Вик Разрушитель 2 (СИ)

— Наташа, а кто у Куракина в свитских? — поинтересовалась Света.
— Они из мелкопоместных дворян, — ответила Тучкова, — служат их Роду лет двести, не меньше. Васильев Григорий, он самый старший из всей компании, ровесник Алексея. Потом Сашка Агапов, Володя Собакин — с ним можно общий язык найти, ну и Сережка Харитонов. Не ахти свита, но эти ребята зубами цепляются за возможность посредством службы выползти в свет.
— Могли бы в армию пойти служить, — проворчала княжна. — Дармоеды.
— За них есть кому служить, — вздохнула Наташа. — Тот же Вик, скорее всего, выберет армейскую стезю. Причем, не где-то в столичном гарнизоне, а на пограничных рубежах. Кто же ему позволит в теплом местечке штаны просиживать.
Света промолчала о планах старшей родни пристроить Вика совсем в другое место. Впрочем, оно ничем не отличалось от армии по степени опасности. Княжна дурой себя не считала, и прекрасно понимала, что из приемыша растят мощного Разрушителя, способного нейтрализовать любую магию. Даже ту, которой владеет императорский клан. А для начала пристроят к дяде Василию, чтобы набрался опыта в реальных боевых условиях. Не выпустят его из рук Булгаковы, если император не вмешается.
Насупившись, она стала глядеть в окно, снова мучительно размышляя, на самом ли деле Вик попал в беду; или все же он решил убежать от них, испугавшись своего будущего? Поразмыслив немного, Света пришла к мысли, что Волховский никогда бы не бросил свой любимый экзоскелет. Судя по всему, управление «экзоскелетом» для него — будущая карьера, через которую вполне можно получить дворянский титул. Значит, Куракин и в самом деле врет. Но куда же тогда подевался Вик?
3
Тяжело отдуваясь после лестничного марша, словно ему не хватало воздуха, полицмейстер города Евпатория Семушкин Игнат Яковлевич постарался сесть подальше от окна, которое было плотно закрыто, несмотря на духоту в кабинете. А все от того, что работал кондиционер. Да толку от него совсем мало. Наверное, фильтры забиты, вот и не прокачивает необходимое количество живительного холодка.
С неприязнью полицмейстер, нацепивший на себя приличествующий моменту костюм, взглянул на худощавого рыжего мужчину из городской лаборатории, которому было все нипочем в легкой рубашке с коротким рукавом. «Обрядить бы тебя в шерстяную попону, да на два ряда — посмотрел бы на тебя, — думал Игнат Яковлевич. — Хотя, сам сглупил. Никто ведь не мешал надеть тот новый бежевый костюм из тонкого хлопка. Сейчас бы не мучился. Визит-то неофициальный».
Иван Булгаков ожидал приезда только одного человека — из лаборатории. Появление полицмейстера удивило. Ему-то что надо? Все, кто занят поисками мальчишки, находятся в «поле». Или уже нашли?
Показав жестом Семушкину, что обязательно с ним поговорит, но позже, Булгаков продолжил слушать господина Арефьева, имевшего должность старшего руководителя в отделе генетики и анализа крови. Того самого, на которого возлагал большие надежды.
— К нашему счастью, маркеры крови оказались подвержены точному анализу, — сказал рыжеволосый мужчина, покосившись на полицмейстера. — Пришлось, правда, использовать магические реактивы, чтобы ускорить выход данных по всем линиям проверки.
Булгаков про себя ругал толстого хряка, припершегося к нему столь неожиданно и без предварительного согласования. Вон как уши навострил, слушая, о чем говорит Арефьев. Еще обвинит его в злоупотреблении своим положением, и даже не должностным, а по праву статуса. Вой поднимется такой, что до императора докатится. Цапнут за хвост — и уже не отбиться.
— Как мы и предполагали с самого начала, — рыжеволосый все-таки заволновался, но увидев легкий кивок хозяина дома, продолжил, — кровь трех человек. Двоих мы идентифицировали как принадлежащих к роду Харитоновых и Васильевых. У третьего же весьма интересные показатели… Кха!
— Третий и есть мой опекаемый Викентий Волховский, — быстро прервал лаборанта Иван. — Предоставьте мне устный отчет по этому случаю, я сам прочитаю.
Арефьев с облегчением передал тонкую папку Булгакову, снимая с себя необходимость касаться весьма щекотливой темы высокородных наследников. Он не дурак, быстро сообразил, что весь сыр-бор начался из-за мальчишки. Результат анализа, пришедший рано утром, ошеломил мужчину. Ему было совершенно непонятно, почему потомок Мамоновых и Гусаровых живет в семье Булгаковых. Вероятно, здесь была замешана история с вирой. Иногда высокородные семьи расплачиваются за какое-нибудь преступление или вину одним из детей, предлагая их в качестве аманата, то бишь знатного заложника, или виры до определенного срока. Впрочем, как человек разумный и осторожный, генетик, а по совместительству еще и консультант-евгеник, Арефьев предпочитал больше молчать и выполнять услуги аристократов. Не дорос он до нужных высот.
 
— Харитоновы и Васильевы, — задумчиво покатал на слух эти фамилии Иван. Где-то он слышал о них. Но сразу и не сообразить. Надо звонить отцу, который уже в курсе происходящих событий. Или все-таки попросить Старейшину узнать об этих персонажах?
— Спасибо, Георгий Петрович, — Булгаков прижал папку ладонью. — Я изучу материал, и если возникнут вопросы — свяжусь с вами. Не против?
— Да вы что, Иван Олегович! — с удивлением развел руками Арефьев. — В любой час дня и ночи!
Откланявшись, он покинул кабинет, а Семушкин тяжело пошевелился в кресле, провожая его взглядом.
— Вы обратились в лабораторию напрямую, минуя определенные для таких мероприятий разрешения? — на всякий случай уточнил полицмейстер.
— Да, — с вызовом ответил Иван, глядя в тусклые навыкате глаза собеседника, отмечая, какие у него кустистые брови, неухоженные, торчащие в разные стороны метелками. Неужели так трудно выщипать их или подстричь маникюрными ножницами? Раздражение накатило неожиданно, и так же схлынуло, подобно морской волне. — Обстоятельства вынуждают меня действовать в обход установленных правил. Мой подопечный Викентий Волховский пропал в центре города, предположительно, после стычки с местными хулиганами или с кем-то выше статусом. Сами понимаете, насколько мы обеспокоены данным обстоятельством. Если не найдем мальчишку, поднимется нешуточный скандал в Попечительском совете сиротских домов, в Комиссии по надзору и опеке. Шум докатится до Ее Величества, меценатствующей в данной сфере. Не хотелось бы…
Полицмейстер задумался. Он был в своем праве просигнализировать о нарушении, но сейчас колебался. Пропажа мальчика уже взбудоражила городское управление, и к поискам подключились опытные следователи и маги. Если удастся напасть на след, есть надежда, что розыск закончится удачей в течение пары дней. Так зачем беспокоить градоначальника приездом целой кучи чиновников Попечительского совета в тихую курортную местность, где любят отдыхать высокородные господа.
По размышлении Семушкин решил не усложнять жизнь ни себе, ни градоначальнику, и тем самым, оставаясь нейтральным по отношению к Булгаковым. Ну их, высоких князей. Жизнь так испортят, что службу придется в условном Туруханске заканчивать.
— Я вас хорошо понимаю, — примирительно сказал Семушкин. — Мне тоже не хочется лишнего шума в нашем прекрасном городе. Тем более, я уже дал распоряжение о начале поисков мальчика. Даже добровольцев из мещан привлекли. Хотелось бы, однако, получить кое-какие ниточки, которые помогут в расследовании.
— О каких ниточках вы говорите? — откинулся в кресле Булгаков.
Полицмейстер кивнул на папки, лежащие возле Ивана.
— Здесь ничего интересного, — похолодел хозяин кабинета. — Впрочем, фамилии Харитонова и Васильева вы уже слышали. В случае, если вам удастся выяснить, кто это такие и какова их роль в происшествии — наша благодарность не заставит ждать.
— Я рад, что мы пришли к правильному решению, — расплылся в улыбке Семушкин. — Разрешите покинуть вас, Иван Олегович и вернуться к службе.
«А ведь ты не просто так сюда заявился, — мелькнула запоздалая мысль. — Кто-то слил информацию, что Арефьев встречается со мной. Сложив два плюс два, нетрудно догадаться, о чем будет идти речь. Ну и прохвост же ты, господин Семушкин! Вовремя нарисовался!»