Расплачивайся. Сейчас (СИ)

Время шло. Я уже успела покинуть квартал, но меня так и не нашли. Может, еще не начали искать. Матео ведь вернется минимум через несколько часов. В итоге я села в автобус. Сама не знала куда еду, но вышла лишь на конечной.
Сидя на бордюре и, смотря на небо, я рвано дышала и пыталась понять, что делать дальше. Решение убежать было спонтанным, но, казалось, что без него уже никак.
  
Но куда мне теперь идти?
Я понимала, что не могу обратиться к Лучиане и другим девчонкам. Не хотела их подставлять.
Конто? Он предлагал помощь, но я понимала, что не пойду к нему даже, если мне будет угрожать смертельная опасность.
В итоге, еще долго захлебываясь своими мыслями, я понимала, что у меня лишь один вариант – уехать куда-нибудь. Снять себе квартиру и пока что побыть в ней.
Но… Я почему-то сделала иначе. Поехала к Авелин – к бабушке Матео.
Дорога до нее была очень долгой. Несколько пересадок и часы ожидания на автовокзалах. Никакого сна. Усталость.
Оказавшись в нужном городе, я в первую очередь направилась в магазин посуды Авелин. И как раз там ее застала.
Бабушка Лонго не сразу меня узнала. В прошлую нашу встречу я была в вечернем платье, а сейчас в джинсах, в свитере и очках.
Но, когда Авелин поняла, кто я, в ее глазах появилась тревога.
- Что-то случилось? – она окинула меня быстрым взглядом. Не одежду. Не в ней дело, а в эмоциях на моем лице.
- Да, - я коротко кивнула, только сейчас понимая насколько глупым было решение приехать сюда. Мне нравилась Авелин. Настолько, насколько невозможно передать словами, но она же бабушка Матео. Приехать к ней, это все равно, что сообщить Лонго, где я нахожусь.
Авелин, поняв, что я приехала одна, сама спросила, не поругались ли мы и я, уставшая, еле живая уже не видела другого выхода кроме как кивнуть.
Авелин забрала меня и отвезла в свой дом. Видя в каком я состоянии, отвела в гостевую спальню и сказала мне отдохнуть. И я правда упала на кровать и тут же отключилась. А когда открыла глаза, уже был вечер.
К моему удивлению, Авелин так и не позвонила Лонго. Не сказала, что я у нее. Вместо этого она дождалась, когда я проснусь и усадила за стол, после чего накормила.
Немного позже, мы сидели на террасе. Авелин налила нам вино. Мы его пили, смотрели на звезды, пока женщина наконец-то не разрушила тишину.
- Так, что у вас случилось?
Я понимала, что разговаривать с Авелин про Матео это тоже далеко не самая лучшая идея, но, наверное, была слишком истощена своими эмоциями, из-за чего все-таки решилась на это. Без подробностей. Рассказала лишь про ключевые моменты. В частности о том, что его недоверие сломало все, что между нами было.
Мы долго разговаривали. Я знала, что Авелин обожала Матео, но была очень осторожна в разговоре со мной.
На следующее утро, она разбудила меня предложением вместе приготовить завтрак. И я была благодарна за это. Мне следовало чем-то заниматься, а не захлебываться мыслями.
Позже, мы вместе делали посуду в мастерской. У меня все еще паршиво получалось, но я старалась. Мы кое-что сажали в саду, готовили обед и ужин, а вечером опять пили вино.
Рядом с Авелин было очень спокойно и она все еще не позвонила Матео. Не сказала, что я у нее, за что я была очень благодарна.
  
Глава 62 Дом
 
Стараясь оттереть краску от ладоней, я сделала несколько шагов назад и взглядом попыталась оценить свою работу. Авелин как-то обмолвилась о том, что хотела покрасить окна и я вызвалась помочь ей с этим.
Абсолютно все время, которое я провела в доме Авелин, пыталась постоянно быть чем-то занята, а покраска окон, как оказалось, даже расслабляет. Насколько это вообще было возможно в моем случае.
Убедившись в том, что достаточно хорошо выполнила работу, я собрала кисти, чтобы их почистить. Теперь мне предстояло убрать в этой комнате.
- Ты не устала? – в комнату заглянула Авелин. Она ездила в город, чтобы проверить свой магазин и только недавно вернулась. – Ого, выглядит отлично, - переводя взгляд на окно, женщина приподняла брови.
- Спасибо, я старалась, - ответила с мягкой улыбкой на губах. На самом деле, окно мог покрасить даже ребенок, поэтому, ничего особенного в этом точно не было. Но теперь комната и правда выглядела посвежее. – Сейчас уберу тут и, наверное, займусь окнами в третьей гостевой спальне.
- Давай, лучше ты отдохнешь. Мы и так вчера чуть ли не до ночи занимались садом.
- Я не устала, - качнув головой, я с тихим шуршанием прошла по клеенке, которую постелила перед окном и начала складывать кисти в специальную емкость.
Наоборот, я хотела еще сильнее быть нагруженной.
- Давай хотя бы пообедаем. Я сейчас что-нибудь приготовлю. Я рыбу купила. Думаю, запечь ее.
Этому я возражать не стала. Как раз, когда я закончу с уборкой и очисткой стекол, мы сможем поесть.
Авелин ушла, а я села на клеенку и закрыла банку с краской.
До сих пор мне казалось, что решение приехать именно в этот дом, было далеко не самым лучшим. Рискованным. Возможно, даже ужасным, но, в тот же момент, именно с Авелин я начала хотя бы понемногу оживать и приходить в себя, что, ранее казалось, просто невозможным. Все-таки, она замечательная женщина. Одна из самых лучших, кого я встречала в своей жизни.
Но именно в этом доме я так же, к сожалению, имела соприкосновение с тем, от кого убегала – Матео.
Первые дни мне было очень тяжело. Я постоянно думала про него. На третьи или четвертые сутки, вообще лежала на кровати, чувствуя, как меня раздирает на куски. Хотелось реветь и кричать. Я даже всерьез задумалась о том, чтобы поехать обратно во Флоренцию и вернуться к Лонго. Мне его настолько не хватало, что, казалось, я даже дышать не могла. 
Но я останавливала такие порывы. Жестоко вбивала себе в голову понимание, что они ненормальны. Практически, как болезнь. Ведь, если я вернусь к Лонго… все продолжится так же, как и было. А я ему многое прощала. Даже слишком. Но явно не то, что было в общежитие. И дело даже не в самом этом случае, а в том, что в любой ситуации Матео мог посчитать меня шлюхой. Сделать что-то ужасное, а я… не такого желала от парня, с которым намеревалась прожить всю жизнь.
Я солгу, если скажу, что не думала о том, как можно было бы исправить то, что случилось. Все пыталась понять, в чем состояла моя вина. Как мне было лучше поступить. Загрызала себя такими размышлениями. Чувствовала себя никчемной и ущербной.
До тех пор, пока не стало окончательно больно. Еще несколько дней похожих на самые нижние круги ада, в которых душа плавится, умирает и, лишь после того, как я окончательно разрушилась, начала постепенно собирать себя по кусочкам.
В этом была огромная заслуга Авелин. Она словно тонко чувствовала мои эмоции и постепенно помогала выйти из них. Нашими прогулками, совместной готовкой еды, изготовлением посуды, долгими разговорами и вечерними бокалами вина. Так, что я хотя бы начала приходить в норму.
Временами я еще заходила в ту комнату, в которой обычно спал Матео, когда приезжал к Авелин. Тут имелись кое-какие его вещи. Рубашки в шкафу. На столе даже лежали наручные часы и от кровати исходил запах одеколона Лонго. Я садилась на ее край и смотрела в пустоту.
Первые разы моего пребывания в этой комнате были похожи на пытку. Против воли я вспоминала все, что было между мной и Матео. Хорошее и плохое. Все это пронзало сознание. Изувечивало его. Грубые прикосновения Лонго. То, как он срывал с меня одежду. Как неистово брал прижимая к стене, или накрывая меня собой на кровати.
  
Переживая все эти воспоминания, я еле боролась с желанием немедленно покинуть эту комнату. Хотя бы из-за осознания того, что Матео все еще мне не безразличен.
Но, тем не менее, я оставалась. Хотела все это пережить. Пропустить через себя. Свыкнуться с тем, что уже теперь мы не вместе и мне на него глубоко плевать.
Это была колоссальная работа над собой. Трудная и даже болезненная, но со временем у меня получилось заходить в эту комнату и ничего не чувствовать. Больше не реагировать на запах одеколона Лонго.