Родственники (СИ)
Илья поднимает меня за попу и закидывает на себя. Я скрещиваю ноги, обхватив его широкую спину, и ухватившись за шею, вешу на нем. Так, не размыкая губ и продолжая ласки, мы поднимаемся на верх. Ногой он открывает двери спальни и практически, бросает меня на кровать, пригвождая к матрасу своим сильным телом.
Одежда больше не нужна. Нам нужен жар наших тел. Только кожа и ничего лишнего. Мы тонем в ласках и кричим сливаясь в ритме любви. Дарим друг другу себя и растворяемся в моменте близости. Пусть мы будем жалеть об этом, пусть будет стыдно. Но это будет потом, а сейчас тело к телу. Дрожь желания и стоны наслаждения. Я его, а он мой. Так хорошо и правильно, словно так и должно быть. Нас накрывает волной и нет сил сопротивляться. Это девятый вал, это цунами.
Я чувствую его мощный орган что давит на меня и сильнее раздвигаю ноги готовая принять. Илья входит одним резким движением и я вскрикиваю он наслаждения. И когда движения начинают нарастать я подстраиваюсь и вторю ему. Руками перебираю темные волосы и глажу плечи. Все сильнее и сильнее вонзаемся мы друг в друга доводя до пика, до высшей точки. И я кричу срывая голос от переизбытка чувств.
Когда мокрые и обессиленные мы уже лежим на скомканных простынях, я наконец осознаю, что эту черту мы все же преступили. Слушаю как дыхание мужчины становиться ровным и он засыпает. Осторожно поднимаюсь, убрав его руку в сторону. Как преступница, озираясь, собираю свои вещи и выхожу из комнаты. Последний раз смотрю на обнаженного спящего мужчину и бегу к себе. Быстро одеваюсь, хватаю сумку и спихиваю вещи. А потом сбегаю из дома, под покровом ночи, оставляя часть себя рядом с Ильей, на его подушке.
Глава 26
Илья.
Просыпаюсь счастливый и отдохнувший. И стоит только подумать о прошедшей ночи, как улыбка расползается на пол лица. Это было великолепно. Даже не думал, что секс может быть таким. Не просто удовлетворение физических потребностей, это что то большее. Это единение тел и душ, слияние в единое целое.
Поворачиваюсь на бок и оглядываю кровать. Пусто. Что то больно кольнуло в области сердца. Какое то странное предчувствие закралось в меня и стало давить. Неужели это был сон? Нет. Конечно же нет. Но где же мой маленький и страстный котенок?
Натягиваю штаны на голое тело и спускаюсь вниз. Мчусь в кухню, в надежде увидеть ее, готовящей нам завтрак. Все еще тревога и предчувствие не отпускают. А я, как больной, стараюсь не думать о плохом сценарии окончания нашей ночи.
Прохожу в освещенное утренним солнцем помещение и улыбка сползает с лица. Кухня пуста. Нет доже намека на то, что здесь кто то был. Гоню прочь скребущиеся в сознании мысли и опять спешу наверх. Все еще не отпускаю призрачную надежду.
Без стука открываю двери ее комнаты и озираюсь по сторонам. Пусто. Даже кровать не расстелена. Подхожу к шкафу и распахиваю двери. И здесь моя надежда разлетелась в дребезги. Пусто. Она ушла. Не прощаясь. Просто сбежала пока я спал.
Со всей силы захлопываю дверки, чуть не сломав их. Злюсь. Ярость начинает кипеть в крови. Ушла. Не удержал. Позволил сбежать и потерял ее. Теперь я точно потерял даже шанс просто быть рядом с ней.
Вонзаю пальцы в волосы и тяну так, что кажется сейчас скальп сам себе сниму. Пытаюсь заменить боль душевную, на физическую. Не помогает. Становиться еще хуже.
Опускаюсь на пол у шкафа и прислоняюсь к нему спиной. Сижу глядя невидящими глазами в стену. Сейчас я вообще не здесь. Я там, в своей комнате, где она стонала и кричала от моих ласк. Где нам было хорошо в объятьях друг друга. Даже вкус ее на губах чувствую, словно только что целовал.
Не знаю сколько я так сидел. Вдруг в голове всплыла ее исповедь. Она рассказала мне о своем прошлом и своем первом мужчине. Может она все еще не отпустила его? Может просто пыталась забыться в моих объятьях? Но ведь говорила, что любит меня. Лгала? Не думаю. Значит приняла решение без меня.
Хотя что мы бы сделали в этой ситуации? Уехали бы туда, где нас никто не знает? Нет. Я не брошу родителей и бизнес. Тупик. Нет ни какого способа нам быть вместе. Остается только страдать и жить с этим остаток жизни. Кто знает, может мы сможем быть счастливы порознь? Навряд ли.
Встаю и как пьяный опять бреду в кухню. Достаю самый крепкий алкоголь и наливаю себе. Выпиваю залпом. Не хочу больше думать о том что было или что будет. Хочу отключить все свои мысли. Хочу вырвать воспоминания из головы.
Беру бутылку и плетусь в гостиную, опускаюсь на диван и пью прямо из горла. Алкоголь начинает разливаться по венам и туманом оседает в голове. Стараюсь не думать, но даже в таком поддатом состоянии ее образ преследует меня.
— Илья, что происходит? Почему ты пьешь? — слышу голос за спиной.
Лениво окидываю хмельным взглядом своего дядю и смеюсь. Как припадочный смеюсь во все горло. Странная реакция и выплеск эмоций. Просто дико ржу.
— О а вот и наш папочка новообретенный пожаловал. Как тебе в роли папашки взрослой дочери? Внуков уже небось ждешь? — продолжаю истерический смех.
Дядя смотрит на меня, словно видит впервые. Да я такой впервые. Да я пьян. Вот только и он виноват в этом. Если бы не бросил свою женщину, тогда все могло быть иначе. А могло бы? Сам не знаю и пожалуй никто не знает.
Отворачиваюсь от родственника. Он же проходит и садиться в кресло напротив меня. Смотрит как то странно.
— Люба дома? — спрашивает меня и лижет конверт на столик.
— Я ей не сторож. Твоя дочь ты и паси ее. Нужна она мне. — зло отвечаю и вновь присасываюсь к бутылке.
Дядя вскакивает и вырывает у меня из рук мой эликсир забвения. С грохотом ставит на стол и встряхивает мое пьяное тело.
— Да что на тебя нашло, Илья? Что случилось? — шипит он в гневе. — Почему ты так напился?
— Имею право. И хватит лезть в мою жизнь. Большой мальчик. — кричу на него я.
— Я тест принес, где Люба? — продолжает пытать и трясти меня он.
— Да нет ее. Сбежала. Ф- Шшшш. Испарилась. — изображаю я руками фейерверк, что появился озарив все вокруг и исчез. — Ну и что там с тестом, поведай племяннику.
Дядя отходит к столику, берет конверт и вскрывает его. А я жду, понимая что то, что он сейчас озвучит станет началом или концом моей жизни.
— Вероятность отцовства 99,9 процентов. — озвучивает он.
А я слышу как в крышку гроба вбиваются гвозди. Чувствую запах сырой земли. Сейчас он закопал меня заживо. Не убил, а просто закопал. Не могу больше выдерживать его общество. Считаю его виноватым в моем несчастье. Всех считаю виновными. Всех.
Вскакиваю с дивана, хватаю бутылку и бегу к себе в комнату, туда где еще несколько часов назад, я был счастлив. Но все хорошее имеет свойство быстро заканчиваться, тогда как страдания могут растянуться на долго. Не хочу чтоб меня видели. Хочу один на один залить свое горе. Ненавижу все и всех. Тяжело и больно мне и так хочется хоть малость притупить эту боль, забыться и уснуть бессознательным сном.
Скрываюсь за запертыми дверьми и опускаюсь на пол, под окном. Хлебаю из горла и морщусь от горького привкуса во рту. Голова шумит. Мысли путаются. А душа обрастает ледяной коркой, покрывается слоем изморози и застывает, засыпает как природа зимой. Та же единственная, что способна разморозить Кая, никогда этого не сделает. Вот так мужчины становятся жестокими и властными, так теряется все хорошее, что было в душе.
Вместе с надеждой в том гробу я похоронил себя. Зарыл все хорошее, что есть во мне. Нет больше романтика и нежного парня, есть только холодный, расчетливый циник. Теперь я не смогу любить кого то, теперь я просто на это не способен. А единственная моя любовь, моей не станет.
Глава 27
Любовь.
И вот я вернулась в родной город. Вернулась туда, где меня уже никто не ждет. Где я жила в одиночестве и грусти. Нет больше близких мне людей и так тоскливо, что и поговорить не с кем.
Когда то очень давно, наверное в прошлой жизни, я по настоящему была счастлива, гуляя с любимым по тихим паркам и аллеям. Я с удовольствием шла на тренировки и знала, что дома меня по возвращении ждет вкусный мамин ужин. А соревнования для меня были поводом для праздника или очередной увлекательной поездкой. Но все это было давно и словно не со мной.