Деспот (СИ)
Краем сознания я осознаю, что меня ненавязчиво подталкивают к кровати. Понимаю, что происходит. Удовольствие, которое мне дарят ладони и губы Саши, туманят разум. Легкое возбуждение, предвкушение знакомого с утра наслаждения и флер опасения перед неизвестностью играют в крови.
Но стоит мне упасть на кровать, как я в панике вскрикиваю:
– Нет! – и сразу ощущаю свободу.
Откатившийся Марич тяжело дышит. Я вижу недвусмысленное свидетельство его желания, под тонкой тканью пижамных брюк.
– Спокойной ночи, на сегодня с тебя хватит.
Осознав, что сейчас Саша уйдет, и я останусь снова со своими страхами, я прошу:
– Давай продолжим.
Марич смотрит в потолок:
– Насть, это так не работает. Тебе реально нужен специалист. Все, что мы можем, это пробовать мелкими шажками…
Я упрямо протягиваю ладони и глажу его по груди и напряженному животу, сама тянусь к нему губами.
Он не отзывается на мои неумелые ласки, сжимает губы, а я только смелею. Я чувствую, что я контролирую ситуацию. Так легче.
Усевшись на него верхом, я попкой ощущаю внушительную выпуклость, выдающую, что не так Марич равнодушен к моим прикосновениям и поцелуям, как хочет показать.
– Я… – сглатываю, заглядывая ему в глаза и шалея от собственной храбрости. – Я хочу контролировать.
– Насть… – Саша явно хочет меня отговорить.
– Помоги мне. Помоги стереть из памяти этот ужас.
Неосознанно я потираюсь о его стояк, запускаю пальцы в черные, густые волосы, покрываю поцелуями его скулы и колючий подбородок.
– Что ж ты творишь, – стонет он и обрубает. – Я не железный, Настя. Если я окажусь в тебе, я не смогу быть сдержанным. Надо остановиться сейчас.
– Пожалуйста. Саша… – прижимаюсь к его губам своими. – Саш…
И стаскиваю сорочку, под которой нет не только бюстгальтера, но и трусиков.
Глава 18
Проснувшись с утра и вспомнив, что я вчера вытворяла, я со стоном прячу лицо в подушку.
Подушку, пахнущую Маричем.
То, что все это было не сном, подтверждает отсутствие на мне сорочки.
Господи! Как я могла?
Да, сейчас я больше не чувствую себя предательницей, но это на меня совершенно непохоже. Наверняка дело в этом самом успокоительном…
О боже, как мне теперь смотреть Саше в глаза?
Я останусь в комнате навеки вечные.
Что он обо мне теперь думает?
Вцепившись от отчаяния зубами в уголок подушки, я вспоминаю своё бесстыдство.
– Пожалуйста. Саша… – прижимаюсь к его губам своими. – Саш…
И стаскиваю сорочку, под которой нет не только бюстгальтера, но и трусиков.
Я склоняюсь к нему, и обнаженная грудь мягко прикасается к его груди.
С шумом втянув воздух, Марич не выдерживает и отвечает на мой настойчивый поцелуй. И он целует меня не так, как в первый раз…
Я мечтала контролировать?
Настя Суворова – наивная девочка!
Его губы сминают мои, а язык властвует, передавая мне страсть и жажду Саши, раздувая во мне из тлеющего уголька степной пожар.
Грубоватые ладони скользят по спине, стискивают попку, крепко прижимая мою промежность к его паху, двигают вдоль члена, и я чувствую, что я влажная.
Влажная от бескомпромиссного поцелуя, влажная от воспоминания об оргазме, который я получила, когда Марич решил, что пришло время.
Я задыхаюсь от напора, отвечаю на ласку, будто боюсь отстать от поезда... Трусь о его грудь, ощущая напряженными сосками жесткие волоски.
Растворяюсь в ощущениях, а Саша…
В этом месте своих воспоминаний я вскакиваю, бегу в ванную и плещу в горящее лицо ледяной водой.
Саша подтягивает меня, сидящую на нем верхом так, что колени опускаются на подушку, а его голова оказывается между ними.
От неожиданности и непонимания, что он задумал, я не сопротивляюсь, а когда соображаю, уже поздно.
Раскрыв мою устричку, напряженный кончик языка проходится вдоль губок, и горячие губы впиваются в нежное лоно.
Я всхлипываю. Мне стыдно и сладко.
А когда он поддевает клитор, я цепляюсь за спинку кровати от нахлынувший резких ощущений. Как за оголенный провод схватиться, так сильно меня прошибают разряды внизу.
А Саша, раздразнив, проходится уже мягким языком по всей щелочке, собирая мои соки, зализывая, щекоча дырочку и вызывая у меня растерянный вздох от того, как всё сладко сжимается.
– Саш, я не… Ох… Саша…
Ничего более связного я выдать не могу.
Горячие взрослые поцелуи в срамные губы доводят меня до головокружения.
Ни о какой скромности речи не идет.
Марич втягивает клитор в рот и ритмично его посасывает. А у меня дрожат бёдра, тело покрывается испариной, я пылаю...
Саша дарит мне огромный искрящийся мир, полный чувственности.
В какой-то момент ноги перестают меня держать, у меня растаяла каждая косточка, и я готова рухнуть.
Саша укладывает покачнувшуюся меня на спину, и, придавив тяжелым телом, пьяняще целует в губы. И меня не беспокоит ничего, никакие воспоминания о попытках насилия Андреем, я сосредоточена только на руках, ласкающих мою грудь, пальцах, сдавливающих соски, губах, заставляющих меня забываться.
И когда Саша, не прерывая поцелуя, пальцами добирается вновь до моей скользкой от смазки девочки…
О… Сейчас я с готовностью раскрываю бёдра и толкаюсь навстречу сильным пальцам, оставляя на них свою влагу.
– Девочка, пиздец, ты горячая, – хрипит Саша и снова ныряет туда, где у меня лишь тоненькая полоска волос на лобке.
Прикусывает и посасывает складочки, будоражит языком клитор, которого от каждого прикосновения сладко дергает.
Доведя меня до метаний на нагретых и влажных простынях, Саша подключает руки, и я улетаю… Массируя пульсирующую горошину подушечкой большого пальца, он языком проникает в мою изнывающую дырочку, заставляя меня выгибаться, вцепившись ему в волосы. Меня скручивает, тело наливается, тяжесть внизу живота становится нестерпимой, неведомые инстинкты требуют заполненности…
Пальцы Саши бродят между ягодицами, размазывая мои соки.
А потом…
Господи!
Он с силой втягивает клитор в рот, надавливает на него языком и мизинцем проникает в уже смазанное моими соками запретное колечко…
Я рассыпаюсь на осколки…
И вот сейчас я должна выйти из комнаты. Это ужасно!
Я караулю из окна машину Марича, хочу убедиться, что он уже уехал по делам, но ее все не видно, значит, Саши уже нет дома.
Собравшись духом, я выбираюсь из спальни. Проходя мимо комнаты Марича, я прислушиваюсь. Тишина. Приободрившись, я спускаюсь на первый этаж.
Мне нужен кофе и бутерброд.
– Анастасия Дмитриевна, – окликает меня выглянувшая из кухни Анна. – Завтракать будете?
– Да, – киваю я, отчаянно стараясь не покраснеть.
Анна в доме не остается на ночь, но у меня все равно ощущение, что все вокруг слышали мои стоны и знают, чем я занималась прошлой ночью…
– Проходите в столовую, я сейчас как раз туда кофе понесу.
И не успеваю я попроситься на кухню, как она скрывается из вида.
Ладно, я и так вчера навела в ее вотчине бардак и бедлам. Не буду травмировать ее снова.
А в столовой меня ждет сюрприз.
Саша все-таки дома.
И не один.
Глава 19
– Добрый день, Анастасия Дмитриевна, – здоровается со мной Катя, личный ассистент Марича.
Тон её нейтральный, но во взгляде сквозит что-то неприятное, поэтому я просто киваю, чтобы не завязывать беседу.
– Не буду мешать, – говорю я куда-то в пространство между ней и Сашей, собираясь слинять из столовой.
Мне почему-то очень неприятно видеть их так близко друг к другу.
Неужели это ревность?
Одной ночи хватило, чтобы я стала считать Сашу своим?