Рецепт апокалипсиса от Учих СИ)

 Глава 4 
 
Хокаге недрогнувшей рукой подписала миссию на уничтожение Орочимару, но я заметил, что для нее это было не так уж легко. Сколько лет уже прошло, а ей до сих пор тяжело принять тот факт, что ее товарищ по команде стал преступником.
Труднее всего оказалось объяснить Наруто, почему мне надо уходить почти сразу после того, как я вернулся.
— Ты же ведь постоянно на тренировках будешь, нам и увидеться будет некогда, — я привычно взъерошил светлые волосы. — К тому же я не надолго ухожу, закончу миссию и вернусь. А еще ты можешь в любой момент со мной поговорить, главное, телефон не потеряй.
— Но…
— И я хочу, чтобы ты кое–что для меня сделал. Мне вернули наш особняк, но там почти три года никто не жил. Там теперь нужно ремонт провести и уборку. Присмотришь за этим? Я открыл на твое имя еще один счет, так что о расходах можешь не беспокоиться. Мне бы очень хотелось в следующий раз вернуться именно домой, а не в гостиничный номер.
— Хорошо, — Наруто шмыгнул носом. — Но я все равно не хочу, чтобы ты уходил.
— Да ты и не заметишь моего отсутствия, у тебя теперь столько дел будет, что вздохнуть некогда, — попытался я его подбодрить.
Ответом мне стало секретное дзюцу «глазки–как–у-кота–из–Шрека», Наруто все–таки научился ему у меня. Я не удержался, и притянув к себе, устроил обнимашки, благо мы сейчас были одни, и никто нас не видел. В детстве я его постоянно тискал, но сейчас–то нам уже по шестнадцать, и посторонние могут не так понять. Поэтому приходилось сдерживаться и довольствоваться лишь взъерошиванием его волос. Наруто пытался вырваться, но как–то не всерьез, видно, ему тоже нравилось, однако он думал, что в его возрасте это уже несолидно. Зато я отвел душу впервые за три года, Итачи–то особо не потискаешь, он сразу начинает смотреть на меня с жалостью и выражением лица типа «бедный Саске, у него опять очередное обострение сумасшествия».
Но вот у Наруто начались тренировки по контролю над чакрой ветра. Выпускать он ее уже умел, теперь осталось только научиться придавать ей атакующую форму. А я отправился в путь. Миссия во времени меня не ограничивала, ведь предполагалось, что мне сначала надо еще найти месторасположение секретной базы Орочимару. Провожали меня Сакура с Саем. Куноичи, кажется, хотела заплакать, но сдерживалась из последних сил, и даже Сай вроде бы выглядел расстроенным.
— До встречи, — я помахал им рукой. — И звонить не забывайте.
С этими словами я создал глайдер и отправился навстречу новому приключению. Ну, по крайней мере, это остальным так должно было показаться, а на самом деле я просто собрался в гости к Итачи. Нии–сан после того, как ушел из Акацуки, инкогнито поселился в Стране Горячих источников, и я полностью одобрил его выбор. Эта страна по большей части представляет собой один большой курорт. Цены здесь, конечно, кусаются, но нукенин S-ранга вполне может позволить себе такое удовольствие.
— Нии–сан! — я повис на нем прямо с порога, как только он открыл дверь.
Я буквально всем телом чувствовал, как отступает угроза очередного приступа. В каноне не было ничего про наши теплые отношения с братом, и это меня здорово успокаивало.
— Это было невыносимо, — пробормотал я, уткнувшись в его плечо. — Я заранее знал все, что они скажут, и это сводило меня с ума. Мне хотелось кричать и творить что–то странное, лишь бы они прекратили вести себя так, будто играют роли в театре.
Итачи сочувствующе погладил меня по голове, а с его скупостью проявления эмоций, это была едва ли не наивысшая форма отзывчивости. Я чуть отстранился и заглянул ему в лицо.
— Скажи мне что–нибудь странное, — попросил я.
Лицо нии–сана на миг приняло удивленное выражение, а потом он слегка усмехнулся.
— Ты полный идиот, Саске.
Я вытаращился на него в изумлении.
«Ты же сам меня всегда хвалил за ум!» — хотел я воскликнуть, а затем сообразил, что он имел в виду.
— А ты высокомерная, заносчивая задница, — радостно ответил я и снова его обнял. — Но я все равно тебя люблю.
 
— Твои слова… Ты правда так думаешь? — странным тоном спросил брат.
— Ну… часть про задницу можно опустить. А в остальном… Ты ведь и сам постоянно за собой это замечал. Но не переживай, тебе даже идет таким быть. Главное, не забывай, что излишняя самоуверенность ни к чему хорошему не приводит.
— Я запомню, — задумчиво пообещал нии–сан.
Несколько дней я провел в блаженном ничегонеделании. Мы даже тренировки почти не проводили, потому как негде. Вместо этого, изменив внешность, одну за другой обходили все местные кондитерские и горячие источники. Не то чтобы мы особенно опасались нападения кого–то из Акацуки, никто из них не стал бы связываться с Итачи, да и со мной тоже, правда, немного по другой причине. Но не хотелось, чтобы нам испортили отдых. Кстати, нии–сана еще не вычеркнули из книги бинго, но Тсунаде уже предприняла какие–то шаги в этом направлении, усиленно копая под Данзо. Уж не знаю, удастся ли ей свалить этого мамонта, или мне все же придется как в каноне самолично его убить.
Четыре дня спустя я наконец–то решил заняться своей миссией. Местоположение базы Орочимару я представлял себе довольно смутно, но, думается, даже если я буду ходить по тому лесу с закрытыми глазами, все равно наткнусь на вход в его убежище. В целом так оно и вышло, должен признать, иногда предопределенность — не такая уж плохая штука. Барьер, окружавший базу, я заметил вовремя и не потревожил его. Моя Матрица в развернутом виде спокойно прошла сквозь него, и я материализовал новое тело уже за пределами сигнальной границы. Создав пару десятков миниатюрных клонов–шпионов, я разослал их на поиски Орочимару. Они быстро обнаружили личные покои змеиного санина и развеялись, передав информацию мне. Больше в убежище не было никого, кроме Кабуто, выполнявшего роль сиделки. Похоже, Орочимару не хотел никому демонстрировать свою слабость.
— Как ты сюда проник? — потрясенно спросил он, когда вместо Кабуто, удалившегося за лекарствами, в его комнату вошел я.
— Ты еще спроси, зачем, — усмехнулся я, доставая клинок из ножен. — Кстати, спасибо за меч. Мы с Кусанаги оказались просто созданы друг для друга.
Лезвие мгновенно удлинилось, пронзив санина насквозь. Тот был настолько ослаблен, что даже уклониться не мог.
— И тут я бы должен был выдать пафосную речь о том, что все твои дзюцу ничто перед силой шарингана, но мне как–то влом. К тому же ты все равно сейчас умрешь, и я не вижу смысла напрягаться.
Я дернул меч вверх, но тут изо рта Орочимару вырвалась какая–то тень и метнулась в сторону, мгновенно увеличиваясь. Миг спустя она превратилась в гигантского белого монстра, сложенного из множества змеиных тел и уродливо преобразившейся головы Орочимару.
— Паршиво выглядишь, Оро–чан. Ты разве никогда не слышал, что по–настоящему смертоносные вещи должны быть красивы? Пытаясь достичь совершенства, ты на самом деле все больше и больше от него отдалялся.
— Я заберу твое тело, Саске!
— И зачем я вообще с тобой разговариваю? — риторически спросил я, молниеносно разрубая одну за другой метнувшихся ко мне змей.
С моей скоростью отбивать атаки не составляло особого труда, да и форма змея в исполнении Орочимару представляла опасность скорее для чувства прекрасного, чем для чего–то еще. Кусанаги прекрасно порубила его на куски и недовольно завибрировала — вкус змеиной плоти не пришелся ей по вкусу. Я стряхнул с клинка густую, почти черную кровь.
— В следующий раз порубим кого–нибудь повкуснее, — пообещал я ей.
— Яд белой змеи испаряется на воздухе и действует как паралитическое средство, — змеи пришли в движение, заново сложившись в Орочимару–монстра, правда в этот раз он был намного меньше размером, так как часть разрубленных пресмыкающихся осталась лежать на полу.
— Я в курсе, — ответил я. — А ты, если бы был чуть внимательнее, заметил, что я не дышу.
Змей бросился в последнюю отчаянную атаку, но я с легкостью отсек ему голову, и вонзил клинок, напитанный чакрой молнии, в глазницу, чтобы мозг наверняка оказался уничтожен. С этими бессмертными никогда не знаешь, чего ожидать, лучше уж перестраховаться.