Расплачивайся. Сейчас (СИ)
В дверь опять постучали. Вошла официантка и принесла кофе. Единственное, что я заказала.
Когда девушка ушла, я взяла в ладони горячую чашку. Она обжигала пальцы, но сейчас это практически не ощущалось.
- Вот с тех пор Матео и является моей собственностью, - я подвела итог, смотря на черную, ароматно пахнущую жидкость.
Анджело некоторое время молча смотрел на меня. Атмосфера в комнате была непонятной, а тишина слишком глобальной.
- Я все еще пытаюсь внять тому, что, когда я у тебя спросил про Матео Лонго, ты сказала, что между вами ничего не происходило и вы просто учитесь в одном университете, - Анджело взял со столика пачку с сигаретами и зажигалку. – Но, оказывается, между вами договор и его рабство. Или ты считаешь, что это прямо совсем «ничего»?
- Я понимаю, что мне сразу следовало тебе обо всем рассказать, но, поверь, это и правда не имеет особого значения, - я отпила кофе, обжигая язык. Но после встречи с Лонго я уже вся была обожжена. – Матео появился в моем доме буквально на следующий день после моего разговора с Гаспаро. Я от этого не была в восторге. Зачем нищей студентке раб являющийся сыном главы мафиозного клана? Но думала, что Госпар одумается и скоро заберет наследника и отдаст деньги. Вот только, этого не произошло. И, поверь, Матео вообще не был рад тому, что он стал кому-то принадлежать. Мне казалось, что рано или поздно он мне шею свернет. И, если я что-то и поняла за время проживания с ним под одной крышей так лишь то, что он скорее умрет, чем будет кого-то слушаться и выполнять приказы. Поэтому, есть договор, или его нет, толка от него никакого. Это все равно, что пытаться держать льва на хлипком поводке. Он просто разорвет тебя на части.
- Ты не права. Такие договоры не могут быть простыми, но, прежде чем я сделаю какие-либо выводы, расскажи мне все, что между вами происходило.
Я еле заметно кивнула. И так собиралась ему все рассказать, но насколько же это было не просто. Словно горло сдавливало удавкой.
- Изначально жить с Лонго под одной крышей было еще тем адищем, - произнесла, после чего рассказала о том, как сказала Матео протереть стол и он протер. Мной. Затем рассказала о том, как он меня чуть не утопил в болоте в саду и о том, как показал мне моего бывшего одноклассника у которого частично отсутствовало лицо. Да и не только оно. – То есть, ты должен понимать, что Лонго реально ненормален. Из-за чего я совершенно не сожалею о том, что сегодня вырубила его электрошокером. Жаль лишь то, что в следующий раз навряд ли получится это сделать.
Я взяла ложечку с блюдца и покрутила ее пальцами. То, что я хотела сказать дальше, было вовсе невыносимо.
- Но… Все же иногда мы с ним могли нормально поговорить. Он оплатил ремонт крыши в моем доме. Кое-что купил для меня и… у нас начались романтические отношения.
После этих слов захотелось вырвать себе язык. На несколько секунд я замолчала. Пальцами сжала ложку и уже тише произнесла:
- Но в итоге оказалось, что Лонго лишь пользовался мной, как девушкой. У него есть та, которую он воспринимает, как свою женщину и будущую жену, а я была просто, как временное развлечение.
Я все больше убеждалась в том, что мне невыносимо говорить о том, что между мной и Матео что-то было. Насколько же сильно я сожалела про этот отрывок времени.
- Но сегодня он признавался тебе в любви? – Анджело впервые за последние минуты нарушил тишину. До этого он молча меня слушал.
- Да, но я уже говорила тебе – в таком человеке не то, что любви быть не может. Там даже какие-либо чувства невозможны. Более того, он очень опасен. И сейчас я хочу лишь одного – понять, как бы сделать так, чтобы он больше не смог меня тронуть. А лучше - чтобы мы вообще больше никогда не видели друг друга.
- Возможно, как раз из-за договора будут проблемы с тем, чтобы ваши пути полностью разошлись. В данном случае он для тебя может быть, как ловушка, - Анджело щелкнул зажигалкой, но не отрывал взгляда от моих глаз. - Я наслишан про такие договоры, несмотря на то, что они являются редкостью. Но они сами по себе, как высший знак подчинения.
- Подчинение это точно не про Лонго. Это, скорее, он сам кого-либо подчинит.
- Понимаю. Я уже наслышан про него и мне самому трудно понять, как такой человек кому-либо может принадлежать. И я хочу посмотреть на договор. Понять какие пункты туда включены и то, что сейчас может быть для тебя полезным.
Глава 8 Подчинение
- Я перешлю тебе фотографии договора, - достав из сумочки телефон, я зашла в папку со снимками, сразу выделяя нужные. Я их делала еще давно. Хотела переслать Гравано, но в итоге так и не получилось.
Телефон Анджело зажужжал и он его взял. Разблокировал и взглядом окинул файлы. Их было много. Всего в договоре около ста страниц и, естественно, требовалось время для того, чтобы все изучить. Поэтому, стараясь не мешать Анджело, я пока что не отвлекала его разговорами. Какое-то время пила кофе и пыталась в сети почитать статьи, которые могли помочь мне по учебе. Но все-таки, сейчас информация давалась слишком паршиво.
Поднявшись на ноги, я начала расхаживать по комнате. Огибая диван и подходя к комнатным растениям в огромных вазонах. Пальцами прикасаясь к листьям и пытаясь рассортировать свои мысли. К сожалению, даже это сделать не получалось.
Я все думала о том, что, если бы отец был жив, он бы мне помог. Воспитал бы так, что я была бы готова ко всему. Но, в тот же момент, как его дочь, я ощущала в груди жжение. Так или иначе, но мне следует со всем справиться. Я единственная, кто остался из семьи и не должна опозорить Верди.
Временами я бросала взгляд на Анджело. Он выглядел настолько сосредоточенным, как, казалось, вовсе невозможно. Неотрывным, пристальным взглядом скользил по файлам, иногда листал их обратно и перечитывал. Уже теперь воздух казался тяжелым. Даже давящим.
Так прошло больше трех часов и время уже близилось к полночи. Приходила официантка и, мягко постучав в дверь, сообщила о том, что ресторан уже закрывается. Анджело, не отрывая взгляда от экрана, сказал ей, что за дополнительную плату продлевает эту комнату. Девушка кивнула и ушла.
Увидев, что Анджело наконец-то отложил телефон на журнальный столик и, закрыв глаза, потер веки кончиками пальцев, я села на диван и спросила:
- Ты ознакомился с договором?
- Да. И пока что не могу понять хорошо или плохо то, что я там прочитал.
- Там есть что-то критичное? – спросила, чувствуя, как напряжение лезвием прошло по коже. – Этот договор можно разорвать?
- Нет, - Анджело взял зажигалку. – Такие договоры на всю жизнь. Если человека признают вещью, значит, этого уже не убрать. Поэтому я до сих пор не могу понять, как Гаспар Лонго мог так поступить с собственным сыном.
Выдыхая, я рассказала о том, что у Матео с его отцом явно крайне напряженные отношения. Настолько, что иногда мне казалось, что Гаспар вовсе желал, чтобы его сына не существовало.
Анджело слушал меня молча, но его взгляд стал жестче.
- Ясно. Это кое-что объясняет, - он щелкнул зажигалкой и подкурил сигарету, медленно выдыхая дым. – Пока я искал информацию про Матео Лонго, узнал, что он своеобразный человек с очень тяжелым характером. И во многом его взгляды касательно дел расходились с тем, что делал его отец. Думаю, там все еще сложнее.
- Есть возможность лучше узнать, что между ними происходило? – спросила, смотря на свою уже пустую чашку.
- Я завтра этим займусь, - Анджело посмотрел на свой телефон. – Касательно договора. Есть шаблоны таких сделок. Гаспар в нем кое-что изменил и добавил. Обычно, людей можно передавать или возвращать обратно. Гаспар эту возможность убрал. То есть, помимо того, что ты не можешь разорвать договор, так еще и Лонго принадлежит тебе до конца своих дней. Это ничем и никак не изменить.
Я потерла лицо ладонью. Все же я надеялась на другое. На то, что будет найдена возможность решить проблему, но пока что все лишь усугублялось.