Фиктивный жених

Он видел Полину своей невестой. В этом свадебном платье и без него.
Игната разрывало на части.
Пальцы забарабанили по кожаной оплетке, стоило остановиться у подъезда. Но долго ждать не пришлось. Полина вышла через мгновение в легком желтом сарафане поверх белой футболки. Она несла спортивную сумку, и Ках поторопился выйти, чтобы помочь.
Сумка оказалась легкой. Придержав для Поли дверцу, Игнат закинул сумку на заднее сиденье.
  
– Все в порядке? – спросил он, возвращаясь за руль.
Мультяшка выглядела раздосадованной.
– Ничего не в порядке, – вспылила она и сложила руки на груди. – Я зашла, а Егор в это время развлекался с подружкой. Им что, спальни мало? Больше никогда не сяду на этот диван.
– Совсем от рук отбился, – добавил Ках, смеясь.
Но Полине было не смешно. Она бросила на него укоризненный взгляд.
– Он даже не спросил, все ли у меня хорошо, почему я вернулась и куда ухожу, – произнесла она с обидой в голосе.
– Ну, во-первых, ты сама сказала, что вы с одноклассниками празднуете второй день выпускного. А во-вторых, ты уже взрослая девочка. Брату тоже нужно устраивать свою личную жизнь.
– Но ты же один, – искренне возмутилась она. – В двадцать два парни точно не думают о длительных отношениях.
Игнат лукаво улыбнулся. У него было всего мгновение для принятия решения. Чертово мгновение, после которого он мог промолчать или закопать себя.
Ему не нравилась привязанность к Полине. Он не мог дать ей тех отношений, какие она заслуживала, и это была та правда, которую он принимать не желал. Разумом.
– Кто тебе сказал, что я один? – произнес Ках со сдержанной усмешкой.
Выражение лица Полины изменилось. Кажется, она растерялась. Часто заморгала и перевела взгляд на дорогу впереди. В салоне повисло молчание.
Игнат завел авто и тронулся с места. Они так и ехали в тишине до «Грецкого ореха» – небольшого уютного кафе. Там подавали завтраки в любое время суток, а к ним – пирожные и кофе.
Машина остановилась у обочины напротив кафе, но Поля не торопилась отстегивать ремень безопасности. Сложив руки на груди, отвернулась от него и смотрела на дорогу.
– Она красивая? – спросила неожиданно.
Ках не поверил своим ушам. Неужели все это время Мультяшка думала о его нынешней девушке? О той, с кем Игнат время от времени спал.
С губ сорвался короткий смешок.
– Мне нравится, – ответил он, внимательно наблюдая за реакцией Полины.
Подушечкой большого пальца она елозила по ногтю указательного и старательно не смотрела на Игната.
Новый виток молчания оборвался очередным вопросом:
– Ты ее любишь?
Игнат едва не рассмеялся. По телу разливалось необъяснимое удовлетворение. Неужели она ревновала? Или думала, что такой, как он, всерьез никому не нужен?
– Мультяшка, по-моему, это не твое дело, – ответил парень, раздражаясь не на нее, а на свою последнюю мысль. – Я и так взялся помогать тебе задаром, а благотворительность не мой конек.
Поля подняла на него удивленные глаза. Эти огромные голубые глаза, из-за которых так сильно ворочалась проклятая совесть.
– Я могу тебе заплатить, – заявила она, а нежный голос дрогнул.
– Не смеши, – отмахнулся Ках, пинками заталкивая едкое сожаление как можно глубже. – Так мы идем? Или передумала?
Из машины Полина выходила молча и все с теми же скрещенными на груди руками.
Атмосфера между ними ощутимо изменилась. Поля все так же делала фото, но без прежнего энтузиазма. Толком не поела, гоняя креветки по тарелке. Да и Игнату при взгляде на нее кусок в горло не лез.
Чувствовал себя подлецом, укравшим у ребенка мороженое, но так было лучше. Он готов помогать, готов участвовать в этом безумстве, но ему нужны границы. Решетка, через которую не пролезть до ее сердца.
Он сам себя уничтожит, если сделает это с ней.
– Куда дальше, Мультяшка? – спросил он, когда чай в чашке закончился.
Поля грустно улыбнулась.
– В цветочный салон на Октябрьском. Там есть красивые фотозоны.
Глава 7. Будущее 
И снова Мультяшка. Снова.
Во рту появилась горечь, когда мы садились в машину. Дело было не в чае, который я пила без сахара, а в прозвище. Оно приклеилось так давно, что я уже и забыла причину его появления.
А теперь вспомнила.
Игнат часто гостил у нас дома. Они с Егором обычно торчали в комнате, но в тот день выбрались в гостиную, где я смотрела диснеевский мультик. Это была «Алиса в стране чудес».
Мы так громко спорили, кто и что будет смотреть, что из кухни выбежала мама. Она встала на мою сторону, потому что к телевизору я пришла раньше, и парням ничего не оставалось, как ждать, пока мультфильм закончится.
За схожесть с диснеевской Алисой Игнат прозвал меня «Мультяшкой». Он был зол и хотел обидеть. Как сегодня.
Это прозвище осталось со мной на долгие годы. За это время он произносил его с разными интонациями. На мой восемнадцатый день рождения в его голосе даже слышалась нежность, но я всегда воспринимала его как старшего брата. Потому что так было положено. Не знала, кем. Просто я так привыкла.
Но сегодня детское прозвище отчего-то снова обидело. Ках будто до сих пор не воспринимал меня всерьез. Он вырос, я тоже, но парень словно не видел этого, не замечал.
Неужели я совсем ему не нравилась? А может, была неприятна, как противная младшая сестра?
Или дело все же в девушке? За какие качества он выбрал ее? Почему полюбил?
За что вообще мужчины любят женщин? Отчего теряют голову и отдают свое сердце?
Что Андрей нашел в Кате такого, чего не было у меня? Безбашенность? Отсутствие правил?
Я приходила домой ровно в десять, а она гуляла ночи напролет. Я штудировала учебники и пособия для сдачи экзаменов, а она танцевала в клубах и веселилась до самого утра. Вика часто бывала с ними в одной компании. Как начинающий блогер, она все время скидывала короткие видео с их тусовок, и я видела все.
Все, что Катя позволяла Андрею. Откровенные поцелуи, касания, фривольное поведение на глазах у сотни чужих людей. Неужели мужчинам нравилось именно это?
В горле пересохло, голова заболела. Наверное, любимая Игната была именно такой. В моих мыслях она походила на Катю и вела себя свободно не только наедине с ним. Не была моралисткой.
Мне казалось, все парни выбирали таких: легких на подъем, беспечных, иногда безрассудных. Никого не интересовали медалистки и аттестаты с отличием. Никого не интересовали такие, как я.
– Полин? – негромко окликнул меня Игнат.
Поймав себя на том, что невидящим взглядом пялюсь в лобовое стекло, я мотнула головой. Не знала, как давно мы припарковались на обочине у цветочного салона.
Проморгавшись, я нервно усмехнулась и первая вышла из авто. Над машиной возвышался серый столб с огромным баннером. Реклама предлагала полетать в аэротрубе в здании напротив. Кажется, это был знак. Всегда мечтала посетить этот аттракцион для детей и взрослых.
– Пойдем, – поторопила я Каха и на этот раз сама взяла его за руку.
Дистанция – вот что нам действительно требовалось, но для моей лжи следовало играть правдоподобно. О том, что это театр, забывать не стоило.
В цветочном салоне «Имерика» было целых два зала. В первом стояли комнатные растения, мягкие игрушки на металлических стеллажах, а чуть дальше можно было заказать клубнику в шоколаде.
Второе же помещение использовалось как холодильник. Температура здесь была значительно ниже. Руки озябли, но я не обращала на это внимания. До тех пор, пока Игнат не накинул мне на плечи свою рубашку.
– Спасибо, – я даже растерялась.
– Выбрала что-нибудь? – поинтересовался он как ни в чем не бывало.
  
Рядом с нами тут же появилась консультант. Я собиралась заказать букет Вике на день рождения, но для начала прикинуть разные композиции.
Одну из них можно будет выдать за букет невесты.
Здесь фотографий я сделала заметно меньше. Игнат участвовал лишь в двух, а после просто стоял в стороне у стойки с клубникой, уткнувшись в телефон. Оплатив заказ и доставку на утро тридцатого июня, я подошла к парню.