Академия Правителей. Дилогия (СИ)

– Щекотно, – безумно хохоча, гомункул шагнул навстречу ведьме. – Плетей… Д‑а‑а! Определённо стоит начать с плетей.
Стоящий передо мной конструкт Морба уже абсолют [7]. То есть раз в десять более трудно убиваемый, чем прежний Ульрих. Из‑за огромного скачка в силе его регенерация стала в разы сильнее.
Ведьма шибанула в гомункула разрядом со второй перчатки и сразу выдала связку из «Доменной Печи» и «Дыхания Дракона». Первое плетение создало область сильного жара. Этакую адскую сковороду на ползала испытания. Камень под ногами конструкта Морба расплавился, ненадолго его замедлив.
  
Сорвавшееся с правой руки Ведьмы «Дыхание Дракона» превратилось в поток ревущего пламени. Гомункул задействовал технику «Плюс», прикрепив себя к полу. Не поступи он так, реактивная струя сдула бы его, впечатав в стену.
Отбив Территорией область действия «Доменной Печи», я перешёл в контратаку. Действуя на автомате, создаю «Каменный Молот» и направляю в сторону Ведьмы. Пришло время пустить в дело стихию, заимствованную от «Мудрого» Каа.
Вынырнувшая из пола каменная глыба походила на широкий плавник акулы. Она рассекла поток огня от «Дыхания дракона», выступив волнорезом. Весь зал превратился в филиал ада. Воздух выгорел с концами.
«Каменный Молот». Ещё один! Затем третий и четвёртый. Даже за счёт усиления Властью мои импровизированные «волнорезы» едва держались под напором рассеянной волны «Дыхания Дракона».
Ведьма резко прыгнула вбок, швыряя в сторону своё тело подрывом «Фаербола». Там, где только что стояла воительница, расцвёл «Огненный Цветок». Небольшой участок зала покрылся льдом.
[Точно Ульрих!]  – с недоверием смотрю на конструкт Морба. – [Даже техники его скопировал.] 
«Огненный Цветок» – это энтропийная техника стихии огня, направленная на резкое поглощение тепла, а не на его выделение. В области поражения появляется диковинный цветок изо льда. Чем больше жара, тем больше площадь оледенения.
Вшу‑вшу‑вшу!
Второй, третий, четвёртый… Обугленный гомункул швырял «Цветки», целясь в воительницу. Ведьма прекрасно понимала, что её враг тоже SS‑ранга [7]. Потому она уклонялась от атак или сбивала их на подлёте. Лёд и пламя. Зал испытания трещал из‑за резких температурных перепадов. С потолка посыпались камни от лопнувшей облицовки.
Хрусть.
Одна из рук обугленного гомункула с хрустом вывернулась назад и швырнула в мою сторону «Огненный Цветок» и связку из трёх «Капель Магмы».
Вшу‑вшу‑вшу!
Я уже не успевал уклониться из‑за разницы в возможностях физического тела. Мягко отклоняю Территорией «Цветок» в сторону потолка. Затем Властью отбиваю «Капли» в сторону Ведьмы. Следом, наплевав на жар и расход маны, бегу по раскалённому полу влево. Гомункул снова оказался между мной и воительницей.
Ведьма ловко сбила две «Капли Магмы» веером «Огненных Пуль», а третью тоже отбила Властью.
– Слушай, Тоха! – вдруг я услышал в шаге от себя голос Паши‑инопланетянина. – Родители тебя на ужин зовут. Говорят, не прочь познакомиться с моим другом… Мама, наверное, хочет спросить про Наташу и её подругу.
Кидаю короткий взгляд на источник звука. Паша… Рыжий ты пришелец!
– ТЫ **** здесь откуда⁈ – ору в сердцах, танцуя на раскалённом полу.
– Где здесь? – Паша в недоумении огляделся. – Цепелин, ты что, в ад попал? То‑то я дозвониться не могу.
– Паш, я в нём сейчас живу! Свали домой, – я глянул рыжему за спину. – Ох ты ж! Эта хрень тоже здесь.
Проследив за моим взглядом, Паша оглянулся и краем глаза увидел существо, парившее за ним – жуткого гуманоида с тремя парами глаз, терновым венцом на голове и кожистыми крыльями. Оно резко сместилось, снова уходя в слепую зону зрения Либе.
Видимо, условия EX‑Врат даже ЭТО создание вынудили перейти в обычное пространство.
Ведьма снова выстрелила разрядом. В этот раз била с двух рук сразу, создав мощную «Цепную Молнию».
Бабах!
Тело уже восстановившегося гомункула разорвало на куски. Остаток разряда – в виде роя слабых молний – прошёл сквозь облако пламени конструкта Морба и полетел ко мне.
В последний миг я успел создать «Пылевую завесу» – идеальную контртехнику для заземления молний. Несколько искр прошли сквозь неё, угодив в мой «доспех духа». Крутивший головой Паша вообще не пострадал. Его глаза и естественная скорость восприятия попросту не поспевали за ходом схватки, проходящей под предельным «Ускорением».
За миг до контакта с роем искр вокруг тела Павла возник силовой барьер, поглотивший заряды. Существо за спиной Либе легонько… Совсем чуть‑чуть пошевелило пальцем.
[ОНО вмешалось, защищая подопечного.] 
В тот же миг ударная волна швырнула меня в сторону стены. Даже находясь под «Ускорением», я не смог разглядеть момента исчезновения Павла. Мгновение – и его снова нет… Как нет и половины зала.
Бабах!
Волна чистого разрушения приняла форму конуса. Она снесла мою «Пылевую завесу», как мощнейший ураган сносит пыль на подоконнике. Разорванное тело гомункула превратилось в фарш. Пламя сдуло, будто кто‑то задул свечу.
По иронии судьбы конструкт Морба принял на себя бо́льшую часть ударной волны. Стоявшую за ним Соломенную Ведьму тоже разорвало на куски. Каменный пол, стены и даже потолок – всё перепахало.
Волна сжатого воздуха прошлась по залу несколько раз. Меня швырнуло о стену, потом о пол, перепаханный до размеров гальки.
Казалось, висевшая у потолка звезда‑судья Морба сейчас охреневала больше всех. Появление Паши она не заметила, смотря за схваткой Ведьмы и гомункула, как за главными действующими лицами. А потом – бац… И всё закончилось.
Раскалённая звезда Морба подлетела ко мне, зависнув на расстоянии вытянутой руки. Взгляд её единственного глаза прошёлся по мне сканером… В итоге не найдя ничего, что могло бы выдать удар ТАКОЙ заоблачной мощи.
Облетев меня по кругу, звезда Морба нехотя приняла решение. В дальней части зала стали открываться двери, ведущие в комнату наград. Мне же было не до них.
[Воздух!] 
Я рванул… Точнее, кое‑как доковылял до коридора, ведущего на второе испытание, из которого недавно вышла Ведьма. До него ближе, а у меня уже круги перед глазами из‑за недостатка кислорода.
Пройдя сквозь пелену силового барьера, я добрых полминуты приходил в себя. Тело била дрожь из‑за хрен пойми как пережитого сражения. Два двинутых на всю голову абсолюта‑пироманта [7] и я, пытающийся не отсвечивать на их фоне слишком сильно.
– ПАША! – огляделся, проверяя, не появился ли рядом инопланетянин. – ЧТО ТЫ ТАКОЕ? Мы же в EX‑Вратах! Как ты вообще здесь оказался?
Ладно… Дышим ровнее. Буду считать, что не зря дал другу на своей машине покататься. Сегодня Наташа и её подруга спасли мне жизнь.
Придя в себя, я сделал ещё несколько глубоких вдохов, насыщая организм кислородом. Теперь надо пробежать через третий зал, чтобы попасть в комнату с наградами.
Снова пройдя через барьер, я вскоре оказался в зале с раскалённым воздухом. «Доспех духа» задрожал, держась на куске изоленты и крепком слове. Ещё чуть‑чуть и развалится.
Гомункул уже запёкся, а вот Ведьма удивила. Её разорванное на куски тело почти полностью собралось обратно. Красный плащ! Тот самый EX‑артефакт, что в прошлый раз превратил её в мумию, сейчас сработал иначе. Распустившись едва ли не до ниток, он заново собирал свою хозяйку. Фрагменты волос и те соединялись, а красный плащ потихоньку исчезал.
– Это уже ни в какие ворота не лезет! – смотрю Ведьме в глаза. – По шкале жестокости Раскольникова я получил уже три бабушки… В смысле, балла за первый раз. Теперь ещё три! Сколько можно воскресать из мёртвых?
  
Присев над телом Ведьмы, я положил руки на её грудь. Воительница осталась совсем голой, но меня интересовал не внешний вид, а состояние духовного тела и души. Внешне – стройная смуглокожая женщина около тридцати пяти лет. После инициации тело Розалии перестало стареть. Так что Ведьма намного старше, чем выглядит.