Космос. Меридиан (СИ)

Хорошенькая разумная в зеленом брючном костюме стояла на фоне дворца Селесты и вела прямую трансляцию хорошо поставленным голосом по одной из официальных информационных платформ КС.
- Поэтому на этой церемонии будут соблюдены все традиции посвящения нового главы правовой комиссии, дабы напомнить каждому разумному жителю КС об их священной важности, и мы сейчас подробнее расскажем про все этапы церемонии, но для начала я покажу вам знаменитый дворец Селесты, ставший манифестом начала новой космической Эры землян!
Девушка повернулась, камера, облетев ее по кругу, взмыла вверх и устремилась к сверкающим шпилям дворца, вокруг которого кружили другие камеры, не решаясь подлетать ближе, потому что защитное поле уже собрало за пару дней внушительный урожай из камер. Дворец не мог похвастаться изяществом внешнего облика, он воплощал в себе силу воли человечества. Огромные прямые сваи, удерживающие конструкцию, уходили ввысь, скрывая между собой отражающие пространство стекла. В дворце не было чего-то уникального с точки зрения современных технологий, но его главным достоинством было время и монументальность строгих, величественных форм. Разумные на фоне выступающих как снаружи, так и внутри свай казались песчинками и сверху почти невозможно было разглядеть заполнивших площадь разумных, ожидающих, когда широкие двери распахнутся и можно будет войти в подготовленный для церемонии зал, даже титаны казались не более чем оловянными солдатиками.
В репортаже официального СМИ, вещавшего о важности истории, никто так и не обмолвился о том, что этот дворец построен мутантами, которых в то время никто не притеснял за их внешний вид, и целью строивших этот дворец было продемонстрировать величие победы разумного человека над дикой природой, над неприступным, загадочным космосом. Пока камера кружила над дворцом, а ведущая рассказывала о том, что чистейший сегодня пройдет процедуру преклонения колен перед советом евгеников и ритуального отсечения волос в честь отказа от своего благородного происхождения в пользу служения совету евгеников, являющихся истинными наследниками традиции наследия чистейших, вокруг дворца наметилось оживление и блуждающие неподалеку гости потянулись ближе к лестнице.
Двери высотой в несколько десятков метров словно впитали в себя все знаменательные события человечества, воплотив их в множестве переплетенных между собой человеческих фигур, повествующих о нескончаемой борьбе человека над обстоятельствами, и все это многообразие сюжета складывалось в символ эволюции, несуществовавшей без кризиса. Как меч куется в огне, так и человек остается человеком, лишь преодолевая сковывающие его ограничения и из века в век все дальше раздвигая горизонты своих возможностей.
Гости постепенно поднимались по лестнице, в конце которой их никто не встречал, официально не представлял и никаких пояснений не давал о том, куда им следует идти в представшим перед ними огромном помещении, поэтому густой поток гостей хаотично разбредался по помещению, с насмешкой разглядывая устаревшие технологии графической иллюстрации. На всех вертикальных поверхностях, кроме стекол, крутилась скрывающая старые стены анимация, на которой мелькали официальные изображения символов аристократических кланов, входящих в совет КС, и двух древних ИИ, один из которых отвечал за процедуру расширения прав разумных, а другой контролировал законность всех процедур, касающихся совета евгеников.
У входа находилась сертифицированная голограмма ИИ, гарантирующая безопасность организованного мероприятия и предупреждающая о том, что проходить дальше огороженной зоны в конце помещения нельзя и мероприятие начнется, как только прибудут Августин, попечитель евгеника Магдал, сам евгеник, носитель ИИ и венчающийся кандидат. В дворец запустили лишь несколько журналистов, зато дали разрешение залететь всем камерам прибывших СМИ, поэтому над толпой словно стая жирных мух кружили камеры, то нагло подлетая к гостям, буквально врезаясь в лица, то поднимаясь вверх на несколько десятков метров и снимая оттуда крошечные фигуры гостей.
  
- Боже, какое убожество... – протянула идущая рядом с Зали аристократка. – Такое чувство, что мы на древнем базаре. Зря ты так наряжалась. – Женщина насмешливо улыбнулась, разглядывая шикарное платье аристократки, которое смотрелось просто нелепо на фоне дешевых голограмм дворца.
- Должно же быть тут хоть что-то прекрасное, – растянув алые губы на тяжелой челюсти пошутила Зали, чьи глаза совсем не выражали веселья, скорее напряженность и подозрительность.
Аристократки подошли к невысокому, но очень широкому подиуму в конце огромного помещения, которое заканчивалось треугольником мутного стекла, где сейчас так же кружилась анимация, уходящим так высоко, что его шпиль было сложно разглядеть. В целом вся конструкция была вытянутой треугольной формы, подпираемая сваями, между которыми были прозрачные стекла, пропускающие солнечный свет, с противоположной стороны дворца подобное стекло было полностью прозрачным, за ним виднелись вращающиеся гравитационные стержни Селесты и усыпанный звездами космос.
- О Боже, какой позор! – вещал один из аристократов берущему у него интервью журналисту. – Я, правда, многого и не ждал от землян, но уж настолько пасть... это, конечно, нужно постараться. Могли бы взять кредит у моего банка и я бы с удовольствием одолжил денег Августину для того, чтобы он смог подобающе встретить гостей, но не так же, – мужчина обвел ладонью с длинными ногтями стены с голограммами. – Хорошо хоть слуг своих одели нормально. – Эй! – он пощелкал пальцами, пытаясь подозвать стоящих в нескольких метрах от них военных с Земли. – Эй вы! Принесите мне что-нибудь выпить!
Двое молодых мутантов-военных в идеально отутюженной форме с алыми крыльями на шевронах, хоть и с заметной мутацией, были все же приятны взгляду. У одного за спиной виднелись два белоснежных крыла, которые не позволяли ему летать, но одного их удара достаточно, чтобы и без всякого оружия, которое нельзя проносить в дворец, раскрошить аристократу голову, смотрелся парнишка сущим ангелом. Другой имел приятную наружность и из внешних мутаций у него были заметны разве что желтые глаза рептилии и небольшой запас яда за губами, которые сейчас растянулись в насмешливой улыбке. Парочка и не подумала сдвинуться с места, хотя толпившиеся вокруг них аристократы очевидно ожидали обратного.
- Да вы только посмотрите на этих бесстыжих дикарей! – завелся аристократ, чью просьбу проигнорировали на глазах не только всех присутствующих, но и той многомиллиардной аудитории, которая сейчас смотрела прямую трансляцию через камеры. – Зазнавшиеся отбросы! Теперь-то вы узнаете свое место! – брызжа слюной на микрофон журналиста, кричал аристократ. – Благо главарю вашей шайки хватило мозгов преклонить колено, до того, как ему снесли голову!
Почти все камеры в помещении стянулись к эпицентру конфликта, стараясь заснять каждую деталь происходящего, и неизвестно чем бы все закончилось, если бы не появился главный распорядитель и не объявил о том, что прибыл евгеник и его попечитель Магдал Вуивр. Все, включая журналистов, мгновенно забыли о конфликте и поспешили к дверям, чтобы успеть занять места поближе, кто-то уже был на лестнице, ожидая гостей.
Магдал словно здоровенная темная ворона в темно-синем костюме шел под руку с хрупким Пикси, с трудом удерживающим на худеньких плечах вес благородного жемчужного кимоно.
- Жемчужный – парадный цвет чистейших евгеников! Только имеющему чистую кровь и прошедшему процедуру венчания евгенику позволено облачаться в жемчужный цвет! – вещал по прямой трансляции ведущий, цепко наблюдающий, как парочка поднимается по длинной лестнице, а стоящие по бокам аристократы почтительно преклоняют колени и опускают головы, не смея поднять взгляд на евгеника. Это лишь на церемонии венчания, когда чистейший еще не евгеник, позволялось открыто смотреть на него, но теперь, когда перед ними поднимался повенчанный евгеник, никто, кроме опекуна, не смел прямо смотреть на облаченного в тяжелые церемониальные одежды бледного юношу, чьи длинные рыжие волосы были собраны в изящную прическу. Даже камеры не рисковали приближаться ближе чем на пять метров.