрнестине, продлившееся долгие годы, и длившееся бы ещё дольше, если бы я не слетал на Шпицберген.
За всё это время она даже не намекнула на то, что Ханс и Йоххан такие же дети короля Густава, как и мы с Мэрит. Она как-то обронила фразу, что их происхождение не менее благородно, чем моё, но я даже подумать не мог, что эту фразу можно воспринимать настолько буквально.
Зачем же она скрывала — и продолжает скрывать — происхождение своих детей? Я обумал этот вопрос и нашел лишь один более-менее адекватный ответ: так она стремится сохранить за ними свободу выбора. Если они захотят взять на себя бразды правления — возьмут. Если же нет, а по словам Эрнестины так и есть — это их право. Кровь ни к чему их не принуждает, и главным образом потому что они, скорее всего, сами не знают, кем был их отец.
— Эрик? — В кабинет заглянула Фрея. — К тебе можно? Не занят?
— Входи, конечно.
Фрея всегда была моем верным боевым напарником, а потому я сразу ей рассказал о нашем с Мэрит открытии касательно братьев. Но была и тайна, в которую я не посвятил ни одну из сестёр — это, конечно же, тайна личности Шпицбергенского регента. Вряд ли эта информация им чем-нибудь поможет, а потрясение будет несоизмеримо велико.
Сестра присела на диванчик и изящно подобрала ноги, выскользнув из белых туфель.
— О чём задумался?
Я неопределённо повел плечами. Заводить серьёзный разговор не хотелось, беседовать без определённой цели — тем более. Вообще не понимаю, что ей могло понадобиться в это время.
— Об Эрнестине.
— Понимаю. — Хмыкнула сестра. — Честно говоря, представить себе не могла, что твой отец мог такое отвесить. Он всегда казался воплощением строгости и приверженцем нравственных взглядов.
— Не во всём. — Ухмыльнулся я в ответ. Обе сестры отлично знали, как часто я попадал отцу под горячую руку.
Фрея смутилась.
— Верно. А Эрнестина… мне она виделась умелой обольстительницей, посмевшей отобрать чужое.
— Но на деле это "чужое" принадлежало ей изначально, но мы не могли этого знать.
В какой-то момент Фрея опустила глаза к полу, после чего взглянула на меня и выпалила.
— Я пришла к тебе попроситься в Британию.
Сказать, что я ошеломлен? Нет, такое заявление меня не могло удивить, ведь я знал, что в Британии остался Фреин предмет обожания.
Как и мой.
— Ты думаешь, что это уместно в нынешнее время? Тем более, что скоро день рождения Мэрит. Как я смогу объяснить Эрнестине твой отъезд?
Прода 15.05
— Эрик, потому я и пришла к тебе, а не к ней. — Терпеливо поясняла Фрея. — Пока Эрнестина меня хватится, я уже буду там. Сам подумай: я ей не очень то и нужна. Она меня ещё в детстве заперла бы в пансион, если бы Корнелия тогда меня не отвоевала.
— Это так, но твоё отсутствие она все равно заметит.
— Эрик, миленький, пожалуйста! — Взмолилась Фрея, и я увидел, как поблёскивают её глаза. — Я не наследница и воспитывалась в твоей семье лишь по милости моей тётушки, почившей королевы Офелии. Если бы не она, из меня вышла бы такая же благородная леди, как и из Хелены. Я прошу тебя взять на себя эту ответственность и отпустить меня к Ривалу, потому что я без него тут завяну.
 
Она знала, куда бить. Миг, и предо мной образ весёлой, смеющейся Хелены в шортах; Хелены в вечернем платье, которое мы выбирали вместе; плачущей Хелены, которой я бросаю обидные слова, уходя. Она была везде, сколько бы я не отмахивался от её присутствия и сколько бы не пытался освободиться от этих навязчивых чувств, завладевших мной вопреки моей воле, но которым я уже ничего не мог сделать.
Хотел ли я, чтобы и Фрея, одна из двух моих сестёр и самых близких людей, изнывала из-за похожих чувств?
— Хорошо, езжай. — Ответил я, и глаза сестры широко раскрылись от удивления.
— Надо же, я и не думала, что ты так быстро согласишься. — Она споро вернула ступни в туфли и подбежала ко мне. — Спасибо, братишка!
Сестра радостно повисла у меня на шее, а мне стало совсем грустно. Нет, лично за Фрею я был лишь рад, но как же хотелось, чтобы объявился такой человек, который мне самому мог дать королевское позволение оставить резиденцию и уехать к любимому человеку в другую страну просто потому, что я так хочу.
Наверное, впервые в жизни я искренне сожалел о своем высокорожденном статусе, при котором обязанностей было много больше, чем привелегий. Даже мелькнула мысль сложить полномочия и отдать трон братьям, дабы быть в состоянии распоряжаться собственной жизнью и возможно даже последовать за Фреей.
Такой поступок, конечно же, был бы ошибкой. Я даже не говорю о том, что мне на такой сюрприз ответила бы Хелена. Нет, подобные мысли из головы нужно решительно выбрасывать.
— Я даже готов тебе помочь, — я погладил сестру по волосам. — Пойдём со мной в библиотеку, напишем несколько прошений на имя Эрнестины, я их сразу и подпишу.
— Да ладно тебе! — Нервно воскликнула Фрея, чуть от меня отстраняясь. — Мы не можем оформить прошения здесь? Это же твой кабинет, он для таких формальностей и создан!
— У меня закончились листы с водяными знаками. — Спокойно пояснил я сестре, наблюдая, как обречённо вытягивается её лицо.
— Ладно, не буду тебя утомлять. — Она залихватски стукнула меня по плечу. — Схожу сама. Будь тут, я их принесу через несколько минут.
Какая же она плохая лгунья! Было откровенно весело наблюдать за тем, как Фрея пытается отгородить происходящее в библиотеке от моего внимания.
— Мне несложно. — Я продемонстрировал сестре самую искреннюю улыбку, на которую был способен. — Не будем терять время. Решим этот вопрос быстро, и ты спокойно уедешь.
Прода 16.05
Как же она старалась отговорить меня от визита в библиотеку! И этим сама себе хуже сделала, ведь ничем иным моё любопытство было не разжечь. Умопомрачительные теории сыпались одна за другой; я едва успевал пораженно качать головой, приговаривая: "Да ты что! Так я тем более должен там присутствовать".
— Там Эрнестина принимает важного гостя! — Фрея едва не бросалась грудью на амбразуру, защищая вход в библиотеку. Она загородила дверь спиной и сложила руки перед собой, свирепо сверкая глазами.
— Будет уместным, если я засведетельствую этому гостю свое высокое почтение, — я мягко отодвинул сопротивляющуюся сестру, отворяя одну из створок.
— Эрик, тебе не стоит туда идти! Пожалуйста!
— Судя по тому, как ты меня отговариваешь, там есть на что посмотреть! — Бросил я Фрее, и, оборачиваясь, зацепил взглядом стройную девушку с длинными чёрными волосами.
— Мадам, моё почтение! — Насмешливо произнёс я, подходя ближе к месте, где она стояла.
Но увидел далеко не то, что ожидал.
Присев на край стола и чуть сощурив глаза, моему взору явилась Эрнестина. Её повседневный безупречный образ был дополнен париком чёрных волос, слишком неестественных для того, чтобы быть натуральными. Я нахмурился: что-то не сходилось.
Воспоследствовала пауза. Королева сохраняла непроницаемое выражение лица, но её нервные движения выдавали волнение; она то и дело поправляла сползающий парик и смахивала с лица воображаемые волосы.