Няня для наследницы клана (СИ)
Я не выдержала:
— Грег?
— Да вот смотрю на тебя и не понимаю… — откликнулся тот.
Я в недоумении вскинула брови. О чем это он?
— Я чувствую в тебе эльфийскую магию, но она как бы запечатана, и не подвластна тебе полностью. Причём магия довольно сильна, даже сквозь блок она прекрасно ощущается.
— Блок? Запечатана? Как это понимать?.. — наверное, я выглядела растерянной, потому что даже словила сочувствующий взгляд от Ненель. А вот Кайни даже подскочила на месте:
— Лорд Радари, что вы имеете ввиду?!
А эльф-то не так прост, как кажется. Лордами в Эльфии называли только представителей старинных эльфийских родов. Тот поморщился:
— Мисс Кайниэль, прошу вас, просто Грегуар. Можно "дядя Грег", но не лорд. Женившись на человеке, я уже не могу более представлять свой род, вы же знаете.
— Но кровь-то от этого у вас не поменялась, — резонно заметила малышка, — Хорошо, буду звать вас иначе, прошу меня простить.
Я во все глаза смотрела на эльфийку, сейчас передо мной сидела маленькая аристократка, наследница могущественного клана. Она склонила голову в знак согласия, а затем, как ни в чем не бывало, повернулась к Альяне, сказав ей что-то на эльфийском. Потом, все же вспомнив свой вопрос, она заново обратилась к эльфу:
— Дядя Грег, а что это значит, почему у Оливии стоит блок на магии? Как такое возможно?!
Грегуар не ответил, лишь повернулся к бывшей сокурснице:
— Тари, посмотри, пожалуйста. Конкретно я не могу сказать, кто поставил блок на магию. Но дело в том, что его может снять только тот, кто его поставил. Потому что это вмешательство в психику, здесь надо действовать очень осторожно, есть риск потерять память при неправильном воздействии!
Тари повернулась ко мне. Её взгляд подернулся дымкой. Она словно впала в какой-то транс. Я даже не догадывалась о ментальных способностях королевы. По мне прошелся холодок, и пусть я чувствовала, что мне ничего не грозит, и вреда мне не причинят, но хотелось закрыться в свою раковину наглухо. Я понимала, что я, наоборот, должна помочь подруге. Постаралась максимально расслабиться, открыться. Даже глаза закрыла.
Послышался судорожный вздох королевы.
— Фух… Что я могу сказать. Ливи поставила этот блок сама.
Я удивлённо распахнула глаза. Перевела взгляд на Грега, а тот удовлетворённо улыбнулся:
— Что-то подобное я и предполагал.
Таралин продолжила:
— Чужого вмешательства я не чувствую.
Я взмолилась:
— Объясните мне, пожалуйста, я ничего не поняла!
Грег охотно пояснил:
— Твой магический потенциал велик. Но на нем стоит блок, который ты сама себе поставила когда-то. Вряд ли ты хотела этого специально, возможно, это получилось случайно. Представь свою силу ввиде айсберга. На поверхности воды лишь верхушка, а основная часть — под водой. Так вот, ты привыкла пользоваться "верхушкой" айсберга. Образно говоря, то, что под блоком — это часть айсберга под водой. Если ты снимешь блок, то ты сможешь пользоваться всей своей магией.
Я магически сильна? Никогда бы не подумала… Но тогда все сходится. Артефакт памяти ведь тогда показал мне, Кларисса назвала меня очень сильным ребёнком. Будучи в утробе матери, мне удавалось скрывать себя от магического сканирования. Я засомневалась, а нужно ли мне это? Снимать блок со своей магии? Двадцать два года мне удавалось жить, пользуясь магией, и я никогда не ощущала себя неполноценной. Задумчиво протянула:
— Почему я могла этого захотеть? Получается, что запечатана именно эльфийская сторона магии? Я думала, что полукровки не могут быть магически сильны.
Грегуар покачал головой:
— Нет, это не так. Полукровки могут быть даже сильнее, чем обычные эльфы. Потому что могут пользоваться обеими сторонами своей магии. У твоих родителей, у обоих, болшой магический потенциал, и ты не могла не унаследовать его…
— А как же изначальная эльфийская магия? Чем она отличается от обычной? — задала я вопрос, который не давал мне покоя с тех пор, как я узнала, что носителем такой магии является Кайниэль.
— А вот с этим все сложнее, — прищелкнул языком эльф, подходя к своей дочери и подхватывая её на руки. Малышка закапризничала, но на руках у отца тут же успокоилась. Я невольно улыбнулась этой картине. А Грег продолжил:
— Изначальная эльфийская магия очень могущественна. Во-первых, Кайниэль подвластна магия стихий. Во-вторых, у неё должна быть сильно развитая интуиция, на грани предвидения. Не исключено, что потом Кайни сможет видеть последствия своего выбора, и потому выбирать наиболее правильный. В-третьих, она способна усиливать магию, вложенную в различного рода артефакты.
Кайниэль молча слушала о себе в третьем лице, не выказывая никаких эмоций. И только когда я задала следующий вопрос, девочка встрепенулась, заинтересованно поглядев на эльфа.
— Что представляет собой артефакт Жизни?
— Ооо, это воистину уникальный артефакт! — глаза Грегуара загорелись чистым восторгом. — Он способен вытягивать из окружающего пространства потоки магии и концентрировать её в сгусток энергии. Из эльфийских летописей я узнал, что однажды артефакт смог вернуть к жизни Правителя Эльфии, Сегизмунда первого. Вот какой силы артефакт в руках клана Чёрной розы!
— Кто же его изобрёл? — и пусть я задала вопрос Грегу, но ответила на мой вопрос сама девочка:
— Наш предок. Артефакт Жизни по праву пренадлежит нашему клану! — её голубые глаза, казалось, полыхнули огнём, а губы сложились в тонкую нить.
Грегуар поспешил заметить:
— Мисс Кайниэль, никто в этом не сомневается. Скажите, пожалуйста, а вы видели его своими глазами? Как он выглядит? — эльф даже подался вперёд, ожидая ответа девочки. Но та его разочаровала:
— Я его видела, но ничего говорить о нем не буду.
Эльф попытался её уговорить, но эльфийка стояла на своём, убедить её раскрыть хотя бы чуть- чуть завесу тайны артефакта, не удалось.
И пусть я понимала, что Грегуару можно доверять, но была солидарна с девочкой. Это тайны её семьи, и она вправе их не разглашать.
Таралин выглядела усталой, да и я, собственно, вымоталась с переездом. А маленькая Альяна давно уснула на отцовских руках-качелях. Королева вызвалась сама проводить семью до их покоев, и мы с девочкой, наконец, остались одни. В нашей спальне теперь стояли две кровати, но мы решили спать на одной, которая была пошире. Когда мы уже умылись и переоделись в пижамы, а Кайни даже успела юркнуть в постель, прихватив медвежонка, услышали стук в дверь.
Глава 16
Сердце ёкнуло в груди, а дыхание перехватило. Владим? И тут же сама себя одёрнула. Неужели я всерьёз увлеклась им? Чуть дрогнувшим голосом сказала:
— Войдите.
В комнату шагнул Владим. И только взглянув на него, усталого и обеспокоенного, меня накрыло жгучим стыдом. Я же ничего не сказала Таралин о Роймаре! Сидела тут преспокойненько разговаривала с эльфом, и даже не удосужилась сообщить королеве о том, что братишка мужа пострадал от неудачного эксперимента. Я ахнула и прижала ладонь ко рту, коря себя на чем свет стоит.
Владим нахмурился:
— Что с тобой, Оливия?
— Я… забыла сказать Таралин о Роймаре. Понимаешь, я забыла! Мне очень стыдно, правда… Она была у меня тут со своими друзьями, а я даже не вспомнила про мальчика!
Мужчина смягчился и шагнул ко мне:
— Это хорошо, что ты ей не сказала. Ей нельзя волноваться. Она бы помчалась к нему, разволновалась бы. А так, я сказал Вольфу, и он был уже у него. Рой пришёл в себя, все хорошо. Вольф сам расскажет супруге обо всем случившемся. Первым делом Магстер вылечил ожог на лице, так что шрама не останется. И знаешь что?
Я, все ещё расстроенная своим поведением, лишь пожала плечами.
— Он говорит, что теперь точно вычислил ошибку в расчётах!
Я не удержавшись, рассмеялась, а следом засмеялся и Владим.
— Всё ясно с диагнозом, — отсмеявшись, проговорила я.
Владим вскинул брови, ожидая продолжения.