Лабиринты чувств
«Наверное, знает, сколько стоит этот свитерок, — усмехнулась про себя Юлька. — Если, конечно, Олька не прихвастнула…»
Квентин подал ей меню, но Юлька отрицательно мотнула головой.
— Мне салат и какое-нибудь мясо. Он удивленно приподнял брови.
— Что ты будешь пить?
— Все равно.
Он явно не мог понять такого пренебрежительного отношения к священному процессу ресторанного ритуала. В быстрой скороговорке английских фраз, адресованной официанту, Юлька уловила несколько незнакомых названий. И теперь с интересом ждала, что же это такое появится перед ней, уж больно долго колдовали на кухне над их заказом.
Квентин рассказывал, как много ему предстоит сделать в этот приезд. Но Юлька не могла сосредоточиться на деталях установки производственных линий. Она видела только пронзительные ярко-голубые глаза, высокий лоб с небольшими залысинами — «умничками» да слышала проскальзывающие в его голосе волнующие интонации, когда он говорил: «Джулия»…
Ну вот… засмотрелась и даже не заметила, что, собственно, поглощает из поданной тарелки. Механически запихивала в рот непонятные ломтики чего-то, мельком отмечая, что вкусно, а сама не прекращала разговор, ведь Квентин хотел узнать, чем она собирается заниматься в ближайший месяц, чтобы почаще выкраивать время для встреч.
У него график насыщенный, а у нее так и вообще непонятный. Кто может точно сказать, когда ей дадут группу и камеру для съемок сюжета и сколько ей придется проторчать в монтажной. Да еще, не дай Бог, выпадет ночная смена…
— Тебе понравилось? — спросил Квентин.
Юлька удивленно посмотрела на пустую тарелку.
— Что?
Он хмыкнул и немного огорченно сообщил, что она слопала, даже не заметив, консоме из морских гребешков, трепангов и миног под китайским соусом.
После ужина они вновь поднялись в номер. Теперь уже с твердой решимостью отдать должное роскошной широкой кровати.
Квентин включил массивное бра в изголовье и картинным жестом откинул шелковое покрывало.
Пока он возился с тугим узлом галстука, Юлька быстро разделась и скользнула под одеяло. Она с наслаждением вытянулась на прохладной простыне, чувствуя, что ужасно устала от дневной беготни.
Теперь они не спешили. Квентин тщательно разместил на вешалке костюм, улыбнулся Юльке и скрылся в ванной. Оттуда донеслось журчание душа.
«Педант», — ухмыльнулась Юлька. Она потянулась к сумочке, достала сигареты и закурила.
И тут как будто увидела себя со стороны и сама ужаснулась. Представьте себе картинку — в гостиничном «люксе» лежит голая девица, дымит сигаретой и поджидает клиента. А он окидывает ее оценивающим взглядом и совсем не торопится, ведь гигиена важнее…
Она подскочила, словно ее пружиной подкинуло. Лихорадочно натянула вновь одежду и на цыпочках скользнула к двери.
Фу, какая пошлость! Как банально! Дежурный звонок, девочка по вызову, оплаченный ужин и гостиничные ласки на скорую руку…
Интересно, в скольких странах он бывает по долгу службы? Сколько городов объездил? Вероятно, такие девочки у него зарезервированы повсюду… От которой из них он явился в Москву? От черноглазой маленькой тайки? Или от высокой крепкотелой шведки? А здесь она для разнообразия…
Юлька брезгливо передернула плечами и тихонько закрыла дверь.
Сквозь шум воды Квентин не услышал, как она уходила.
Такси мчалось по ночным улицам.
Юля рассеянно смотрела на мелькающие огоньки домов и думала о своем. Она никак не могла разобраться в охвативших ее чувствах.
Да, она вела себя легкомысленно. Но разве до этого ее жизнь была по-монашески строгой? Разве она не поддавалась стихийно охватывавшим ее порывам?
Она никогда не интересовалась у своих возлюбленных, с кем они встречались до нее, ведь ясно, что взрослый человек не может не иметь прошлого. И сама бы с негодованием пресекла подобные вопросы. Было и сплыло. Есть то, что есть.
И почему ее вдруг так оскорбило предположение, что она для этого чопорного американца не более чем очередная любовница? Разве он давал ей какие-нибудь обещания? Разве брал на себя обязательства хранить верность?
Да и что криминального в том, что она позволила себе заняться любовью в гостинице? Разве с Денисом на лестничной клетке было менее предосудительно?
Можно представить, какое было у Квентина лицо, когда, выйдя из душа, он нашел пустой свою широкую кровать …
Юлька вдруг улыбнулась, как озорной мальчишка, и тихонько засмеялась. Водитель удивленно покосился на нее.
Конечно, такие вещи не рассказывают первому встречному, но Юлька патологически не могла удерживать в себе интересную информацию, ей тут же хотелось поделиться, хоть с кем-нибудь… Она повернулась к таксисту и сказала:
— Я журналистка. Мы проводим небольшой психологический опрос. Скажите, что бы вы почувствовали, если бы пригласили в гости женщину, которая вам нравится, заказали шикарный ужин, приготовились заняться любовью… Но отлучились на пару минут, а вернувшись, поняли, что она от вас сбежала?
— Обокрала? — уточнил шофер.
— Упаси Боже!
— Тогда почему?
— Просто так… Не знаю…
Он подумал секунду:
— А зачем тогда пошла?
— Хотела… А потом передумала…
— Передумала?! — Он насупился.
— Ага. Ваши действия.
Шофер помолчал и мрачно изрек:
— Убил бы.
Ого! Вот это русский менталитет! Хорошо, что Квентин иностранец…
Глава 4
КИПУЧАЯ БУЧА
А в нашей буче, боевой, кипучей…
И того лучше! -
Юлька тихонько напевала задорный мотив, пока привычно неслась по запутанным коридорам «Останкино». Впрочем, она не понимала тех, которые тут блуждали, терялись и жаловали. Сама Юлька здесь ориентировалась с легкостью, запомнив все с первого раза. И ничем эта громадина не сложнее лестниц переходов в ее собственном доме…
Работа всегда доставляла ей удовольствие, и, окунувшись в привычную круговерть, Юлька разом выбрасывала из головы все житейские проблемы и сердечные заморочки.
В маленькой редакционной комнате было накурено и, как обычно, толклась целая куча людей. Кто по делу забежал, а кто просто поболтать. Причем говорили все разом, одновременно не слушая друг друга. Да еще телефон поминутно трезвонил. В общем, типичная атмосфера редакции молодежных новостей. Юлька здесь себя чувствовала как рыба в воде.
Юлия, я очарован!
Юлия, я так взволнован!
За одну твою улыбку
Готов полжизни я отдать… —
Долговязый оператор Костя подскочил к Юльке и закружил ее в импровизированном танце, насколько позволяла развернуться теснота переполненной комнатки.
Александра бросила трубку на рычаг и тоже повернулась к Юльке:
— Наконец-то! А я тебе звоню!
— А что, я такая незаменимая? — немного пококетничала Юлька.
— Незаменимых нет, — отрезал Андрей Васильевич. Юлька притихла, поглядывая на нахмуренного шефа: — Что-то случилось?
Он пожал плечами:
— Ничего, за исключением того, что вы, мадам, не готовы к сегодняшней съемке.
— А разве сегодня? — растерялась Юлька.
Сюжет об эстрадном шоу в ночном клубе «Русская тройка» планировался на завтра. На этот вечер по плану был выезд на презентацию молодежного Дома моделей. Но разве можно быть твердо уверенной в планах, когда работаешь в горячих новостях?
— Все течет, все меняется, — философски заметил Костя. — Хочешь кофе?
— Давай.
Юлька нашла свободный стул и принялась копаться в папках со сценариями.
Обидно, что это шеф напустился? Ведь ее даже не предупредили.
— Мы тебя уже три часа ждем, — возмущался Андрей Васильевич. — Все собрались, а автор где-то шляется! И тебе без разницы, пойдет твой сюжет в эфир или нет? Так скажи, я заменю, пока время есть.