Дыхание ненависти (СИ)

— Минут двадцать езды в сторону Портленда.
— Мне тебя не отвезти, нам нужен тот, кто хотя бы раз сидел за рулем.
— Есть предложения?
— Только Аарон, — прошептала я.
— Ну уж нет, только не гном-переросток!
— У тебя что, выбор большой?
— Ладно, звони своему ухажеру. Потом разберемся с его длинным языком.
Я набрала номер, судорожно попросила друга приехать, минут пятнадцать я аккуратно спускала младшего Брауна с лестницы. Потом помог появившийся Аарон. Сначала он был в полном недоумении от происходящего, готов сбежать. Но после моих уговоров все же согласился. Крошечная машинка-жук приняла к себе на борт пассажиров и отправилась в дорогу. Хриплым голосом Крис указывал направление водителю. Я придерживала голову черноволосому.
— Я надеюсь, меня не арестуют, — произнес Аарон, косясь на заднее сиденье, где лежал Кристофер. — То, что тут происходит, имеет какое-нибудь дело к нарушению закона?
— Аарон, помолчи, пожалуйста, — успокаивающе произнесла я.
— Знаешь, если меня посадят, то хотелось бы знать за что… — это я пропустила мимо ушей.
Все что сейчас важно, это чтобы голубоглазому не стало хуже.
— Как ты попал в дом? — зашептала я. — Поднялся на второй этаж?
— Через окно, а раны еще в тот момент не чувствовал, адреналин заглушал боль.
— А зачем ты вообще пришел, кажется, ты не хотел появляться даже на пороге?
— Ну, документы и заначка мне не помешали бы, но перед воротами меня настигла маленькая заминочка, — парень посмеялся, но резко прекратил, вновь скосив лицо от боли.
— Значит, это просто хулиганы, но зачем тогда прятаться от…
— Ким, не спрашивай, — мои рассуждения были прерваны, — когда вы меня довезете до места, ты должна будешь забыть обо всем. И ты, очкарик, тоже!
Что происходит, Крис? Почему ты не хочешь рассказывать? Неужели ты сделал что-то настолько ужасное, что не поддается прощению?
14 глава "Тишина"
Мне стало страшно, по-настоящему страшно. Мы съехали с дороги и уже несколько минут ехали по ухабистой лесной тропе, вечер начал превращаться в ночь. На каждой неровности нас подбрасывало, Крис еле слышно стонал от боли, но он все еще делал вид, что ему все нипочем. Как он может даже в такой ситуации оставаться хладнокровным? Наш путь перегородил большой многовековой дуб, который склонил свои тяжелые ветви вниз.
— Тут тупик, куда дальше? — Аарон повернулся и с неким презрением оглядел нас обоих.
— В паре шагов налево находится небольшой домик, больше похожий на лачугу. Нам туда, — голос черноволосого хрипел, грудная клетка медленно поднималась от тяжелых вздохов.
Я вылезла из машины, помогла Крису, он ухватился за мою шею. Скажем прямо, голубоглаз далеко не пушинка, на помощь подскочил Аарон и взял его под руки. Мы прошли совсем немного, но этого хватило, чтобы пару раз запнуться в темноте за ветки, торчащие из земли. Наконец тот самый домишко уже был перед глазами: перекошенные стены, почти вросшие в землю окна, покрытые мхом, еле пропускали тусклый свет изнутри. Я подошла к двери и тихонько постучала — послышался шорох. Дверь заскрипела, сквозь зазор появилась половина лица незнакомца. Его темные, как дно колодца, глаза проскользнули по мне. Он не спешил нас впускать.
— Питер! — выкрикнул Крис, еще крепче вцепившись в руку Аарона.
— Кристофер? — удивленно произнес незнакомец и тут же выбежал наружу. Он подставил свое плечо и черноволосый осторожно зашел в лачугу, я последовала за ними.
Внутри было ужасно: облупившаяся краска, обшарпанный пол, по углам рассован мусор, из мебели только стол, стул и одна кровать, на которую уложили Криса. Окружающая обстановка внешне напоминает логово, в котором скрывается беглый преступник, надеюсь, что это только видимость, плод моей разыгравшейся фантазии.
— Что произошло? — Питер осторожно загнул футболку черноволосого и рассмотрел неумело забинтованную рану.
— Об этом позже, — младший Браун перевел взгляд на меня и Аарона, словно сказав без слов «не при них, лишние уши ни к чему». — Лучше скажи, насколько все дерьмово?
 
Питер провел рукой по своим пепельно-белым волосам, встряхнул головой и, наконец, принял решение разорвать повязку. Рана снова была открыта, но кровь уже прекратила литься, просочились лишь крошечные алые капли.
— Не молчи! — требовал Крис.
— Дело дрянь, придется зашивать, друг, — Питер произнес это с неким спокойствием, как будто такие вещи для него — нечто обыденное.
— Я же говорила, нужно в больницу, — пропищала я.
— Не надо никаких докторишек, я сам все сделаю, — Питер взглянул на меня, после взял с полки какую-то небольшую металлическую коробочку и присел возле Криса.
Внутри тайничка был флакончик с жидкостью, упаковки неизвестных таблеток и простые швейные нитки. Содержимое меня ужасает. Питер взял иголку, протер ее жидкостью, видимо, это спирт, продел нитку в ушко. После обработал рану, от этого Крис снова издал свирепые звуки боли.
— Пит, подожди, — прокряхтел Браун, он остановил руку парня, уже готовую к «операции».
— Не бойся! Стисни зубы! — приказал Питер.
— Я не боюсь, я хочу, чтобы они ушли, — мои глаза округлились. — Ким, бери своего дружка, и уходите, а завтра вы должны быть уверены, что все, что произошло, было сном. Вы не видели меня и это место!
— Ты уверен, что это правильно — оставить тебя в этой антисанитарии? — возмутилась я.
— Еще немного и я решу, что ты обо мне беспокоишься, — ухмыльнулся голубоглаз.
— Аарон, поехали! — я последний раз взглянула на Брауна и в спешке покинула лачугу.
С каждым шагом, который отдалял меня от этого богом забытого места, я ощущала некую потерю. Дыра, которая словно потерявшийся пазл, изменила видение картины в целом. Аарон завел своего «жука». Я села на переднее сиденье рядом с водительским, мы с брюнетиком переглянулись испуганными взглядами и тронулись с места.
— Что это только что было? — сорвался мой друг, — Что это тут вообще творится? И с каких пор ты помогаешь этому придурку? Или ты уже забыла, как он над нами обоими издевался, так я могу напомнить!
— Я все помню, но это он из-за меня оказался в такой ситуации, и если Крис считает, что Джону лучше ничего не знать, то на этот раз я выполню просьбу. Мне кажется, все сложнее, чем казалось на первый взгляд.
— Правда? А когда ты это поняла, когда мы везли его в лес или гораздо раньше?
— Ты можешь вести себя нормально, в конце концов, тебя никто не заставлял помогать, ты мог отказаться!
— Мог, но не стал, и я это сделал уж явно не для него! — повысил тон парень, ударив по рулю.
Я замолчала и отвернулась от Аарона, мой взгляд сквозь стекло ловил еле видимые огни приближающегося города. Мне хотелось уже выйти из автомобиля и в действительности все забыть, последовать просьбе Кристофера.
— Ким, я волнуюсь за тебя. Ты стала мне… очень дорогим, значимым человеком. Для тебя я даже готов таскаться с парнем, которого я ненавижу всей душой и который познакомил мою голову с унитазом…
— И я ценю это, ты очень хороший друг, — перебила я.
Наши взгляды столкнулись, в его потерянных глазах четко прочиталось отчаяние, точно такое, когда человек теряет надежду на исполнение своей мечты. Словно искра перегорела. Но мне не хочется думать о причине «сгорания лампочек» в Аароне, мне нужно отдохнуть от этой суеты и давления.
Время было уже совсем позднее, когда машина вернулась к дому. Свет в окнах не горел, значит, была вероятность, что мои опекуны еще не вернулись или благополучно легли спать, решив, что я до сих пор прячусь в запертой комнате. Преград не было, но все же что-то меня останавливало сделать первый шаг.
— Ким, мы на месте, — констатировал факт Аарон. Я улыбнулась и вышла из машины.
Мне совсем не хочется возвращаться в этот дом. Я думала, в этом городе начнется новая жизнь, которая будет чем-то большим, а не куском дерьма. Что даже если я не смогу стать счастливой, то смогла бы найти покой. Хотела, чтобы боль исчезла! Но, наверное, не стоило надеяться на нечто большее такому отбросу, как я.