Рецепт апокалипсиса от Учих СИ)

— Нии–сан, я же просил не усердствовать так, — я закрыл ладонью его истекающие кровью глаза. — У меня есть запасной план.
— Со мной все в порядке, — упрямо ответил Итачи.
Впрочем, быстрое сканирование показало, что ничего серьезного с ним действительно не произошло, и небольшое количество медицинской чакры убрало все последствия.
— Мне кажется, или Мадара сражается с нами не в полную силу? Он даже древесного дракона не вызвал, хотя вроде бы должен уметь… Упс, кажется, сглазил.
Как раз в этот момент вокруг Евы сомкнулись кольца огромного растительного дракона. Она хотела уйти, уменьшившись в размерах, но Мадара это предусмотрел, и кольца сжались настолько плотно, что между ними и мышь бы не проскользнула.
— Саске! У дедули крыша совсем съехала, он всерьез хотел меня убить! — в этот раз Ева переместилась ко мне через внутренний мир, и теперь высовывалась из–под безрукавки. — А еще эта штука здорово чакру высасывает.
— Что ты ему сказала, раз он так взбесился?
— Да так, — лиса пожала плечами с самым невинным видом. — Просто поинтересовалась, кто его воскресил. Похоже, Мадара до сих пор не в курсе, и это его печалит.
Кажется, Еве удалось по–настоящему разозлить нашего воскрешенного родственника, и тот перестал размениваться по мелочам, врубив мокутон на полную катушку. Вокруг нас в считанные секунды возник причудливый лес из прихотливо изогнутых гигантских ветвей и корней. Растущие деревья вырвали из земли скальный пласт размером с несколько футбольных полей и подняли его в воздух, словно летучий остров, на котором начала формироваться какая–то непонятная древесная техника.
— Саске, не пора ли переходить к запасному плану? — как–то неуверенно спросила лиса.
— Не пора, у меня еще не пробудился риненган, — отрезал я. — Ева, переходи в режим Королевы и принимай максимальный размер! И бомбу биджу начинай готовить, а то от тебя пока вообще толку не было, один вред.
— Зараза, — пробурчала лиса, но приказу подчинилась и мгновенно увеличилась в размерах, одновременно переходя в полуматериальную форму. — Однажды я тебя собственноручно прикончу и съем!
— Да–да, я тебя тоже люблю.
Тем временем, Мадара успел завершить свою технику, и у него получилось что–то вроде древесного Сусаноо, только пострашнее обычного. Этим чудищем пусть Ева занимается, а я решил взять на себя дедулю и сразиться с ним безо всяких этих гигантских наворотов. Клон докладывал, что кендзюцу у нашего родственничка не особенно впечатляет, поэтому я переместился вплотную к Мадаре и навязал ближний бой. Кусанаги просто дрожала от нетерпения, желая впиться в плоть такого сильного противника, она, кажется, забыла, что он состоит из пепла и праха. Однако дедуля оказался куда лучше, чем мы предполагали, впрочем, у него опыта боев было куда больше, чем я на этом свете прожил. К тому же, мы оба сражались в «мини–версии» Сусаноо, состоящей из грудной клетки и «костяной» руки, появляющейся по необходимости. Штука в ближнем бою, конечно, очень полезная, но до чего же раздражает, когда точно такая же есть у противника!
— Ты стал бы главой клана, даже если бы не остался одним из последних Учих. В Вечном Цукиеми клан снова будет цел, и ты будешь управлять им, — Мадара предпринял еще одну попытку «соблазнить» меня.
— И зачем мне этот геморрой? Управлять толпой самовлюбленных засранцев, к тому же сдвинутых на всю голову… Да все Учихи — первостатейные психи! Вот хотя бы на себя посмотри.
Мне показалось, что от моего нестандартного ответа Мадара немного замешкался, и я немедленно воспользовался брешью в его защите. Мне, наконец, удалось пробить грудную клетку Сусаноо, и Кусанаги пронзила бывшего главу клана насквозь. Я даже успел порадоваться несколько секунд, прежде чем выяснилось, что меня умело заманили в ловушку. Двухметровые деревянные шипы мгновенно выдвинулись из земли и прошили мое тело сразу в нескольких местах. Изо рта хлынула кровь, и боль была просто адская, поэтому я тут же отключил чувствительность.
— Ты забыл, что я бессмертен в отличие от тебя, малыш, — Мадара посмотрел на меня почти с сожалением.
 
— С чего ты взял, что меня можно так просто убить? — я ухмыльнулся и материализовался за спиной у Мадары, в этот раз уже рассекая его пополам.
— Неплохо, — воскрешенный мог говорить, даже будучи разделенным на две половины.
Его тело частично рассыпалось крупными хлопьями пепла, но голова осталась относительно цела. Это значило, что у нас есть примерно пара минут на то, чтобы запечатать его. И где же Итачи со своей Тоцуки но Цуруги, когда он так нужен?
— Но, похоже, твой брат оказался не таким живучим…
Я понял, что случилось непоправимое, еще до того, как слова Мадары достигли моего сознания. Мне даже не надо было поворачиваться, чтобы увидеть, как нии–сан медленно–медленно, словно в замедленной съемке оседает и падает с глайдера.
 Глава 19 
 
— Итачи!!!
Младший Учиха бросился к брату и успел подхватить падающее тело. Только вот всем присутствующим было ясно, что с такими ранами Итачи не жилец.
— Прости, Саске… — только и смог проговорить он, прежде чем умер.
— Никогда!
А дальше последний живой Учиха повел себя очень странно — выхватил меч и воткнул брату в живот, после чего тело умершего исчезло в яркой вспышке. Медленно поднявшись, Саске слизнул с клинка кровь.
— Ммм… самая вкусная кровь из всех, что я пробовал.
Учихи все немного сумасшедшие, но этот просто бил все рекорды. Впрочем, глупо было бы ожидать от него адекватности после такого потрясения.
— И что ты скажешь теперь, когда я убил твоего брата? — Мадара решил воспользоваться моментом и окончательно сломать противника.
— Я скажу тебе… — Учиха выпрямился и вернул клинок в ножны. — Спасибо, Мадара. Наконец–то я свободен. Итачи столько лет держал меня под гендзюцу, не давая ни капли свободы, что сейчас я просто в бешенстве.
Словно в подтверждение этих слов вокруг фигуры юноши заклубилась бордово–фиолетовая дымка, от которой веяло невероятной силой. Это было даже не ки или какая–то техника. Чистая чакра словно бы испарялась с поверхности кожи, и под действием этой мощи тело Саске начало меняться — кожа посерела, волосы удлинились, глаза превратились в озера тьмы с горящими в них красными звездами Вечного Мангеке Шарингана, а за спиной распахнулись огромные кожистые крылья. Они ударили по воздуху раз, другой, длинный шипастый хвост стегнул по земле, и Учиха взлетел.
— Мадара, ты тут главный злодей, но на самом деле всего лишь пытаешься добиться мира во всем мире. Ты просто жалок. Всю жизнь старался для блага других, и все что получаешь в ответ — лишь проклятия, — в голосе Саске отчетливо слышалось шипение. — Вы, шиноби, постоянно жалуетесь на войны, хотя сами их и развязываете. Но ни один из вас не видел настоящей войны — когда люди гибнут не тысячами, а миллионами, когда дети умирают от голода прямо на руках у матерей, когда стариков убивают просто ради развлечения… Реки, красные от крови, и леса, превратившиеся в оплавленные пустыни… Выжившие, завидующие мертвым, и разлагающиеся заживо. Я покажу вам настоящую войну, я сам уничтожу этот лживый мир!
— Саске! Не позволяй тьме поглотить тебя! — Казекаге не мог больше безучастно смотреть на то, что происходит с его другом.
И пусть у него почти не осталось чакры, он был полон решимости спасти Саске, даже если придется отдать свою жизнь.
— Гаара, — изменившийся Учиха повернулся к нему и неожиданно тепло улыбнулся. — Я наконец–то понял, почему ты мне нравишься. Наши души так похожи, и из тебя тоже вышел бы прекрасный демон. Настоящий демон, а не эти бедные зверушки, которых тупые человечки довели своей ненавистью до сумасшествия. Я убил уже стольких, что даже в Аду смогу занять неплохое место в иерархии. И самое смешное, это все благодаря вам — тебе Мадара, и вам, Каге. Еще раз, что ли, спасибо сказать или слишком жирно будет?