Между этажами (ЛП)

— Проблема решена, — дрожащим голосом ответил человек. И они скрылись из виду.
— Будет, — сказал песочный человек, — Но для завершения работы необходимы кое-какие инструменты.
Погодите. Он… они об Атиласе?
Я снова повернула голову и встретилась взглядом с Джин Ёном. Он внимательно слушал и уже пришел к такому же выводу.
— Вы и так уже дали нам так много, — сказал человек.
— Это необходимо, — сказал Песочный. Длинный коридор слегка глушил его голос.
Вслушиваясь, я подалась вперёд. Холодные пальцы схватили моё запястье. Повернула голову — Джин Ён вовсю скалился. Ой, слишком сильно высунулась из-под стола. Я снова видела Песочного и его спутника-человека, а значит, если обернутся, они меня тоже заметят.
Я нырнула обратно под стол. Шаги удалялись. Постаралась не ёрзать. Блин, как в тисках: с одной стороны нога Джин Ёна, его пальцы на запястье, сверкающие глаза и белоснежные зубы тоже слишком близко. И на кой так много одеколона выливать? Кроме этого одуряющего амбре я вообще ничего не чувствовала.
Не сдержалась и стала дичайше выкручиваться. Я пихнула его локтем и забилась в угол, чтобы хоть как-то быть подальше. Задняя стенка перегородки сдвинулась, и Джин Ён беззвучно оскалился.
— Petteu, — мне на ухо просипел он, — Choshimhae!
— Сам choshimhae! — огрызнулась я, — Что ж ты так воняешь, а?
— Nemsae obseo!
— Шшшш!
— Ah! — буркнул он, а я ухмыльнулась.
Наконец они скрылись в дальнем конце коридора. И, если слух и интуиция не обманывают, завернули за первый левый поворот. Когда шаги окончательно стихли, я, дико брыкаясь, стала выбираться. Позади ворчал Джин Ён, но я не стала даже пытаться понять, что он там мямлит. Скорее всего жалуется, что кому-то не нравится его вонь.
Когда мы выбрались, он было дёрнулся в сторону закрученного против часовой стрелки коридора, но быстро одумался.
— Nawa, Petteu, — тихонько сказал он.
— А что с ним? — я ткнула большим пальцем в сторону коридора. Если песочный человек что-то знает об Атиласе, за ним нужно проследить.
Сквозь зубы Джин Ён повторил последние слова, только на этот раз их значение громко ворвалось в моё сознание:
— Уходим, Пэт!
— И чего так орать! — возмутилась я, но пошла к лестнице, — А что с ними? С людьми?
— В скорости проснутся, довольные.
Ну, неплохо всё прошло. Когда дверь за нами благополучно закрылась, я в последний раз оглянулась, и на всякий случай тихо спросила:
— Как думаешь, он Атиласа имел в виду?
Джин Ён пожал плечами и ответил:
— Может да, может нет.
— Если да, не значит ли это, что Атилас всё ещё в здании? Это коридор из сна.
— Это песочный человек, — на удивление Джин Ён всё ещё говорил понятно. Он взял меня пальцами за шиворот, — И это всё же сны.
— Хочешь сказать, это существо не только обладает жутким и гадким лицом, так ещё и плохие сны людям раздаёт?
— Mwoh, bisutae, — согласился он.
— То есть он мог просто так подсунуть мне тот сон?
— Ani. Imi isseo.
К моей величайшей радости, я почти поняла. Кажется, Джин Ён говорил, что сон не просто так, но он не обязательно означает, что Атиласа держат здесь, в участке.
— Как он вообще это делает? Я его не знаю. С какого фига он запихивает мне в голову гадкие сны?
— Nado molla, — раздражённо ответил Джин Ён. Но кажется его выводили из себя не мои расспросы, а то, что он не понимает, что происходит.
Я собиралась свалить и поискать Дэниела, Но Джин Ён, видимо, чего-то такого ждал. Когда мы вышли наружу, он снова поймал меня за шиворот и потянул сквозь пар, который был не совсем паром.
Попыталась скинуть его руку, но сколько бы я не кряхтела, разжать тонкие пальцы не смогла. Для такого раздражающе красивого паренька Джин Ён оказался досадливо силён. Он втянул меня в Между, но наши тени остались в человеческом мире. Мы шли между дорогой и тенью от забора. Под ногами почти асфальт поблёскивал, будто живой. Пара-тройка птичек взлетели, испуганные нашими тенями, которые остались в настоящем мире. Я только услышала чирикание и почти увидела птичек, но всё моё внимание переключилось на маленьких дрожащих существ, сидевших на заборе.
 
— А это ещё кто? — Вот это да. Существа явно механические: крошечные болтики, ярко раскрашенные металлические пластины и торчащие из самых неожиданных мест перья. Летать они, по идее, не должны, — Птички?
— Manjiji ma, Petteu, — предупредил Джин Ён.
— И не собиралась! — сказала я и отдёрнула руку.
— Igodo manjiji ma, — добавил он и показал пальцем на другое яркое существо, которое привлекло моё внимание. Он ткнул пальцем в три других животных и настойчиво повторил, — Igo, igo, igodo manjiji ma.
— И не думала их трогать, — промямлила я. Он только что всё испортил и забраковал все самые крутые штуки: впереди была ещё пара видов металлических птичек и что-то похожее на механический сейф. Я ткнула на него пальцем и спросила, — А это тогда что?
Джин Ён буркнул что-то вроде, — Не твоё дело, — Грубиян. В смысле, он, конечно, прав, и с похожей на сейф штукой, оставленной на виду, мне точно связываться не стоит, но всё же.
— А в настоящем мире это тоже видно?
Джин Ён вздохнул и сказал что-то вроде:
— Это и есть настоящий мир.
— Ну ладно, в человеческом?
— Ne.
— Что будешь с ним делать? — спросила я.
— Amudun obseo, — сказал он, но, когда мы поровнялись с сейфом, пнул по нему, отчего тот отлетел дальше. Но не просто дальше, а будто бы глубже в Между.
— Так вот как это работает! — довольно воскликнула я. Джин Ён удивился.
— Hajima, — ответил он.
— Стала бы я связываться с этими штуками? — спросила я. Всю дорогу домой я лыбилась, как дурная.
Но дома моя ухмылка исчезла. Зеро всё ещё не было.
— Гадство какое, — возмутилась я и бухнулась на диван.
Джин Ён запульнул в меня подушкой и лениво сказал, — Pab hae, — проголодался значит.
Сначала хотела притвориться, что не поняла, но желание готовить никуда не делось, поэтому решила не выпендриваться по чём зря. Но и расслабляться Джин Ёну позволять нельзя. Несколько секунд я сверлила его пристальным взглядом, а потом спросила:
— Интересно, почему в последнее время я тебя чуть лучше понимаю, а?
Он повёл плечами:
— Nan molla.
Не знаю.
— Гонишь.
Он приподнял бровь.
— Ведь точно так же тебя понимают Зеро с Атиласом? Зуб даю, что знание корейского тут ни при чём.
На лице Джин Ёна появилась недовольная гримаса. Ага, я сто пудов права.
— Ааааа! — медленно сказала я, — Нужно правильно слушать. А у меня довольно неплохо выходит слышать то, чего я не должна слышать.
— Ani, — неубедительно ответил вампир.
— Так и есть.
— Anin ko.
— Пффф, — ответила я, — Иди учись лучше эмоции прятать.
— Тебе, — очень чётко по-корейски сказал Джин Ён, — Нужно…
Он умолк. Я ухмыльнулась:
— Дааа? Чего мне нужно?
— Ah! — рыкнул Джин Ён и ретировался в свою комнату.
Вскоре он влетел в гостиную, вид у него был раздражённый и озадаченный. А, да, совсем уже забыла, что оставила капельку одеколона Атиласа в его шкафу. Я ехидно ему ухмыльнулась, и это его тоже бесило. В доме его нервировало всё, но он не замечал слегка повёрнутых картин и отсутствующих колечек на шторах. И тем не менее, всё это выводило его из себя.
На ужин приготовила рагу. У меня были все продукты, да и если Зеро вернётся поздно, его можно смело оставить в мультиварке, и оно останется тёплым. Я попробовала, что получилось, закрыла крышку, и тут в голову мне прилетела какая-то деревянная штуковина, отскочила и грохнулась на столешницу.
Колечко от шторы.
Я невинно глянула на гневное лицо Джин Ёна. Он всё приближался.
 
— В чём дело?
— Hajima!
— Если хочешь, чтобы я поняла, говори по-английски, — сказала я.
Джин Ён сощурился и очень чётко сказал:
— Плохая. Petteu! Ilon kol hajima.
— Какие ещё вещи? Ты зачем колечками от штор кидаешься?